Аудитория уже была наполовину заполнена, группа весело обсуждала предстоящий праздник. Леся прошла по проходу к последнему ряду и села рядом с Андреем, потому что он спокойный и с вопросами обычно не лезет.
В помещение вошёл Волков с сестрой. Ника как всегда смотрела на всех недовольно, исподлобья, сжимая тонкими пальцами картонный стакан из кофейни на углу. Леся достала ноутбук, устроила его на столе перед собой и включила. Лучше приготовиться к учёбе, а не просто пялиться на парня. К тому же и без неё на Волкова любопытно поглядывали.
Староста. Какая-то блондинка в короткой юбке и гольфах, рыжая девчонка на первом ряду и баскетболистка на третьем. Леся с ужасом обнаружила, что не знает и половины своих одногруппников. Надо бы это исправить…
– Твоё приглашение, – Волков возник рядом внезапно. Леся вздрогнула стараясь, не показывать виду, что испугалась и протянула руку.
– Спасибо, – пробормотала, забирая конверт. Ощутила на себе прожигающий взгляд Ники и поёжилась.
– Завтра не опаздывай, – подмигнул парень. – Помнишь? Мы договорись пойти на праздник все вместе. Ты, я, Ника, Андрей…
– Точно, – вымолвила, мимолётно облизав губы. – Напиши в чате время.
– Обязательно, – усмехнулся Волков и, прежде чем вернуться на своё место, как бы невзначай коснулся ладони Леси, что накрывала приглашение на вечер. Пальцы предательски дрогнули.
По телу разбежались мурашки. И место прикосновения ещё долго покалывало импульсами. Хотелось запомнить это ощущение, сохранить его в памяти, но началась пара и пришлось сосредоточиться совершенно на другом…
***
Две пары пролетели незаметно. Ребята собрались дружной компанией завалиться в пиццерию недалеко от универа, но Леся отказалась. Не потому, что не хотела.
– Музыкальный клуб, – улыбнулась неловко.
– Тренировка, – трогая запёкшуюся корочку на разбитой губе, произнёс Волков. Леся сразу и не заметила, так была взволнована, да и лишний раз старалась не смотреть в его сторону, а ведь бровь парня тоже была рассечена и заклеена узким с прослойкой пластырем. На скуле зрел синяк.
А вот мазь от ушибов взять не догадалась, пригодилась бы. Хотя какой от неё толк, если к Волкову не подойти. Ника смотрит на всех сторожевой коброй, того и гляди, ужалит.
– В другой раз тогда, – улыбнулся Егор. – Завтра у нас праздник, после можно собраться всем вместе.
– Отлично, – неловко вымолвила Леся, ещё не привыкнув легко соглашаться на подобные предложения, да и толпа пробуждала болезненные воспоминания, становилась причиной проявления панических атак.
Махнув на прощание одногруппникам, Леся поспешила к лифту. Подмывало эгоистичное желание обернуться, посмотреть на Волкова, но сдержалась. Ника пережила тяжёлую травму, и кроме брата у неё никого не было, естественно, что она к нему привязалась и боится потерять. Боится остаться одна.
Леся не боялась. Ни одиночества, ни смерти. Выгорела, казалось, дотла и продолжала бороться лишь на единственном желании не причинить боль родителям. Они бы не пережили. Да и не заслужили такого. В чём они вообще виноваты? В том, что их дочь такая глупая?.. наивная.
Нажала на кнопку лифта и зашла в хромированную кабину, но прежде чем двери закрылись, следом вошла Ника. Скрестила руки на груди и с недовольным видом отвернулась.
Леся неуютно поёжилась. Она никогда не любила конфликтовать с людьми, да и вообще, до знакомства с Ольчиком была замкнутым ребёнком. Может, потому что родители постоянно были на сменах и в командировках, а может, просто склад характера такой. Необщительный.
Леся не любила активный образ жизни, прогулкам на свежем воздухе предпочитала чтение дома на мягком диване, не стремилась заводить друзей, увлечения сверстников были безразличны.
