Алан оставил в прихожей включенным электрический свет, и Кристина, уже протянув руку к дверной ручке, машинально посмотрела на себя в зеркало, откуда на нее глянула совершенно незнакомая женщина, весь вид который говорил о том, что она уже дошла до крайности: давно не мытые сальные волосы, нездоровая кожа, мятая несвежая одежда. И в таком виде она предстала перед мужчиной? Да увидев при ярком свете такое чучело, Алан непременно сбежит от нее в ту же секунду, а ей так хочется поговорить с ним хоть несколько минут! Кристи, ты действительно рехнулась!
Она бросилась в ванную комнату, чтобы хоть немного привести себя в порядок. Пробегая мимо кухни, кинула туда косой взгляд. Целая свалка грязной посуды и огрызков продуктов открылась ее взору! Когда же это она успела превратить некогда аккуратный и ухоженный дом в берлогу алкоголика?
Позабыв про все свои реальные и мнимые болячки, она заметалась по дому, пытаясь за несколько минут ликвидировать терриконы грязной посуды и нестиранной одежды, одновременно приводя себя в порядок, но потом, оценив тщетность подобной попытки, решила довольствоваться главным.
Быстренько ополоснувшись под душем, она порылась в шкафу и, к своему облегчению, нашла кое-какую чистую одежду, так что, когда в дверном замке зацарапался, безуспешно пытаясь попасть в скважину, ключ, Кристина была уже во всеоружии и сама распахнула перед гостем дверь.
В ту же секунду в прихожую шагнул Алан, прижимая к себе два огромных пакета из которых торчала связка бананов и бутылка молока.
Кристина захлопнула дверь, а ее кормилец, не задерживаясь, прошествовал на кухню, где пристроил свою ношу на стол, смахнув на пол одноразовую пластиковую тарелку со скукожившимися кусочками недоеденного сыра. Убедившись, что принесенное добро не собирается рухнуть на пол, он повернулся к хозяйке и удивленно присвистнул:
— О-ля-ля! Оказывается, ты еще не совсем безнадежна! А я-то уж было подумал, что без скорой помощи в моем лице дело совсем швах!
Успевшая переодеться в чистый спортивный костюм, почистить зубы и даже вымыть голову, Кристина радостно вспыхнула, напомнив гостю старые времена, когда она кокетничала с ним напропалую.
А потом она сидела на кухне, забравшись с ногами в плетеное кресло, а Алан лихо орудовал кухонной утварью, одновременно присматривая за двумя кипящими кастрюлями и одной скворчащей сковородой, на которой он «для оказания неотложной помощи» готовил омлет. При этом он успевал травить разные байки из своей бурной жизни, и девушка поразилась, как мало она знала о, казалось бы, прозрачном как стеклышко приятеле ее мужа.
Все было так чудесно и по-домашнему уютно, что Кристина почти забыла о своей вдовьей доле и недремлющей миссис Картрайт. Она даже почувствовала что-то, напоминающее легкий голод, когда перед ней возникла тарелка с аппетитным блюдом. Оказывается, он умеет очень неплохо готовить! А она-то считала, что он должен растекаться в тонкую лужицу при виде ее пончиков! Какая непростительная гордыня и глупая самоуверенность!
— Слушай, — поинтересовалась она, доедая последний кусочек нежного, просто воздушного омлета, — есть ли что-нибудь в этом мире, что ты не умеешь делать? Мне даже страшно становится рядом с таким совершенством. Может, ты вообще не человек, а ангел, низвергнутый небом на землю за какие-то грехи?
В ответ Алан только засмеялся своим почти беззвучным смехом и лукаво взглянул на девушку:
— Ну, можешь на этот счет быть спокойной. В армии ангелов не бывает, а я все-таки семь лет проходил в рейнджерах, где даже черти не всегда выдерживают.
— Ого! Значит, ты сам мистер Дьявол, не меньше? И пришел по мою душу? Интересно, сколько ты мне за нее дашь?
— А что бы ты хотела?
— Ну-у, не знаю, — протянула она задумчиво, аккуратно прихлебывая из любимой кружки зеленый чай. — Ты же не сможешь вернуть Майки…
— К сожалению… — кивнул Алан, пристально на нее взглянув, словно пытаясь понять, насколько для нее важен этот вопрос.
— Тогда, наверно, покоя. Знаешь, мне последнее время ужасно одиноко и страшно. Словно меня тоже положили в гроб, только забыли похоронить.
— Но ведь, солнце мое, ты сама замуровала себя в этих стенах. Я понимаю твои чувства, но стоит ли так себя истязать? Ты что, собираешься здесь сидеть до конца дней своих? По-моему, ты еще слишком молода, чтобы ставить на себе крест.
Она задумалась над его словами, и на кухне надолго воцарилась тишина. С одной стороны, Кристине было ясно, что она действительно делает что-то не так, с другой — она не знала, как поступить, чтобы всем было хорошо.
— Понимаешь, — в конце концов смущенно протянула она, заплетая в косичку бахрому на висящей рядом оконной шторе, — мне бы не хотелось, чтобы люди думали, что я не любила своего мужа. А миссис Картрайт…
— Кристи, давай оставим в покое эту старую хрычевку. Скажи мне, пожалуйста, — он пододвинулся к девушке поближе и ласково взял ее ладони в свои, — что ты сама хочешь и чувствуешь.
— Не знаю… — Она совсем растерялась. — Мне очень тоскливо без Майки, хоть вой…
— Без Майкла или просто без людей?
— Конечно, без Майкла! — горячо воскликнула она, поражаясь бестактности его вопроса.
— Ты в этом уверена? — продолжал допытываться Алан, проигнорировав ее возмущение.
— Ну ты действительно дьявол, — прошипела она сердито, вырвав у него из рук свои ладони. — Я любила Майки больше жизни, и даже тебе не позволю сомневаться в этом! Не смей задавать мне больше подобные вопросы!
— Но, Кристи, я просто пытаюсь понять, где в твоих рассуждениях заканчиваешься ты и начинается миссис Картрайт.
— Оставь в покое эту достойную женщину, — заступилась за соседку девушка. — Она, между прочим, довольно часто заходила сюда меня проведать, в отличие от тебя!
— Но ты же сама ясно дала понять, что мое присутствие рядом с тобой нежелательно!
— Кто тебе сказал такую чушь?! — в запале выкрикнула Кристина, совершенно забыв, как торчала у окна, прячась за шторами, в ожидании, когда же он наконец скроется из глаз, чтобы самой выйти из дома. — Это ты меня обходил стороной!
— Я?!
— Ты!
— Да я…
— И еще чуть совсем не скомпрометировал, — ни к селу, ни к городу добавила она и тут же пожалела об этом, потому что от ее слов Алан буквально переменился в лице.
— Значит, я тебя скомпрометировал. И чем, позволь узнать?
— Ну… тем, что мы с тобой часто общаемся. По городу поползли нехорошие слухи…
— Которые разносит твоя любимая миссис Картрайт.
— Какая разница! Мне еще жить с этими людьми! Я не могу пойти против всех!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
