Читаем без скачивания И станешь ты богом - Александр Костожихин

Ватажники, кряхтя и постанывая, а про себя – поругиваясь, начали потихоньку оживать, шевелиться. Кто-то заскреб по котлам песком, кто-то пошёл рубить сушины для костра, кто-то тащил с плотов тюки и вязанки. Некоторые сели поправлять оружие или доспехи. Двое с угрюмыми лицами вышибали затычки из бочонков с пивом, опорожняя уцелевшие меха с медовухой и брагой. Стоял густой запах хмеля, ватажники сглатывали слюну, но воеводе перечить боялись. Все знали Щуку. И все знали: слов он на ветер не бросает. Как сказал, так и сделает. Даже если во вред себе. Он – воин известный, до железа жадный. Один на один уложит любого из ватаги. Кудыму же откровенно боялись. Тёмный человек, страшный. Слава про него идёт жуткая. Ингрельд, с виду хоть и простой парень, но за своих друзей заступится, тут и к волхвам не ходи. Каков он в бою – все недавно видели. Гондыр – слишком опытный вояка, чтобы на него кидаться, не раздумывая. Если эти четверо плечом к плечу встанут – всю ватагу разом разобьют. А шаман их потом ещё и к Ящеру отправит, на муки вечные. Хотя рано или поздно все в его лапах будем, но лучше погодить.

Гондыр отыскал глазами викинга:

– Ингрельд, ты как?

Ингрельд смущённо водил прутиком по земле:

– Не беспокойся, нормально. Сейчас вот подсчётом прибытка с воеводой займёмся. Да не смотри ты на меня так! Ну, расслабился слегка после боя. С кем не бывает? Не все же такие железные, как вы со Щукой.

Гондыр подсел к Кудыме. Тот отвернулся от старого воина. Краска стыда залила щёки шамана. Гондыр понял, тихонько похлопал Кудыму по плечу и отошёл.

Да, Кудыме было стыдно. Очень. Как же так? Ну ладно, эти лихие ребята, что пошли с ними в поход, живут сегодняшним днём. Удалось удачно захватить караван? Прекрасно, можно и погулять на славу! Завтра наступит только завтра. Но он-то? Как поддался такой беззаботности? Как мог забыть наказ богов? Как мог забыть пустое Древо Мироздания? Почему Щука и Гондыр сдержались? С Ингрельда взять нечего – этому свею ничего, кроме боя и пира после него, не надо. Но ведь он тоже, как Щука и Гондыр, пошёл за Кудымой не ради возможности обогатиться. Это для него второстепенное. Он предложил свою помощь без всякой корысти, с открытым сердцем. А коли подвернулось под ногу случайное богатство – отчего же не воспользоваться? Убили много людей, и не только здесь. В разных местах Земли за это время прошли десятки боёв, схваток, убийств. Каждую минуту кого-то убивают, кто-то умирает сам. Надо торопиться завладеть ножом, вернуться на Мань-Пупу-Нер, пока не произошло непоправимое зло. А он, Кудыма, бражничает. Поёт хмельные песни, радуется удачной добыче, доброму бою. Да что с ним такое? Ладно, довольно заниматься самобичеванием. Пора души погибших проводить сквозь туманы и хмари миров на ветви Мирового Дерева. Пустое там Древо или нет, ворует ли кто-то души – свои обязанности нужно исполнять. Делать, что положено, а дальше – будь что будет.

Десятки глаз смотрели на шамана.

– Ставьте шаманский чум[26], – Кудыма поднялся, властно показал рукой:

– Вот здесь.

Несколько человек под руководством Гондыра приступили к постройке чума.

Около полудня ватага поплыла дальше.

IV

Из земель аров выбирались пять дней. Плыли только днём. Два раза отбивались от лодок, которые устремились за ними в погоню. Один раз отбили нападение, будучи на берегу, когда рано утром ватагу попробовали атаковать с воды, командой высадившись из долблёнок. Часовые не прозевали. Тревога была поднята вовремя, ары отступили под ливнем стрел, успев, однако, серьёзно ранить троих коней и одного воина. Коней пришлось прирезать. Непривередливые в еде ватажники пустили их в котёл. Хотя мясо было жёстким, как подошва, и пованивало псиной, съели вмиг – только за ушами трещало. Раненного в живот стрелой сотоварища, по его же просьбе, добили. Наконечник у стрелы был из рыбьей кости, и после проникновения в тело разбился на много частей, причиняя раненому страшные муки. После Кудыма совершил полагающийся обряд. Но это были лишь внешние символические действия. Провожать было некого – душа исчезла. Шаман этому больше не удивлялся. Относился спокойно. Словно что-то запеклось в душе Кудымы, осталась лишь холодная ненависть к неведомому похитителю. Он жаждал теперь только одного – добраться до ножа. Хотя во время последнего посещения одно его немного порадовало: Древо не было абсолютно пустым! Несколько птичек оме, в которых превращаются души умерших людей, ожидая своей очереди вселиться во вновь рождённое тело младенца по достижении им трёхлетнего возраста, сидели, нахохлившись, на его ветвях и ждали своего часа. Их было очень мало, но это лучше, чем совсем ничего. Значит, Крадущий Души пока не вошёл в полную силу. Некоторые души с помощью шаманов успевают прорваться через его препоны. Либо, чтобы захватить всех, ему пока не хватает могущества.

