— А если это не зловредность, то что же? — отозвалась Кэри.
— Как мне кажется, это был ответ на вызов, который вы должны счесть лестным для себя. По-моему, в какой-то момент вы задели его гордость — не слишком серьезно, но настолько, что ему захотелось вам ответить. Между этим и настоящей зловредностью — большая разница.
— Поскольку результат один и тот же — он поставил меня в неловкое положение и причинил неудобства другим людям, — то в чем же разница?
—С мужской точки зрения, она существует, поверьте мне. Любой мужчина, спровоцированный волевой женщиной, реагирует рефлекторно, как на удар током. Это не смертельно для его симпатии к ней, но это побуждает мужчину к тому, чтобы «показать ей», причем этот процесс доставляет обидчику немалое удовольствие. В подобной ситуации я обычно веду себя именно так. Так, наверное, поступил и Кэлвин. И если бы вы с самого начала вели себя более тонко, то смогли бы тоже просто посмеяться над этим, — хладнокровно посоветовал Рэндал.
— Вы так думаете? Ну, я не считаю, что был момент, когда я могла бы все свести к шутке или захотела бы это сделать. Но я вам ничего не докажу, правда? Я рассказала правду — все, как это на самом деле происходило, а вы почти целиком стали на сторону мистера Кэлвина. Почему?
Хотя Кэри вынуждена была задать этот вопрос, она сразу же поняла, что боится услышать ответ: вдруг Рэндал подтвердит, что хочет получить от Одена Кэлвина деньги и потому не может позволить себе его обидеть. Рэндал имеет право финансировать свои проекты как можно лучше. Это и есть деловая расчетливость. Кэри даже не очень сильно возмущало, что ее сделали пешкой для того, чтобы сохранить расположение Кэлвина... Просто почему-то ей вдруг стало необходимо — очень необходимо, — чтобы сам Рэндал не пресмыкался перед этим человеком — ни в коем случае! Почему-то достоинство Рэндала стало для нее не менее важно, чем ее собственное. Она гордится им и даже чувствует какую-то сопричастность к делам этого человека.
Она ждала, затаив дыхание. Но когда Рэндал ответил, то в его словах не прозвучало того, что так опасалась услышать Кэри.
— Почему? — переспросил он. — Наверное, из-за мужской солидарности: я чувствую, что мог бы оказаться на его месте, ну и так далее.
Кэри попыталась сообразить, что это значит.
— Вы хотите сказать, что на его месте могли бы вести себя так же?
— М-м... Надеюсь, не так примитивно. По-другому, не столь нахально, но имея в виду тот же результат.
— «Показать мне», как вы выразились?
Рэндал снова взглянул на нее, и на этот раз в глазах его появилась улыбка.
— Вот именно! И только не обижайтесь — «показать вам» с большим удовольствием для себя.
Он не мог знать — откуда ему было знать? — как у нее подпрыгнуло сердце в ответ на эту полускрытую угрозу, которую улыбка сделала необидной. Кэри почувствовала, что смягчается, почти сдается. Они могут начать с этого...
Но он смотрел вперед, на узорчатые чугунные ворота, из которых уже начали выходить члены их группы, и она поняла, что не знает, как поступить.
— Они захотят знать, что со мной произошло, почему я их подвела. Что мне им говорить? — обратилась она к Рэндалу.
— Почему бы не сказать правду: что у вас отвалился каблук и вам пришлось его чинить?
— Но это не могло меня задержать так надолго, — возразила она.
— Тогда вы перепутали место встречи и ждали их где-то еще.
— Больше часа? Очень неубедительно.
— Нет, оба предлога подойдут. Они ведь не знают, что вас не было в Тетуане несколько часов. А вдруг вы появились сразу же после того, как группа ушла? А вы появились, — многозначительно произнес Рэндал.
— Но я... — Тут до нее дошло. — О!.. Так я сразу же появилась?
Он кивнул:
— Буквально через минуту. Я попросил вас не ходить к академии, пока не смогу вас проводить. А к этому моменту уже не было смысла к ним присоединяться.
Кэри взглянула на него с благодарностью.
— Спасибо. Огромное спасибо!
Он открыл дверцу, чтобы Кэри могла выйти.
— Считайте, что это входит в услуги отеля. Но не переборщите с благодарностью, — сухо посоветовал он. — Может быть, я прикрываю и Кэлвина тоже.
Но она должна была верить, что это не так, что он хочет помочь ей выйти из неловкого положения — только ей. И тут она в третий раз ощутила этот странный мысленный контакт с Дениз. Наблюдая, как Рэндал разворачивает машину и едет обратно к фрау Эренс, она поняла, что вынуждена дать этому чувству истинное истолкование.
Эту ревность она испытывала не потому, что сочувствовала Дениз! Эта ревность к Герде Эренс целиком от нее, Кэри.
Глава 6
Оставшуюся часть дня Кэри вела себя так, словно в течение дня не произошло ничего, что перевернуло ее мир. Она старалась разговаривать, слушать и смеяться по-прежнему.
Внешне она оставалась той же Кэри Донн, что и прежде. Та Кэри была заинтригована притягательностью этого мужчины, но бесстрашно шла, не зная, куда эта притягательность ведет, и он захватил ее врасплох и отдал во власть любви, сделавшей девушку заложницей судьбы, готовой дать больше, чем он когда-нибудь от нее потребует, желающей большего, чем когда-либо от него получит.
Были приметы, которые она должна была принять во внимание... рассмотреть. Потребность продемонстрировать Рэндалу, что может хорошо работать. Эта ревность. Гордость, с которой Кэри на него смотрела. Признание, которое она сделала Дениз, о том, что знает, каково быть беззащитной перед любовью. Все это должно было бы насторожить ее, пока еще не было слишком поздно, показать, к чему она идет. Или, может быть, это заблуждение? Возможно ли уберечься от любви, как от падения в пропасть или от пожара, если только любимый жив и вы тоже — и должны жить дальше?
И, конечно, эта внешняя Кэри будет жить дальше. Посторонним не видны внутренние терзания, а ведь она сейчас находится среди почти посторонних людей!
Теперь она понимала Мартина и Розали, решивших, что ради любви они не должны ни с чем считаться. Но они были вдвоем, и у них был выход. А она одна! И она пообещала сделать за Розали работу, поэтому ей придется оставаться здесь. Страшно подумать, как отреагирует Рэндал на то, что она попытается разорвать контракт до окончания срока! И хотя это был бы самый разумный шаг самозащиты, однако элементарная порядочность не позволит ей сделать это. Придет время, когда Кэри должна будет оставить «Эль Гара», оставить... Герде Эренс. Если положение станет совсем невыносимым... Может, это наступит не скоро?
Кэри понимала, что любовь к Рэндалу Квесту — это тайна, которую она не может ни с кем разделить. С нее достаточно быть частью мира любимого человека — она никому не позволит заподозрить, что Рэндал для нее значит. Возможно ли это? У Дениз не получилось. Но она ведь не Дениз! Значит, ей следует оберегать свою тайну и надеяться на будущее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
