Она – всего лишь фантазия. Как он и предлагал, им вполне достаточно кратковременных отношений. Летний роман, который принесет обоим массу удовольствия, скрасит одиночество, поможет решить какие-то проблемы. А потом расставание. Без обид, без обещаний, без слез.
Мартин стиснул зубы. Мысль о том, что Джейн уедет, была невыносима.
– И ты сделал для меня кое-что еще, – прошептала она, прижимаясь губами к его груди.
– Что же? – Ему хотелось говорить с ней о приятном, а не думать о неизбежном расставании, не забивать голову неразрешимыми проблемами.
– Я попросила тебя сделать так, чтобы я забыла о своих дурацких страхах. Ты умеешь исполнять желания женщин.
Джейн провела рукой по его груди, но, хотя это ласковое прикосновение и было приятным, ее слова всколыхнули в Мартине прежние опасения.
Конечно, он хотел избавить Джейн от беспокойства, помочь прогнать страхи и забыть тревоги, но сам-то вовсе не намеревался впадать в беспамятство. И вот, после того как они любили друг друга, Мартин понял, что увлекся Джейн настолько, что почти упустил из виду все остальное. Все, что было важным в его жизни. Такая ошибка, если не станет последней, может очень дорого ему обойтись.
Очень дорого.
Сантьяго знает о Джейн. Как он пронюхал о ее существовании, какой информацией располагает, – неизвестно. И теперь Джейн стала для Сантьяго потенциальным средством давления на Мартина.
Рассказать ей правду он не мог. Джейн не должна узнать о существовании опасного преступника Эстебана Сантьяго, ведущего за ней слежку и планирующего, возможно, кое-что похуже.
По иронии судьбы обе стороны его жизни, личная и профессиональная, самым странным и неожиданным образом совпали и переплелись.
9
Джейн проснулась от жалобного мяуканья. Она открыла глаза и огляделась. Утро уже давно наступило, и солнечные лучи успели согреть ее лицо. Она лежала в своей постели, рядом, повернувшись на бок, посапывал Мартин. Он стал частью Джейн, и, куда бы она теперь ни пошла, Мартин будет с ней. Если не рядом, то в сердце.
Из-за двери снова донеслось мяуканье. Синтию не пустили в спальню, и бедняжка, должно быть, провела ночь в коридоре. Джейн взглянула на часы и села. Спасибо Синтии, вовремя напомнила об обязанностях.
– Опаздываю. – Она откинула простыню и хотела уже встать, но Мартин обхватил ее за талию и заставил сесть.
– Куда торопишься? – спросил он, потеревшись носом о ее руку.
– Надо покормить Синтию. Я даже забыла о ней вчера. Достанется мне от Фелисити.
– Я ее уже покормил. Она просто ревнует.
А я даже не проснулась, когда Мартин вставал, пронеслось у Джейн в голове. Должно быть, сон оказался крепче, чем обычно. Впрочем, что же в этом удивительного?
– Все равно пора вставать. Мне нужно идти на работу.
– Не ходи. – Мартин притянул ее к себе и прошептал, покусывая мочку ее порозовевшего уха: – Побудь лучше со мной. Ну же, Джейн, позвони и скажи, что заболела.
Она никогда раньше не отступала от рабочего графика. С годами ее поведение стало определяться некой программой, которая не учитывала желания провести весь день с любимым человеком. Джейн из последних сил боролась с соблазном.
– Я никогда не притворялась больной. Ты толкаешь меня на опасный путь.
– Когда-нибудь все случается в первый раз. Ты заслужила отдых, так воспользуйся им сегодня.
– Но на меня же рассчитывают, – пробормотала она, понимая, насколько слабое это возражение.
Мартин уже нашел нужную точку и теперь, как искусный музыкант, которому необходима всего одна струна, выводил мелодию, успевшую полюбиться Джейн.
– Тогда давай сойдемся на компромиссе. Позвони и скажи, что придешь позже. – Он ловким движением опрокинул ее на спину. – Обещаю, что не пожалеешь.
И Джейн сдалась, не устояв перед искушением снова насладиться столь понравившейся ей близостью.
Мартин сел, спустив ноги с кровати, и прислушался. В душе лилась вода, но, как он ни хотел, присоединиться к Джейн не мог. Сейчас ей нужно идти на работу, а ему предстоит важная встреча с Дональдом Макнейлом, бывшим полицейским, отличным детективом и единственным человеком, кому он мог доверить охрану Джейн. О вдове Брайана Шрайвера Мартин уже позаботился.
Джейн еще не вышла из душа. Мартин представил ее, обнаженную, под струями воды и стиснул зубы, чтобы не поддаться соблазну и не броситься к ней. Власть Джейн над ним была поразительной. Каждый взгляд на эту женщину мгновенно пробуждал в Мартине сильнейшее желание.
Он покачал головой и чертыхнулся.
– Займись делом. Сконцентрируйся.
Итак, Эстебан Сантьяго вышел из тени и отправился на охоту. Его цель – нанести удар по Мартину, вывести его из игры. Но теперь у Сантьяго появился лишний козырь. Он нащупал слабое место противника – Джейн. Вот почему так важно, чтобы Дональд прикрывал ее в течение дня. А ночи Мартин возьмет на себя. Похоже, он обо всем позаботился.
Но кто позаботится о нем, когда Джейн навсегда уйдет из его жизни?
10
Мартин проводил Джейн на работу и отправился в больницу на встречу с Эриком Фазини, дежурившим у палаты Брикса. Подручный Сантьяго пришел в себя, но по-прежнему отказывался давать показания против своего босса.
Больница находилась неподалеку от многоэтажного здания, в котором располагалась юридическая контора, где работала Джейн. Поднимаясь по широким бетонным ступеням, Мартин пристально вглядывался в лица прохожих, надеясь обнаружить Сантьяго. Конечно, он не рассчитывал на то, что мерзавец вынырнет из толпы и подойдет поздороваться, но вероятность его появления не исключал. Человек со шрамом что-то задумал. Но что? И против кого будет направлен его следующий удар, против Мартина или Джейн?
Эрик Фазини встретил его в вестибюле.
– Черт возьми, Мартин, ты, наверное, хотя бы позавтракал, а мне так и не удалось, – пожаловался Эрик. – Может быть, сходим в какое-нибудь кафе?
– Сначала побеседуем с Бриксом.
– Лейтенант оторвет мне голову, если узнает, что я впустил тебя к нему в палату, – проворчал Эрик. – Эндрю уже получил трепку.
Мартин пожал плечами. Лейтенант Чиверс беспокоил его меньше всего.
– Чиверс ничего не узнает, следовательно, твоей плешивой голове ничто не угрожает, – успокоил Мартин приятеля.
– Меня утешает только то, что достанется не мне одному. – Эрик усмехнулся. – А в компании и умирать не страшно.
Они поднялись на этаж и прошли по коридору к палате, у двери которой сидел на стуле полицейский. Он кивнул Мартину, подмигнул Фазини и кивком указал на дверь.
– Войдем вместе, – сказал Эрик, поворачивая ручку.
На кровати лежал парень лет двадцати трех-двадцати четырех. Голова перебинтована. К руке подведена капельница. Вид у парня был несчастным, в глазах застыло настороженное выражение. Взглянув на вошедших, он отвернулся и закрыл глаза.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