На ночлег Щука и Кудыма специально выбирали всякие неудобицы. В хороших для стоянок местах их, скорее всего, уже ждали.

Наконец, на шестой день пути, по правобережью пошли первые деревни булгар. Деревни аров ещё встречались, но по левому берегу. Однако возникла угроза столкновения с хазарами, которым булгары платили дань. Хотя хазары кочевали в основном по степям, некоторые военные отряды для сбора дани и отдельные небольшие кочевья попадались и здесь. Их привлекали лесные поляны с сочной травой. Глубокой осенью, но успевая до снега, откочёвывали хазары обратно в степи, в середине лета приходя снова.

Булгары с недавних пор народ мирный. Их не трогаешь – они не лезут. Основной их доход – торговля и землепашество. Когда-то тоже кочевали, а теперь вот осели на земле. Конечно, если кто со злом сунется, отпор могут дать мощный. Под хазар же булгары ушли только потому, что это им было выгодно. Прекратились набеги, наладилась спокойная жизнь. Хазары за договор держались прочно – им этот союз тоже был очень выгоден. Булгар они не обижали, а защищали, за это и мзду имели хорошую.

В отличие от булгар, хазары были и оставались кочевым народом. Через их земли шли многие торговые пути. За право проезда купцы платили откупные деньгами или частью товара – иначе можно было довести свои дела до худого конца. От хазар – прирождённых воинов, жадных до добычи, живущих разбоем и грабежом, можно было всего ожидать. Значит, воинов в них было более чем достаточно, чтобы положить, например, в коротком открытом бою такую небольшую ватагу, как ватага Щуки.

Однако волков бояться – в лес не ходить.

Около очень большой булгарской деревни – почти города – ватажники, по приказу Щуки, встали на дневку. Сам Щука ушёл в деревню. Вернулся обратно с крепко сбитым мужичком, которого сопровождали двое здоровенных детин.

– Давайте сразу к делу. Делу – время, потехе – час – мужичок даже не удосужился ни с кем поздороваться, просто окинул скопище ватажников хитрым всё понимающим взглядом.

Ингрельд, Щука и Гондыр переглянулись между собой, недоуменно пожали плечами.

– Давайте, тащите с плотов товар, раскладывайте. Купец прибыл! И коней пусть посмотрит, – Щука радостно потирал ладони и ухмылялся.

Ватажники бросились исполнять приказ.

– Кто это? – негромко спросил Щуку Кудыма.

– Да так, один старый знакомый. Купец. Точнее, тайно скупает товар у таких людишек, как мы, и перепродаёт. Все всё знают, но его не трогают. Нужный человек. Однако с ним надо ухо востро держать – обманет, и глазом не моргнёт.

После долгих споров-уговоров наконец-то сошлись в цене. Купец отправил одного из сопровождавших его детин обратно в деревню, откуда тот вернулся с большой сумой через плечо.

Рассчитались. Щука скрупулёзно пересчитал монеты:

– Не хватает, если золотом считать, трёх безант. Вот эти две – фальшивые.

Нисколько не смущённый купец добавил недостающие монеты, заменил негодные.

– Всё?

– Сделку обмывать не будем. Не на торге.

– Ну, что ещё будет доброе – забегайте. Всегда рад видеть. Один вопрос, чисто из любопытства. Не хочешь – не отвечай. Щука, ты же Большим Воеводой в Перми Великой был. С чего вдруг на ватажные подвиги потянуло?

– Оставлю вопрос без ответа.

Забрав с собою нагруженных вьюками коней, купец ушел вместе со своими людьми. Щука, Кудыма и Ингрельд, избавленные от мешавшего и сковывавшего манёвр груза, вздохнули свободно.

Щука раздал ватажникам монеты согласно оговорённой доле. Теперь пусть каждый сам отвечает за своё имущество. С учётом срезанных у убитых в деревне купцов и охранников кошелей, у каждого получилась изрядная сумма. Ватажники повеселели. На эти деньги можно было беспробудно гулять полгода, не меньше. А можно просто скромно дожить до глубокой старости, и ещё детям останется. А хочешь – дело своё начинай без займа у жидов. А ведь поход только начался. Как же чудесно, что именно их Щука и Ингрельд отобрали тогда в ватагу!

Ещё один день плыли по реке, держась правобережья. Миновав место, где с левого берега река Буй впадает в Каму, наконец, решили причалить за ней на левый камский берег. Тут начинался клин земли булгар, вслед за которыми тянулась река Белая, на чьих берегах жили башкиры.