Читаем без скачивания Венценосные супруги. Между любовью и властью. Тайны великих союзов - Жан-Франсуа Солнон

Так чета преодолела первый серьезный кризис в своей жизни. Изабелла не пожалела сил, чтобы поставить мужа на место. Пока что у супругов был всего один ребенок — пятилетняя дочь по имени Изабелла. Королева искусно воспользовалась правом наследия по женской линии, чтобы подтвердить свое превосходство перед Фердинандом. Признание такового обеспечивало девушке в будущем право на власть, исключая возможность каких-либо притязаний со стороны супруга-иностранца.

«Есть вероятность, что после нас — объяснила Изабелла Фердинанду, — появится некто, кто объявит себя мужским потомком кастильской королевской семьи и отнимет корону несмотря на то что он происходит из побочной ветви, у вашей дочери-принцессы на том основании, что она женщина, пусть даже из прямых наследников. Видите, сир, какие неудобства придется терпеть нашим отпрыскам».

Кроме того, если отнять у женщины право на власть в полном объеме, то возникнет угроза ее брака с принцем-чужеземцем, «который может потребовать передать управление королевствами, крепостями и государственными доходами людям из его народа, не-кастильцам, и тогда королевство может попасть в руки иностранной семьи, и виноваты в этом страшном преступлении будем мы».

Изабелла успешно отстояла свою позицию. «Было бы неплохо, — добавила она, — если бы возникающие вопросы решались сообразно праву этих королевств». Отныне ни что не бросит тень на их союз. «Теперь все решено… Хорошо, что было сделано это дополнение, оно поможет избежать возможных недоразумений». Историк Эрнандо дель Пульгар с удовлетворением заключает: «Король выслушал доводы королевы, признал, что они обоснованы и объявил о своем согласии; и отныне он и она принимали решения, не тратя времени на споры».

Королева, главнокомандующая и дипломат

Итак, Изабеллу объявили королевой Кастилии, сеговийский договор подписали, осталось решить все остальное. Сторонники соперницы Изабеллы Бельтранехи не оставили надежды на реванш. Среди грандов произошел раскол не столько в связи с набившим оскомину вопросом о законнорожденности, сколько в связи с будущим характером королевской власти. Сторонники принцессы Хуаны, судя по всему, выступали за раздел власти между дворянами и короной. Им противостояла группировка, считавшая необходимым иметь сильную монархию, которая будет сохранять в неизменном виде существующий порядок. Какую роль будет играть знать: станет ли она посредницей или даже участницей политических игр или же, напротив, подчинится королевским прерогативам? Ситуация постоянно переигрывалась. Гранды меняли лагеря, ставя будущее под вопрос и плодя неясности. Испания не могла решиться. Толедского архиепископа, до недавнего момента поддерживавшего Изабеллу и считавшего, что она справится с королевскими обязанностями, теперь раздражала ее независимость. «Когда я взял ее на руки, она занималась тем, что пряла, — не подумавши, бросил он, — я и отправлю ее назад к прялке». Юные супруги так крепко держались за свое место, что архиепископ перекинулся во враждебный лагерь. Кастилия не отвергала Изабеллу. Но и падать перед ней единодушно и незамедлительно она не стала.

Настоящая опасность исходила от португальского соседа. Лиссабонское королевство лелеяло мечту об объединенном полуострове и надеялось воплотить ее в жизнь, заключив союз с Кастилией и оставив Арагон в изоляции. Эти планы рухнули в день свадьбы Изабеллы и Фердинанда, а после коронации Изабеллы от них и вовсе ничего не осталось. Возродить их можно было лишь силой оружия. Португальский король Афонсу V не стал медлить — в мае 1475 г. он вторгся в Кастилию. В качестве предлога для интервенции он поднял вопрос о законности престолонаследия, предварительно женившись на Бельтранехе. Перед Изабеллой и Фердинандом встала задача одновременно выстоять и в гражданской войне, и в войне с соседом.

Со всей энергией, присущей юности, чета бросилась в бой. На полях сражений Фердинанд показал себя прекрасным военачальником. Когда король ведет войну, королева обычно остается просто зрительницей. Но Изабелла не пряталась во дворце и узнавала новости о сражениях, укрывшись за толстыми стенами. Она действовала. Побывав почти на всех фронтах, она заручилась лояльностью со стороны городов, которые должны были защитить ее от португальского нашествия. Как известно, решающей победы добился Фердинанд. Возле местечка в Кастилии под названием Торо 1 марта 1476 г. вражеская армия под командованием Афонсу V потерпела поражение. Несмотря на неудачу португальский король верил в возможность переговоров. Фердинанд колебался, он был готов пойти на соглашение. Изабелла же не желала ничего слышать: она ни за что не уступит ни клочка своих земель врагу-португальцу[64].

Это разногласие не омрачило радость победы. Молодым королям улыбнулась удача. Фердинанд подчеркнул, что сослужил жене большую службу. «Говорю вам, — заметил он ей, — что в этот вечер Господь вручил вам королевство Кастилию». Вместе они решили в знак благодарности Богу построить в Толедо монастырь, который станет вечным памятником победе. Там появился Сан-Хуан-де-лос-Рейес, подаренный францисканскому ордену, шедевр стиля, названного «исабелино» в честь королевы.

Когда восторги поутихли, Изабелла и Фердинанд стали по-разному оценивать последствия победы. Король полагал, что победа в сражении у Торо заодно помогла утихомирить Кастилию. У него не было никакой нужды там задерживаться. Лично ему требовалось заполучить большую часть Касти-лии, находившейся под угрозой французского вторжения. Практичная и последовательная Изабелла хотела для начала обчистить карманы своих противников, еще остававшихся в королевстве. Такое несовпадение в целях супругов мешало им определиться, куда и как именно направить армию. Нас уверяют, что это было последним разногласием между Изабеллой и Фердинандом. Один из государственных мужей, как раз получивший аудиенцию у королевы, потом рассказывал, что Изабеллу охватила такая ярость, что она отказалась принимать у себя кого бы то ни было, а Фердинанд, чтобы успокоиться, отправился на охоту[65].

На самом деле выбора не было. Следовало одновременно дать отпор французским войскам, уже успевшим пройти Андай, и побыстрее разобраться с несогласными в Кастилии. Изабелла, действуя то в одиночку, то вместе с королем, направила войска на свои мятежные земли. Ее видели в Галисии, в Эстремадуре, в районе Мурсии, в Андалусии, где она триумфально вступила в Севилью 25 июля 1477 г., не забыв ударить в тыл португальской армии. 26-летняя женщина стремительно ездила по своим владениям, организовывала снабжение, выступала перед народом, командовала солдатами, отдавала приказы о штурмах, отправляла мятежников палачам, начинала то гонения, то переговоры, перетягивала на свою сторону тех, кто сомневался, награждала тех, кто был ей верен. Изабелла окружила себя советниками, но решения зачастую принимала самостоятельно, так как Фердинанд был далеко и встретиться супругам удалось лишь несколько месяцев спустя[66].