Марк Шаттлворт в Петербурге
LinuxFormat #82 (август 2006)
Марк Шаттлворт (Mark Shuttleworth) – один из немногих разработчиков Linux, известный за пределами мира Open Source. Во-первых, его знают как удачливого Интернет-предпринимателя, разбогатевшего на гребне волны dot-com'ов. Во-вторых, он стал вторым в истории Земли космическим туристом. И в-третьих, Марк – учредитель ряда фондов помощи слабо развитым странам, организаций создания образовательных программ в странах «Третьего мира» и тому подобных мероприятий.
Однако в мире Open Source Марк известен, разумеется, не этим. Здесь его знают как разработчика Debian – в прошлом, и как организатора разработки семейства дистрибутивов Ubuntu – в настоящем. В этом своем качестве он возглавляет фирму Canonical – именно она осуществляет финансирование разработки всего семейства, обеспечивает распространение дистрибутива и его коммерческую поддержку, а также ведет прочую организационную работу.
Надо сказать, что дистрибутивы семейства Ubuntu (кроме собственно Ubuntu, в его состав входят также Kubuntu, Xubuntu, Nubuntu и Edubuntu) за короткое время снискали себе немалую популярность. В частности, и потому, что бесплатно рассылаются по всему миру, в том числе – даже в нашу страну. В результате чего в России сложилось достаточно большое и весьма активное сообщество пользователей Ubuntu.
Поэтому известие о визите Шаттлворта в Россию (Москву и Петербург), проходившем 15-16 июня, заинтересовало в основном широкие массы узкого круга, связанного с UNIX, Linux и Open Source. Тем более, что в программу посещения обоих городов входила встреча с теми, кто эти круги представляет – московскими пользователями Ubuntu и Linux вообще, и с Петербургской LUG.
Московская встреча состоялась 15 июня в Институте философии РАН и организована была, насколько я знаю, фирмой Altlinux. Однако на ней я не присутствовал, и потому сказать ничего не могу. А вот на питерской – побывать довелось, о чем и рапортую.
Встреча с Петербургской LUG 16 июня была подготовлена фирмой Линуксцентр и учебным центром «Феникс». В зале последнего, расположенном на территории Географического факультета Санкт-Петербургского Университета, она и происходила. Программа мероприятия включала три пункта: выступление Марка, ответы на вопросы участников и – ну конечно же, какая встреча юниксоидов обойдется без пива? – нечто вроде фуршета.
Теоретически для участия во встрече требовалась предварительная регистрация. Однако на практике, к чести организаторов, дело оказалось гораздо проще: насколько я мог наблюдать, вход был свободный, никто ни с какими списками не сверялся, и в итоге в зале оказались все, того пожелавшие.
Надо отметить хорошее техническое обеспечение встречи. Аппаратура «Феникса» позволила выполнить аудио- и звукозапись всей встречи – не только выступления, но и впорсов, в том числе и с места. Именно обработка аудиозапсис (смею надеяться, литературная) легла в основу всего нижеследующего материала – в связи с чем выражаю свою признательность организаторам встречи.
Выступление
Выступление Марка осуществлялось на английском языке – он начал его заявлением, что по русски говорит плохо (хотя, по агентурным данным, делает это совершенно без акцента – да и сказанная по русски вводная фраза это подтверждала). Однако перевод выступления обеспечивал Дмитрий Дмитриев из компании Linux Ink, известный своими работами по русификации Red Hat/Fedora и разработкой русской версии Scientific Linux. Так что суть речи Марка была доступна даже тем, кто, подобно вашему покорному слуге, английский на слух воспринимает с трудом.
Для начала Марк рассказал историю своего приобщения к Linux, ставшую уже в анналах Open Source почти столь же хрестоматийной, как история про принтер Ричарда Столлмена или про терминальную программу Линуса Торвальдса. Один приятель дал Марку кучу дискет с дистрибутивом Slackware и шесть упаковок пива, сказав, что это – все, что нужно для освоения Linux. Правда, существует версия, упаковка была одна – с шестью бутылками. Однако я более склонен доверять переводу Дмитрия. Действительно, говоря по русски, без поллитры с Linux'ом тогда, лет десять назад, разобраться было проблематично. Так что вряд ли Марк в этом процессе обошелся даже шестью исходными упаковками...
