Читаем без скачивания Чужие миражи - Валентин Холмогоров

Внутренние помещения учебного центра не отличались оригинальностью обстановки: узкие металлические стены, трассы проложенных по ним силовых кабелей и шестиугольные, выгнутые вовнутрь люки на пневмоприводе. Видимо, здешние дизайнеры решили не утруждать себя изобретением чего-то принципиально нового, позаимствовав антураж станции из фантастических фильмов или популярных компьютерных игр довиртуальной эры. Нас вели по извилистым коридорам, напоминающим ни то хитроумно проложенный в какой-то титанической стальной скале лабиринт, ни то систему ходов и тоннелей в гигантском муравейнике, откуда люди каким-то образом выселили исконных обитателей. Я старательно вертел головой по сторонам, словно экскурсант, впервые попавший на развалины афинского акрополя, но знакомой тонкой девичьей фигуры так нигде и не заметил. Вероятно, Алексей Анатольевич был прав и мы тянем сейчас пустышку, понапрасну теряя время. Что же, хотя бы представился шанс немного поразвлечься. За казенный счет…

Спустя пятнадцать минут мы очутились в огромном ангаре, вдоль высоких стен которого ровными рядами стояли истребители с поднятыми стеклянными колпаками. Возле некоторых из них суетились люди, из-под угловатых двигательных консолей обильно сыпались на пол искры вакуумной сварки. Я с улыбкой оглядел декорации: и ангар, и сама станция с каждой минутой все больше и больше напоминали мне внутренности имперского крейсера из лукасовских «звездных войн», кажется, где-то на краю зрения даже промелькнул маленький обтекаемый робот, напоминающий издалека цилиндрический японский пылесос на колесах… Неужели создатели этой игры настолько прониклись ностальгией по старой фантастике, что решили воспроизвести в «миссии» знаменитую космическую оперу чуть ли не в деталях?

Нас построили в ряд в центре ангара, перед строем появилась та самая девушка с тугим хвостиком вьющихся пепельных волос. Обвела нас пристальным взглядом, что-то шепнула стоящему рядом пареньку в оранжевом комбинезоне – видимо, технику, тот отрывисто козырнул и умчался прочь. В следующий миг ее голос перекрыл царящий вокруг шум, напоминающий мне мерный гул заводского цеха.

– Предупреждая грядущие неуместные вопросы, сразу сообщаю следующее. – Зычно прокричала она. – Меня зовут Клара, мне двадцать девять, я из Канады, Торонто. Замужем, есть ребенок, в случайные связи не вступаю. Если кто-то лезет с руками, отрываю сразу и не задумываясь.

Она вновь обвела взглядом строй, я скосил глаза: несколько человек стояли, смущенно уставившись в пол, один, коренастый невысокий крепыш, заинтересованно и вызывающе разглядывал девушку. Видимо, Клара угадала мысли местной публики. Не первый день здесь работает.

– Если организационные вопросы решены, – она усмехнулась, – переходим к делу. Я буду вашим инструктором по летной практике. Вы проведете здесь ровно столько времени, сколько потребуется, чтобы научиться пилотировать «иглу» в боевых условиях. Это понятно?

Я посмотрел на стоящие чуть вдалеке истребители. Машины были старыми и изрядно потрепанными, видимо, уже списанными с вооружения действующего флота. Такие бить не жалко. Хотя, собственно, в Глубине нет разницы в стоимости между старой и новой техникой, администраторы сервера вполне могли оснастить базу неиспользованными кораблями, разве что только не в заводской смазке. Стараются соблюсти легенду. Что же, похвально.

– Полагаю, все вы уже упражнялись на локальных тренажерах, поэтому первый вылет в тренировочную зону состоится ровно через пятнадцать минут. Шлемы в кокпитах. Занимать можно истребители начиная с восемнадцатого и далее к шлюзу. По машинам!

Новички резво кинулись к кораблям, отпихивая друг друга локтями. Я не торопясь пошел следом.

– Тебе, что, отдельный приказ нужен? Шевелись! – Взревела за спиной Клара и я получил увесистый пинок под зад. Суровая девушка, ничего не скажешь. Пришлось чуть прибавить.

Кабина «иглы» оказалась тесной и неудобной, однако шлем с мягкой подкладкой и встроенными наушниками оказался на редкость легким и ничуть не мешал обзору. Я воткнул свитый пружиной кабель интеркома в приемное отверстие на приборной панели, включил борт-навигатор и начал предстартовую проверку бортового вооружения.

– «Спрайт-1» на связи, – произнес я, укрепив оснащенный липучкой микрофон под подбородком, – проверка канала.

