шепот этот был непонятен ему. Такое ощущение, что в твоей голове одновременно говорят тысячи полоумных.
Вода… Сильна…
Гроза… Громко…
Земля… Тепло…
Александр сказал ему, что это голос стихий, и он для Волка бесполезен. Пока он не научится раскрываться, то не сможет их убрать. А научится только тогда, когда сможет себя контролировать. Проблема еще в том, что у него сбился эмоциональный фон, и теперь он не ощущает себя той горой, которой был до этого. Однако, сожалениям места нет… Так бывает… Чтобы родиться, нужно умереть, говорил ему Александр и, кажется, он знает, о чём говорит.
Из приятных моментов — он наконец смог спокойно порыбачить и понять, что рыбалка ему уже не нравится. Куда веселее на «Буревестнике» рассекать между рядами врага. Или падать в «Капсуле», которую сбрасывает «Валькирия».
Волк уже несколько раз брал себя в руки и пробовал выйти из домика, чтобы вызвать себе транспорт. Хотел объявить, что возвращается, но каждый раз его захлестывал неописуемый страх… Тот страх, которого раньше в нём не было.
Дурные мысли лезли ему в голову:
«А вдруг я не справлюсь, и подведу всех остальных? Что, если в самый ответственный момент меня снова начнут сводить с ума стихии. Что тогда обо мне подумают остальные? Сколько тогда будет потерь? Как я буду смотреть в глаза тем парням, которые доверяют мне свои жизни?»
Волк начал замечать, как его накрывает новый приступ ярости, и в такие моменты хотелось всё вокруг крушить и ломать. Ему удавалось себя контролировать, но с каждый разом это было всё сложнее. По этому поводу он уже собирался позвонить Галактионову, чтобы рассказать о новых симптомах, и получить инструкцию, как ему лучше с этим справиться. Он хорошо понимал, что ему вручили великую силу, но не понимал, что с ней делать и как её контролировать, от слова совсем.
А также у него были неприятные предчувствия, что реабилитация займет куда больше, чем несколько лет. Из-за этого он злился еще больше… А ещё у него не было окна, ведь он сломал его одним ударом кулака.
— Нужно успокоиться… — сказал он сам себе, и занялся дыхательной техникой.
Однако успокоиться ему не дали. Вдруг зазвучал звук сирены из всех его гаджетов, что находились в комнате. Орали даже те, которые были выключены. Один миг, и он оказывается возле своего телефона, на котором читает сообщение, тут же перебирая в голове коды, которые были там полном составе. Это и неудивительно, ведь добрую половину из них он придумал сам.
Чем больше кодов он видел, тем больше расширялись его глаза, и о своих проблемах он даже думать забыл. Одни из самых страшных кодов, разработанные на все случаи жизни в Роду Галактионовых, сейчас были задействованы.
— Полный сбор! — выдохнул он. — Собирают всех… А меня там не будет.
От понимания этого факта он так и застыл на месте, а вывел его из ступора звон разбитого стекла. Звук был настолько сильным, словно во всей Империи разом лопнули все стекла в домах. От этого звука у него даже кровь через уши хлынула. Но он не обратил он на это никакого внимания.
У Волка в голове билась лишь одна мысль.
— Я не буду рядом… Без меня… — сжал он зубы до скрежета. — НЕДОПУСТИМО!!! — взревел мужчина. — ПРОЧЬ! ЗАТКНУЛИСЬ! ХВАТИТ!!! ВЫ БОЛЬШЕ НЕ ИМЕЕТЕ НАДО МНОЙ НИКАКОЙ ВЛАСТИ!!! — заревел он не своим голосам, и мгновенно выстроил стену между собой и стихиями, как и учил его Александр.
Эта манипуляция была не только в его голове. Поскольку он не умел еще нормально пользоваться своей силой, то вся комната была похожа на одну большую фабрику по изготовлению щепок. Выжило только его оружие и техника Рода Галактионовых.
Следующим шагом Потапов набрал Москаленко, и дал тому десять минут, чтобы забрать его. И хотя Москаленко понимал, что с командиром явно не все в порядке, но слыша вроде его нормальный голос, спорить не стал.
— Я не подведу Род! Я не щенок… Я ВОЛК, И ДОКАЖУ ЭТО!!! — оскалился мужчина, и быстро побежал к выходу.
* * *
Звонок… Как же один звонок может изменить всё. Говорят, что мертвые не звонят, а я только что узнал совсем обратное… Еще как звонят! По другому и не знаю, как это можно объяснить.
Все звучало очень странно, но, тем не менее, предельно ясно. Древний клич моего Рода, о котором я узнал из архивов. Слова, которые произносились крайне редко, и только в тех случаях, когда члену Рода Галактионовых угрожала реальная опасность. Откуда девочка могла знать о них? Только в том случае, если она или кто-то рядом с ней, был частью Рода… Моего Рода… Порядком забытого и почти уничтоженного, от которого остались одни лишь воспоминания. А Ведьма… Это тоже были символичные для меня слова.
Анастасия Галактионова по прозвищу «Ведьма», которое она получила из-за одного из своих Даров, а их у неё было два. И второй, как говорили хроники, сильнее… Настолько, что все её боялись… Сильно боялись, и не только из-за него, ведь и своим характером Анастасия была знаменита. Защитница детей. Учитель и воспитатель будущего поколения Галактионовых, ну, и по совместительству… бабушка Арины Галактионовой, то есть, очевидно, моя прабабушка.
За эту женщину было особенно обидно. Когда-то в Империи было множество статуй, посвященных именно ей. Она помогала детям от имени Рода Галактионовых по всей великой Империи.
Не знаю, как так вышло, что у нее получилась такая внучка, но это прискорбно. Хотя у меня есть мысли на этот счет. Простая и ничем неприкрытая зависть. Арина не могла смириться с тем, что её бабушка уделяет свое время еще кому-то, кроме нее. Так же, судя по ней, она была готова на всё ради силы, только не над работой над собой. Вот сделки со всякими сомнительными сущностями и предательство, это да… А потратить несколько тысяч часов на медитации слишком сложно. Интересно, она радовалась, когда при ней врагами Рода сносились статуи её знаменитой бабушки? Полагаю, что да.
— К нам направляется Волк, — сообщил мне подошедший Ратник. — Но я сомневаюсь, что он уже готов.
— Волк? — усмехнулся я, глядя на него. — Отличную новость ты мне принес. Он готов, поверь мне… Он не тот человек, который позволит себе подвести нас.
— Тогда командование я передаю ему? — спокойно спросил у меня Ратник.
— Да, это его