Она не интересовалась куклами в детстве, но подолгу могла строить города из конструктора или собирать пазлы, решать головоломки. Была нелюдимой и трудно находила язык с другими детьми из-за чего сильно нервничала и расстраивалась. Одно время даже посещала детского психолога и невролога. Наверное, уже тогда у Леси были психические отклонения, нестабильная и хрупкая нервная система, а потому потеря единственной подруги так сильно сказалась. Нанесла непоправимый ущерб здоровью.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И сейчас… было безумно трудно социализироваться. Страшно нанести себе новую травму, страшно за свои робкие раскрывающиеся чувства, за неуверенные эмоции.
Лесю бросило в жар. В мозгу лихорадочно металась единственная мысль:
«Только не заговаривай со мной. Только не заговаривай…»
Лифт звякнул, заставив вздрогнуть. Леся подскочила на месте и, тяжело выдохнув, осторожно покинула кабину. Сестра Волкова уверенно направлялась к дверям музыкального клуба. Значит, решилась…
Леся сглотнула и достала из рюкзака заполненную анкету. Надо просто отдать её Артёму, познакомиться с другими участниками и слушать, что говорят, делать, что и все. Ничего страшного не случится…
Казалось, если без конца это повторять, то всё действительно пройдёт хорошо. Казалось, что Леся справится.
Ника остановилась внезапно. Резко развернулась и преградила Лесе дорогу рукой, уперев её в стену.
– Держись от Артура подальше, – процедила с угрожающей улыбкой на лице. – Увижу тебя рядом… пожалеешь, что на свет родилась, – и в подтверждении своих слов подхватила пальцами прядь Лесеных волос. – Тебе ведь они нравятся? А лысой понравится ходить? Могу устроить…
Леся дёрнулась, глухо стукнувшись затылком о стену. В висках болезненно застучал пульс. Перед глазами замелькали обрывки вызывающих дрожь воспоминаний.
«– Что ты там мычишь? Только посмотрите на неё, это наша заучка, – в лицо светил фонарик, тыкался чужой телефон. Нужно уйти, покинуть это место, но ноги ватные и не слушались. В голове шумело и страшно хотелось пить.
– Воды… – сипло шептала пересохшими губами. – Воды…
– Воды? – усмехнулись саркастично. – Эй, народ! Наша заучка хочет воды. А может, майку снимешь и покажешь всем, что там у тебя?
– Да нет там ничего, – раздался противный чужой смех, вынуждая скривиться.
Где я? Почему это происходит? Хочу домой…
– Отстаньте от неё, вы что, уроды, делаете?.. – знакомый голос казался далёким и… жалким? Надрывным и беспомощным. Слабым. Он не мог принадлежать подруге. Просто не мог, но что-то подсказывало: её тоже напоили. Подсыпали какую-то дрянь, от которой теперь не пошевелиться. От которой тело не слушалось, от которой мутило.
– Развлекаемся, Соломохина, не видишь? Отвали уже, ляг поспи… – раздался грохот, вызывая беспокойство.
Попыталась встань, но рухнула обратно на жёсткий диван. Едкий дым, заполнивший собой всё вокруг, резал глаза, обжигал лёгкие.
– Мальчики, наша заучка воды хотела, давайте искупаем её…»
– Эй?! Очнись уже! – Лесю тряхнуло. Она попыталась сделать вдох, но спазмом сдавило горло и ни туда, ни сюда. Как рыба… – Да очнись же! – щёку обожгло ударом, вынуждая изумлённо распахнуть глаза и как ни странно, это помогло. Спасительный кислород хлынув в кровь и от этого резко закружилась голова. Леся«поплыла»…
Мир сузился до одной чёрной точки, в ушах нарастал протяжный гул.
– Пожалуйста… – всхлипнули рядом. – Пожалуйста, не нужно умирать. Просто приди в себя. Я же не хотела…
«Кажется, я шептала то же самое когда-то… но было слишком поздно…» – от кровяного давления у Ольги лопнул сосуд. Кровоизлияние.
Наверное, её могли бы спасти, не находись она в почти двухметровом бассейне, пытаясь вытащить бессознательную подругу. Подругу вытащила, а вот сама… наглоталась воды и захлебнулась. Никому не было до неё дела. Гремела музыка, раздавался весёлых смех…
Леся открыла глаза. Вокруг толпились люди, кто-то протягивал пластиковый стаканчик с водой, кто-то, судя по всему, вызывал скорую. Но что поразило… чего совсем не ожидала увидеть – это заплаканное лицо Вероники, в глазах которой застыл неподдельный ужас...