Далее последовал рассказ о том, как зародилась идея дистрибутива Ubuntu, и об особенностях процесса его разработки. Здесь Марк подчеркнул, что одной из целей дистрибутива было – достижение гармонии между стабильностью и актуальностью включенного в состав софта. Первая задача достигается долговременной поддержкой стабильных релизов, выходящих через определенные промежутки времени (примерно полугодичные, хотя подготовка текущего релиза несколько затянулась), и на протяжении длительного (трех- или пятигодичного) периода пользующихся поддержкой. Вторая же задача осуществима за счет регулярных промежуточных обновлений, предназначенных для пользователей, желающих работать с самым современным софтом.
Затем в выступлении прозвучала очень интересная мысль. Мы, дистростроители, сказал, Марк, часто забываем, что наша роль меньше, чем роль тех ребят, которые собственно и разрабатывают те пакеты, которые включаются в дистрибутивы. И дистростроитель должны уважать их работу – в том числе и с помощью сообщений об ошибках, извещения о новых возможностях, включаемых в эти продукты майнтайнерами дистрибутивов, и тому подобными способами.
Логическим продолжением этой мысли было высказывание об аналогичных горизонтальных связях с другими дистростроителями. В первую очередь речь зашла, конечно, о взаимоотношениях с разработчиками Debian – материнской. по отношению к Ubuntu, системы. Но не отвергается и сотрудничество с иными майнтайнерами, такими, как команда разработчиков Fedora, с целью обмена модификациями ядра и пакетов.
Однако и тут Марк подчеркнул, что связи, так сказать, вертикальные – с разработчиками крупных программных пакетов, таких, как Gnome, KDE, Apache, MySQL, Postgress, и многие, многие другие – являются более важными. Потому что в конечном счете именно их работа обеспечивает успех или неуспех любого дистрибутива.
В этом контексте прозвучал и ответ на вопрос, который меня интересовал с первого дня знакомства с Ubuntu: почему для титульного дистрибутива семейства, ориентированного, в том числе, и на начинающего пользователя, в качестве пользовательского окружения был выбран Gnome, хотя, казалось бы, KDE справляется с этой ролью как минимум не хуже. Марк объяснил сделанный выбор тем, что в момент создания Ubuntu Gnome был более простой в использовании средой, нежели KDE. Когда же разработчики KDE, оценив концепцию дистрибутива, предложили вариант со своим десктопом, – родился Kubuntu.
Зашла речь, конечно, и о бизнес-модели, призванной сделать разработку дистрибутива коммерчески выгодной. Здесь интересен следующий момент: вместо создания единой централизованной компании фирма Canonocal, обеспечивающая финансирование разработки Ubuntu и обеспечение его поддержки, привлекает к сотрудничеству распределенные фирмы из разных стран – в настоящее время их более 300, – которые и осуществляют регионально-ориентированную поддержку.
Маленькое отступление: как известно, Ubuntu оказался очень продуктивным клоно-породителем. Помимо всего прочего, от него происходит несколько испанских вариантов дистрибутива, ориентированных на использование в провициальной администрации этой страны; создается впечатление, что скоро в Испании каждая провинция будет иметь свой вариант Ubuntu. Тонкий намек: не пойти ли и нашей стране по этому пути? В этом случае востребованной окажутся и услуги фирм, способных оказать квалифицированную поддержку...
Наконец, речь дошла и до схемы разработки открытого софта вообще и дистрибутива Ubuntu в особенности: о механизмах контроля версий и веток исходного кода, о методах совместной работы над документацией и ее переводами на разные языки – например, на санскрит (да, товарищи, в Ubuntu предусмотрена и такая локаль). Что, как было убедительно продемонстрировано, действительно, оказывается нынче ключевым моментом для любого проекта Open Source – как с технологической стороны, так и со стороны, если так можно выразиться, социальной. Впрочем, для открытых исходников эти аспекты оказываются связанными практически неразрывно – и это тоже прозвучало в выступлении Марка.
Действительно, ведь сам принцип разработки открытых исходников базируется на вовлечении в процесс максимально широкого круга лиц, к таковой в принципе способных – и это одна сторона вопроса. Другая же, оборотная, выливается в проблему эффективности контроля над изменениями, которая может обеспечить целостность системы разработки и защиту ее от повреждения некорректно написанными фрагментами кода. То есть, попросту говоря, все сводится к тому, чтобы система была «дуракоустойчивой» – и при этом чтоб никто из разработчиков не ушел обиженным...
