— Что ты говоришь? Как это «нет»?
— Я говорю, что мне не хочется, чтобы ты взламывала замок. Сундучок здесь, но и я все еще здесь. Давай прежде подумаем, чтобы не действовать второпях. Возможно, если мы сейчас взломаем замок, мне никогда не удастся обрести покой.
Хоуп присела на корточки, пристально глядя Арману в глаза. Интересно, ему на самом деле не хочется уходить?
Он прекрасно понял ее мысли.
— Подумай сама, ma petite: когда ты вытащила сундучок из земли, со мной ведь ничего не произошло. — Он посмотрел вниз, оглядывая свое тело. — Я все еще здесь. Если же мы взломаем замок, то кто знает: возможно, я исчезну?..
— Наверное, ты прав. Я почти забыла, зачем мы все это делаем. — Она посмотрела на сундучок, хранивший в себе его дневник и образ его возлюбленной. Любопытство просто убивало ее, но ей было слишком страшно открыть ящик Пандоры. — Мы подождем и посмотрим, что произойдет дальше.
Он улыбнулся и повторил за ней:
— Мы подождем и посмотрим.
Но где-то в глубине души Арман спрашивал себя: не потому ли ему хочется подождать, что он боится покинуть Хоуп?..
Он не был до конца уверен в отрицательном ответе.
Глава шестая
Темнота сомкнулась над холмом, подобно цветку, лепестки которого закрылись на ночь. Хоуп и Арман сидели спиной к огню, глядя на утес с другой стороны холма.
— С тобой все в порядке? — Арман пошевелил длинными ногами.
Хоуп рассматривала сверкающие алмазы, рассыпанные луной по водной глади. Только что они все обсудили, пытаясь решить, каким будет ее следующий шаг. Сундучок стоял рядом со свернутым в скатку спальником Армана в палатке у самого входа. Они не видели его, но оба чувствовали его присутствие.
— Все нормально; правда, я слегка озябла.
— Не хочешь ли ко мне в спальный мешок? — Голос его был нежен.
Она улыбнулась, все еще глядя на воду.
— Нет, спасибо. — Мысли Хоуп были поглощены головоломкой, кусочки которой никак не собирались вместе.
— Вот как? Ну, если не хочешь воспользоваться моим спальным мешком, почему бы тебе не придвинуться сюда и не позволить мне согреть тебя? — поддразнил он.
Хоуп повернулась к нему, и улыбка предвкушения близости заиграла на ее губах. Но тут же она застыла, пристально глядя на него. Зрачки ее испуганно расширились.
— Арман? — прошептала она.
Он подтянулся, чтобы пересесть поближе к ней, успокоить и прогнать страх, который прочитал в ее глазах, и увидел то же, что и она.
Он протянул вперед руку, расставив пальцы. Сквозь его ладонь просвечивало дерево.
— Mon Dieu, — проговорил он, и лицо его исказилось ужасом, повторяя выражение ее лица.
Она потянулась, словно желая помешать ему исчезнуть, и крепко ухватила пальцами его запястье.
— Не уходи.
Арман не отрывал взгляда от больших карих глаз Хоуп, умоляюще смотревших на него. Голос его был столь печален, что у нее едва не разорвалось сердце.
— Моя бедная малышка. Неужели так все и закончится? Неужели я обрел тебя для того, чтобы опять покинуть и блуждать среди звезд, пока мы вновь не встретимся?
Она покачала головой.
— Нет! — Слова застряли у нее в горле. Все ее существо было охвачено паникой. Она отчаянно нуждалась в нем, хотела, чтобы он остался с ней.
Арман печально улыбнулся.
— Похоже, тут у меня нет выбора. — Он протянул руку, рассматривая ее так пристально, словно в последний раз. — Вероятно, все загадки связаны с сундучком.
Хоуп покачала головой, не соглашаясь с ним. Ей надо было так много сказать ему, но слова не приходили в голову. Как она могла объяснить Арману, что он помог ей снова почувствовать себя по-настоящему живой после кошмара проведенных в Центральной Америке месяцев? Он преподнес ей драгоценный подарок: цель в жизни. Это было безумием, но она была благодарна призраку за то, что обрела с ним смысл жизни.
Должно быть, выражение лица Хоуп говорило яснее всяких слов, так как Арман прижал пальцы к ее губам с нежностью ночного ветерка.
— Не надо, малышка. Ничего не надо говорить. — (Она молчала.) — Просто будь со мной. Оставайся со мной, пока я могу еще что-либо видеть.
Она кивнула, закрывая глаза, чтобы скрыть непролитые слезы.
— Останусь, — шепотом пообещала она.
— Поговори со мной… Расскажи, о чем ты думаешь?..
— Я думаю о том, что Фейт, наверное, была замечательной юной леди. Она отдала тебе свою любовь против воли своего отца — а ведь это, скорее всего, было для нее совсем нелегко, особенно в то время. Я также думаю о том, что торговцы мехом, о которых ты упомянул, были преданы отцу Фейт. Я еще не знаю, как это доказать, и даже не уверена, важно ли это.
— А мой сундучок? И эти люди?
Голос его казался тихим и далеким. Страх сжал ей душу. Она не могла посмотреть на него из опасения, как бы не сделать хуже. Вместо этого она бросила взгляд на свои часы. Полночь. Самый колдовской час. Очень кстати.
Сундучок был найден и повлиял на Армана, даже не будучи открытым. Что же произойдет, когда они откроют его?
— Мне кажется, нам надо все основательно обдумать, — сказала она наконец. — Несколько идей по этому поводу у меня возникло, и завтра я съезжу в Дулут — проверю в библиотеке некоторые старинные записи о людях, населявших эти места. Может, они подскажут нам что-нибудь.
— И долго тебя не будет?
Она хотела ответить ему, что не вернется вовсе, так как у нее не было сил смотреть, как он исчезает из ее жизни и с ее острова. Вместо этого сказала:
— Возможно, задержусь на одну ночь. Или на две…
— Я буду тебя ждать и постараюсь сдержать мое нетерпение, — глухо ответил он.
— Ждать? — Хоуп снова повернулась к нему. В глазах ее отразилось горе. Его очертания и лицо были все еще видны, но казались совсем прозрачными.
— Ждать, — утвердительно кивнул он. — А куда я могу уйти?
— Туда, куда ты пропадаешь сейчас! — воскликнула она, прижимаясь к нему теснее.
— Я никуда не пропадаю. Я все еще здесь, медленно произнес Арман. — Я еще не могу уйти. Я должен найти ответы, прежде чем уйду.
— Да ты в своем уме? — вскрикнула она. — Ты исчезаешь прямо на моих глазах, а мы все притворяемся, что наступит завтрашний день!
— Но он наступит. Особенно для тебя!
Она замолчала, потрясенная его уверенным тоном. Арман был прав. Будет ли она его видеть, или он растворится и станет невидимым, он все равно не найдет покоя. И только она может помочь ему обрести этот покой.
— Да, — тихо ответила Хоуп, осознав наконец смысл его слов.
— Фейт… — Арман заколебался. — Хоуп… как бы ни было твое имя, ты предназначена мне.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
