убить Дорина?
― Убейте его! Арг-х! Его… А-а! Его роль…
― Хватит! ― Видя какую боль испытывает её товарищ, Лисина попыталась снова атаковать Ворона, но сила её удара была полностью сведена к нулю, словно она попала в какое-то незримое желе, что окутывало её цель.
― Да кто ты такой⁈
―…была выполнена, и он…Гн-х!.. Ах ты ж!.. Мразь!.. Стал помехой.
На фоне злого крика, полного недоумения и тревоги, продолжал звучать озлобленный и болезненный ответ Тичтера, что не бросал попытки сопротивляться чужой могущественной силе.
«Они использовали Дорина? Не верю».
Услышав это, Ворон практически мгновенно отверг слова противника и, не обращая внимания на потуги женщины, пытался разглядеть правду за действиями почившего некроманта.
«Этот ублюдок не мог позволить им манипулировать собой, а значит… Он хотел, чтобы они так думали. Или?.. ― Разумное семя сомнений всё же проросло в его мыслях. ― Может ли быть, что я всё-таки переоценил его?»
Это могло быть правдой, но личный опыт и интуиция твердили об обратном, и разбойник снова подумал о мотивах Дорина.
«Неужели секта этих ребят действительно связана с местом захоронения героя? Или же это просто кучка фанатиков, что молятся неведомому? Видимо, всё же придётся задать этот вопрос. А по поводу остального, ― подумал Ворон, глянув на ещё двух кандидатов, которых можно было бы подвергнуть [ голосу правды]. ― Спрошу у них».
― О чём ты говоришь⁈ Какая роль? ― Лисина была искренне удивлена словами своего товарища.
― Заткнись, идиотка! ― тут же выкрикнул Тичтер, сплёвывая немного крови.
― Как ваша секта связана… ― В этот момент Ворон хотел задать последний вопрос, но невероятно громкий и наполненный страхом крик заставил его прерваться.
― Нет!
― Хм… ― Взглянув на женщину, которая не отводила глаз, он заметил в них лёгкую панику, и последовавшее объяснение расставило всё по местам.
― Ты убьёшь его этим вопросом. ― Видимо, та всё же правильно оценила угрозу от его способности. ― При вступлении в секту мы в качестве своей верности и защиты от шпионов даём клятву, что не будем рассказывать, писать или даже косвенно упоминать о цели нашей секты, её главе, а также её секретах. Кто бы ты ни был, ты точно не тот, кого нам нужно было убить, а значит, мы можем просто разойтись.
Было понятно, что Лисина очень не хотела показывать слабость перед врагом, но она всё же пошла на этот шаг. Правда, её предложение выглядело как одолжение, ведь женщина не давала ничего взамен жизни своего товарища, и парню это не нравилось.
Была ли это вера в то, что Ворон не захочет рисковать и делать их своими врагами? А может, она отталкивалась от расстановки сил, ведь он был один против них троих? Или же у их компании есть скрытый козырь, способный переломить исход возможного сражения?
Помимо непонятной уверенности, Ворон отметил и веру Лисины в путь, по которому шла её секта. Ведь, когда она говорила о клятве, голос её не дрогнул и тон никак не изменился, а значит, та с большой вероятностью была сделана по собственной воле. Конечно, не стоило исключать того, что клятва со временем начинала внушать жертве мысли о покорности и «правильности», но…
«Это сейчас неважно».
В общем, ситуация была… Мягко говоря, странной.
Во-первых, эта убивающая клятва не только мешала ему понять, враг перед ним или будущий союзник, а также выяснить их мотивы и цели, но и заставляла задуматься. Каким же сильным должно быть подобное заклинание, если оно способно убить тех, кто коснулся двухсотого уровня и даже больше, уже шагнул за него?
«Хм, может, оно не мгновенное, а что-то вроде проклятия, доставшееся мне от ублюдочного Абенхриара? Чёрт! Я теряю здесь время. Но всё же я не могу упустить этот шанс узнать что-то ещё о Дворце мёртвого бога».
Вторым неприятным моментом было то, что до выяснения правды Тичтер формально оказывался его заложником, а это было совсем уже не смешно… Будто сама судьба насмехалась над его принципами.
Осознавая, что ему нужно так или иначе выяснить, кто они такие и будут ли в дальнейшим от них проблемы, Ворон всё же хотел поскорее покончить со всем этим.
― Я сейчас нахожусь перед дилеммой. ― Проведя рукой по волосам, которые благодаря иллюзии выглядели совсем обычно, Ворон тяжело вздохнул, смирившись с временной необходимостью «наличия заложника», обратился к женщине: ― Я не знаю, кто вы и несёт ли ваша секта потенциальную опасность. И вы никак мне не помогаете. Но и убивать вас в превентивных мерах я тоже не намерен.
― Убивать? ― Дорган крепче сжал клинок и сузил глаза, внимательно следя за парнем сквозь плотную кожаную маску. ― Твоя магия, бесспорно, сильна, но ты один и…
Договорить он не успел.
― О, как я и думал. У вас возникло ложное чувство превосходства, но ты ошибся…. ― В руке разбойника появился и исчез кристалл, но за это время он успел призвать личей, что, встав рядом, начали бесстрастно рассматривать троицу своими горящими глазницами. ― Я не один.
Внезапное появление столь мощной и высокоранговой нежити заставило противников тут же объединиться, и, оказавшись рядом с другом, они приняли боевые стойки, непроизвольно бросая взгляды направо, туда, где находился выход из пещеры.
― Если я правильно понял, Лисина, ― тем временем продолжил Ворон, обращаясь к той, кто казалась более словоохотливой из двух товарищей Тичтера. ― То вы не можете прямо говорить про вашу секту, но ничто не мешает говорить о вещах, лишь косвенно затрагивающих её. Я прав?
Глаза женщины тут же округлились от удивления, когда она услышала своё имя.
― Магия идентификации. Позволяет увидеть имя, уровень и прочую важную информацию о цели, ― хмуро процедил Дорган. ― Чрезвычайно редкое знание. У нас таким мало кто владеет.
Видимо, в ходе их краткой встречи те, несмотря на уровень, не обратили внимания на то, что что-то просканировало их, ведь, несмотря на ранг [подмастерье], использование [ идентификации] ощущали даже низкоуровневые