– «Спрайт-1», диспетчер, слышу вас, – донеслось в наушниках. Я чуть убавил громкость. – Вылетаете в первой группе. Можете запускать двигатели.

– Понял, – отозвался я и, захлопнув фонарь кабины, проверил герметизацию, после чего врубил обе турбины на прогрев. Истребитель мелко затрясло.

В ангаре уже никого не было: обслуживающий персонал успел покинуть его за пять минут до объявленного старта и сейчас мощные насосы, скрытые в толстых металлических стенах, выкачивали из огромного помещения воздух.

– Группа один, – раздался под подкладкой шлема голос Клары, – покидайте ангар с первого по шестой номер, я веду. После отключения лимитатора переходите на третий канал. Держите дистанцию не менее полукилометра, курс восемь-восемь-два.

– Принято, – откликнулся я и, выключив гравитационный контур, удерживавший «иглу» на поверхности ангара, плавно потянул рычаг тяги на себя. Истребитель медленно оторвался от пола и неуклюже развернулся носом к неторопливо расползающимся в стороны створкам выходного шлюза. За ними зияла пустотой непроглядная космическая чернота с ослепительной сыпью ярких, немигающих, голубовато – синих звезд. Вот, значит, как это выглядит на самом деле. Красиво.

Я осторожно тронул акселератор. Истребитель шел сейчас на лимитаторе – ограничителе скорости, автоматически включавшемся при подлете к базе, что исключало возможность непредвиденной аварии корабля в шлюзе и, соответственно, разрушения последнего, однако многократно усиливало шансы противника, окажись он поблизости, сбить беззащитный, медленно плывущий в пространстве истребитель. Далеко впереди мерцали двумя бело-желтыми огоньками дюзы корабля Клары, ведущей группу к учебному сектору. Здесь не было расстояний – взгляд просто не находил ориентиров, за которые он мог бы зацепиться при оценке дистанции. До нее могло быть и двести метров, и тысяча миль. Я включил круговой радар и перевел его в привычную мне метрическую систему длин. Пятьсот семьдесят семь метров. Я чуть прибавил скорости. Желтоватые точки дюз впереди полыхнули, переходя на форсаж – Клара сбросила лимитатор. Мне до безопасной зоны оставалось еще секунд тридцать лету.

Честно говоря, было просто скучно. Тренировочный сектор представлял собой гигантское кольцо, состоящее их неподвижно висящих в пространстве под разными углами к моему курсу плоских платформ с разбросанными по ним воротами, сквозь которые надо было пролетать, и грубо сваренными из металлических листов орудийными башнями, которые надо было уничтожать. Башни в нас пока не стреляли, и на том спасибо.

Платформа, крен градусов в сорок направо, жирная фосфорицирующая стрелка, указывающая ее центр. Подправляем машину. Ворота справа, ворота слева – два осторожных движения штурвалом. Башня. Короткая очередь ядовито-зеленых вспышек из-под моих плоскостей, башня плавает в перекрестье прицела. Мимо. Еще одна очередь и уродливый стальной цилиндр тонет в фонтане искр.

– «Спрайт-1», выровняй плоскость, кретин! – Голос Клары неприятно дребезжит в шлеме. – Слишком медленно идешь. Если не хочешь, чтобы второй поддал тебе под зад, прибавь скорости.

Она не права. Научиться с первого раза правильно держать «Иглу» в пространстве невозможно, даже после длительной практики на тренажере. Это раз. Для того, чтобы привыкнуть к абсолютно любой машине, не говоря уже об истребителе, нужно время. Это два. И вообще, мне все здесь уже порядком надоело. Это три.

Рука сжимает джойстик, на экранчиках виртуального шлема – чернота космоса и прямоугольная равнина медленно приближающейся ко мне платформы. Приборная панель внизу, тонкий крестик прицела перед глазами. Чуть надавливаю джойстик вперед, прямоугольник начинает двигаться быстрее.

– «Спрайт-1», идешь с деферентом на нос. На приборы смотри, идиот!

Черт. Разучился я играть в компьютерные игры. Мало практики.

Но мы это исправим.

Отбросив джойстик прочь, кладу правую руку на клавиши управления курсором, пальцы левой привычно занимают свои места над кнопками «Tab», «Ctrl», «Alt» и «Space». Так удобнее. На моем первом компьютере не было мыши и джойстика. Винчестера на ней, впрочем, тоже не было. «Искра 1030» – кто сейчас вспомнит эту древнюю машину?

Щелкнув несколькими клавишами, разворачиваю картинку во весь экран. Приборная панель и детали кабины исчезли, остались только звезды, перекрестье прицела, ползущая на меня платформа и проецирующаяся прямо в пространство маленькая диаграмма радара. Меня больше не существовало. Я стал кораблем.