Кинн. — Ладно, давайте дальше.
— Кстати об одержании, — подал голос Хирш. — Есть новые данные об этом явлении?
— А какие для вас старые? — устало спросил Мирер. — Простите, адмирал, все так быстро меняется…
— Да, информации много, она часто обновляется, — произнес Арон. — Признаюсь, я не всегда успеваю читать служебные рассылки. Можете дать краткую выжимку из наиболее актуального?
— Последние данные… — разведчик покосился в сторону невидимого собеседникам экрана. — Два дня. Наши ученые по-прежнему придерживаются мнения, что это перехват мозговых волн, удаленное управление. Напоминающее компьютерный вирус, если так можно выразиться, которым взламывают высокоуровневые Искусственные Интеллекты. Только вот, как бы сказать, в этом случае интеллект у нас натуральный.
— Меня интересует лекарство, — отрезал Хирш. — Это вообще лечится? У вас же есть объекты исследований? В первые дни пленных было достаточно много.
— Объекты, — Мирер поджал губы. — Можно и так сказать. Часть захваченных команд. И единицы, высадившиеся на планету. Наземные операции по зачистке зараженных кварталов были слишком решительными.
— У нас не было выбора, — подал голос молодой командующий. — Это распространялось очень быстро. Если бы флот…
— Так, — резко сказала Магда. — Арон, к чему ты клонишь?
— Я хочу знать, это обратимо или нет? Кто-то выздоровел? Кажется, вы проводили опыты по полной изоляции? Или я неверно прочитал данные?
— Проводили, — признался Мирер. — Но прошло слишком мало времени, нужны дополнительные проверки, контрольные группы. А промежуточные выводы ненадежны. Скажем так. Если попавшего под влияние этой заразы изолировать, поместить в эхокамеру, не пропускающие никакие волны, он приходит в себя. Прекращается влияние — прекращается эффект. Мы как бы отключаем его от враждебной сети.
— А потом? — резко спросил адмирал. — Их можно возвращать в строй?
— Мы пока не рискнули, — сказал разведчик. — Исходя из практики, такие выздоровевшие, больше подвержены повторному заражению. Вторичное проникновение и захват происходит намного быстрее и с большого расстояния, будто система защиты уже заранее взломана.
— И все же, это источник, — произнес Арон. — Чужие корабли и те… личности, как вы выражаетесь, трансляторы сигнала?
— Да. И если для первого захвата врагу, грубо говоря, нужно быть в пределах прямой видимости, то для повторного хватит несколько километров.
— А если убрать источник? — резко спросил Хирш. — Предположим, наш враг исчез. Или отступил далеко за пределы системы, забился обратно в свою нору. Как далеко надо ему отступить, чтобы зараженные пришли в себя?
— Мы не знаем, — отрезал Мирер. — Таких опытов не было. Но это удаленное управление из единого источника, и, возможно, через гиперпространство. Расстояние тут, пожалуй не особо критично. А вот наличие центрального источника — да. Не будет его — не будет управления.
— Арон, — тихо позвала Магда.
Хирш взглянул ей в лицо. Президент сверлила его взглядом — пронзительным и резким. Лицо заострилось, глаза пылали. Зубы сжаты так, что на скулах проступили желваки. Она поняла. Конечно, поняла. У нее свои источники информации. Обмен данными невозможно скрыть.
— Что ты задумал, Арон? — тихо, но веско спросила Магда.
Арон Хирш, стальной адмирал, выпрямил спину, одернул белый китель. Он без трепета и волнения встретил пронзительный взгляд своего президента, своей старой подруги. Его стальной взгляд ничем не уступал.
— Госпожа президент, — медленно произнес он. — Как командующий флотом, я прошу разрешения выслать экспедиционный корпус для уничтожения центральной базы врага и ликвидации источника заражения.
Магда прищурилась, ноздри ее раздулись. Если бы взгляд человека мог прожигать предметы, от ее собеседника осталась бы лишь горстка пепла.
— Ты собираешься бросить без защиты всю планету? — процедила Магда.
— В корпус войдут только крупнейшие корабли, способные на последовательность дальних прыжков, вооруженные мощнейшим оружием уничтожения. Средние и мелкие корабли останутся для защиты планеты.
— И куда же направится корпус?
— Меморандум Роуза, — отчеканил Хирш. — Координаты указаны. Пока все данные из меморандума получили свое подтверждение.
— Слишком далеко, — бросила Магда. — Не хватит топлива.
— Перезаправка на границах, часть станций уцелела. Корпус будет не больше сотни единиц, так что все пройдет быстро. Линкорам, с собственным обогащением материи, станции не понадобятся вовсе. Часть сопровождения будет перезаправлена с них, во время остановки на территории Закари.
— Ты с ума сошел, — спокойно произнесла Магда. — Ты понятия не имеешь, что там на самом деле находится. И где.
— Там — враг, — так же спокойно ответил Хирш. — Войны не выигрывают, сидя в осаде. Либо мы атакуем, либо нас постепенно раздавят превосходящие силы противника.
— Отказано, — резко бросила Магда. — Кроме того, что это просто бессмысленная авантюра с непредсказуемым результатом, похожая на игру в рулетку, так еще этот ход оставит без защиты всю планету. Одна серьезная атака и без крупнейших кораблей весь Прайм будет уничтожен.
— Магда, — как можно мягче произнес Арон. — Прогнозы неутешительны. Пару атак мы отобьем. Затем Прайм падет. Враг набирает силу, а мы теряем ее. Если мы не предпримем решительных действий, нам конец.
— Прогнозы, — протянула Магда, сверяя взглядом зеленых глаз своих собеседников. — Вот что это были за обмены секретными пакетами сверх обычной нормы? Кто еще? Хенрик?
— Да, госпожа президент, — старик вздохнул. — Увы, наши дела плохи. Мы постепенно вымираем и перемен не видно. Фактически, все на Прайме уже мертвы, просто еще ходят и дышат. Пока.
— Арон! — Магда резко откинулась на спинку кресла. — Увести флот от планеты! Несколько миллиардов гражданских! Ты обречешь их… обречешь нас на смерть! О чем вы только думали?
— О решающем ударе, способном положить конец этому вторжению, — отчеканил Хирш. — Последний решающий выстрел. Все или ничего, Магда. И никак иначе.
— Нет, — отрезала Кинн. — Ни один президент, ни одной планеты не позволит во время войны отвести главные силы флота от обороны гражданских объектов. Мы будем сражаться до последнего.
— До последнего чего?! — воскликнул Хирш. — Магда, мы все готовы умереть за Прайм! И умрем, как полагается солдатам на войне! Но мы не можем держать оборону вечно. Враг превосходит нас силой. Наше поражение, наша смерть, захват Прайма — это вопрос нескольких дней, может быть недель. Наблюдать за медленным истреблением целой планеты, это не выход. Мы должны нанести удар! Переломить ситуацию. Хотя бы отвлечь силы противника от наших планет, нанести ему невосполнимый ущерб…
— Если бы у тебя были хоть какие-то данные о враге, о его этом центре управления, о числе его сил, тогда бы это имело смысл, — отрезала Магда. — Ты не знаешь ничего, и собираешься броситься вниз со скалы, завязав глаза и полагаясь на удачу. Если бы речь шла только о тебе — пожалуйста. Но ты собираешься утащить с собой цвет нашего флота и обречь на смерть миллиарды душ на планете. Так что — нет. Если потом появится новая информация, новые данные о центре
