муж и жена — чайлдфри). Такое положение дел больше невозможно назвать "типичной семьёй", говорят социологи (Cohen, 2014).
И действительно, можно ли бездетную супружескую пару назвать семьёй? А мать-одиночка с ребёнком — это семья? Если родители в разводе, и папа лишь раз в полгода видится с ребёнком, это семья? А если родители погибают, и остаются лишь дети — эти дети продолжают быть семьёй? Мужчина и женщина, живущие вместе, но не состоящие в браке, — семья? А гомосексуальная пара, живущая вместе? А если ещё и растят ребёнка?
Здесь есть над чем поломать голову. Всё куда сложнее, чем кажется на первый взгляд.
Туманная сущность семьи
На винной дегустации я разговорился с незнакомкой об этой книге, которую тогда писал. Тема семьи вызвала живой интерес.
— Вы отрицаете ценность семьи? — спросила она.
— Не совсем так… Я не знаю, что такое семья, а значит, и не могу отрицать её ценность.
— Как Вы не знаете, что такое семья? — удивляется собеседница. — У Вас её разве не было?
— У меня было что-то и даже есть сейчас, но я не знаю, семья ли это, — улыбаюсь я.
— …?
— Ну хорошо, дайте определение семьи, — говорю я. — Что это такое?
Девушка приосанивается и собирается с мыслями.
— Это близкие люди, живущие вместе, дети и родители.
— То есть, когда я отселяюсь от родителей, мы перестаём быть семьёй? — уточняю я.
— Нет, конечно, нет.
— Значит "живущие вместе" — это не обязательный критерий?
— Ну наверное, да… Но это совокупность близких людей.
— Вот "близкие" — ведь это метафора, — замечаю я, — А метафоры известны тем, что не сообщают ничего чёткого. Что значит "близкие"?
— Ну это… Родственники! — осеняет девушку.
— Бабушки, дедушки? Двоюродные братья-сёстры? Прадеды?
— Ну это уже не столько семья, — размышляет собеседница. — Наверное, уже скорее род. А семья — это близкие родственники!
— И снова эта пространственная метафора, — подмигиваю я, — "Близкие".
Похоже, нам здесь метафора и нужна, иначе придётся говорить довольно чётко: родственники первой степени родства — биологические родители и дети (то есть всё то, что и называется нуклеарной семьёй). Но такая чёткость уже ощутимо сжимает наше собственное понимание семьи как чего-то большего — приходится выбросить бабушек и дедушек, тёть и дядь, какими бы тёплыми наши с ними отношения ни были. Ведь когда у нас родятся дети, мы будем считать их частью семьи, но при этом и собственных родителей не перестанем считать таковыми. Возможно, в представлении каждого семья тяготеет к расширенному пониманию, и поэтому чёткость нами и отвергается в пользу размытой метафоры.
В те времена, когда под одной крышей жили сразу три, а то и четыре поколения, нормально было считать семьёй бабку с дедом, их детей, супругов их детей и их внуков. Когда из-за урбанизации и упадка сельского образа жизни большая разветвлённая семья стала разваливаться, взгляды на семью стали меняться. Так и возникло современное понятие нуклеарной семьи — состоящей лишь из мужа, жены и их детей — или городской семьи (буржуазной). Но контакт с другими родственниками, особенно если он оказывается активным, не позволяет ограничивать представления о семье одной лишь нуклеарной составляющей.
Некоторые авторы утверждают, что "сейчас семья идёт к более свободному существованию. Но это не значит, что она теряет ценность. Опросы показывают, что люди ставят семью на первое место среди других ценностей" (Брыкова, 2011). Да, это так, люди устойчиво подтверждают ценность семьи для них, но при этом совершенно не учитывается, что люди эти просто не знают, о чём говорят. Спроси их, что такое семья, и они начнут мяться и путаться в показаниях. Поэтому для них ценность представляет нечто туманное, а не собственно семья в каком-либо чётком смысле. В первой главе я уже писал об этом: молодёжь склонна объявлять ценность семьи — и это при катастрофически низком уровне рефлексии.
Как правило, в основу понимания института семьи ложатся четыре критерия:
— родство (между родителями и детьми и между самими детьми)
— свойство́ (название связи вступивших в брак супругов и их родственников между собой)
— совместное хозяйство
— усыновление/удочерение
Список этих критериев наводит на вопрос: что это за явление, которое может возникнуть аж на четырёх разных основаниях? Либо на том, либо на том, либо на этом, либо же на всех вместе. Муж состоит в отношениях родства со своими детьми, но не с женой — эта группа называется семьёй. Но муж может и не быть родным для детей своей жены, а группа всё равно будет называться семьёй. Усложним картину: мужчина и женщина не регистрировали брак, а дети в их союзе также мужчине не родные и принадлежат сугубо матери, но все они живут вместе — скорее всего, мы тоже назовём данный союз семьёй. А ещё более сложный вариант: мужчина без оформления брака живёт с женщиной, уже имеющей ребёнка, все вместе они регулярно общаются с родителями мужа (условные бабушка и дедушка), у которых со временем возникает сильная привязанность к ребёнку; однажды мужчина и женщина погибают, остаётся лишь ребёнок и условные бабушка с дедушкой, которые и начинают принимать самое активное участие в жизни ребёнка — мы будем называть финальный союз этих троих семьёй? Здесь не было ни свойства́, ни родства, ни усыновления, и даже общее хозяйство совсем не обязательно. Так как это назвать?
Всё очень запутанно. Не удивительно, что в науке вопрос о сущности семьи по сей день остаётся непрояснённым (Вишневский, Кон, 1979, с. 9). При этом, что интересно, нельзя сказать, что идут какие-то особые споры или баталии вокруг понятия семьи — этого нет. Учёных будто устраивает эта неопределённость. Поэтому они чаще предпочитают спорить о том, какие размеры были свойственны «семье» в разные эпохи, но никак не о том, что же они, собственно, могут называть семьёй. Тот самый случай, когда проще обсуждать размеры чего-то, но не это самое что-то.
В свете всего изложенного можно считать откровенно спекулятивными такие популярные (очень популярные) высказывания, как "семья — это основа общества, без семьи невозможно существование как самого общества, так и государства", "семья — естественная среда обитания человека" или "семья — древнейший социальный институт" — как можно приходить к таким выводам, если мы не знаем, что такое семья?
Ответа о сущности семьи мы не найдём не только у антропологов, но даже и у юристов, которые регулярно обращаются к Семейному кодексу для защиты интересов отдельных лиц или их союзов. Да, как это ни удивительно, в российском семейном законодательстве до сих пор отсутствует определение семьи, даже несмотря
