Я открыла глаза. Уж и не знаю, сколько я тут провалялась, но тело успело одеревенеть. Я перевернулась на спину, поморщившись, когда кровь прилила к затекшим конечностям. От нечего делать уставилась на свод пещеры. И стала обдумывать события, произошедшие ранее (уроки Эйрина не прошли даром).
Память услужливо подсовывала красочные воспоминания.
Вот я поднимаю лицо и вижу наклоняющегося ко мне Фета, левая рука которого отведена назад, как будто он держится за стену пещеры, чтобы не упасть, хотя логичнее было бы опереться рукой перед собой. Вот из туннеля выскакивает Сер, волосы всклокочены, он идет ко мне, но смотрит мне за спину, а вот мы стоим перед входом в пещеру, я разглядываю напряженную спину Сера, который смотрит на стоящих впереди. Сейл разворачивает карту… Фет привстает с камня, левая рука за спиной… мой первый спарринг с Фетом, он заносит левый кулак и больно бьет меня в плечо.
— Иди вперед, я подстрахую…
…кому ты можешь доверить идти за тобой… не покажи врагу спину…
Я злюсь на Сера, потому что он меня бросил… и когда он идет в мою сторону я, не доверяя ему, отступаю и, оступившись на абсолютно гладкой каменной тропе, падаю…
…притворяющегося врагом, и врага, притворяющегося другом… не повернись спиной к другу…
Я закрыла глаза. Ну подожди, Сер! Ты у меня за все получишь! Я, скрипя как старая телега, встала на колени, оперлась рукой о каменную стену и выпрямилась. Прямо надо мной был козырек, с которого я так позорно упала. Если очень постараться, можно доползти. Хорошо, что стены уходят вниз воронкой, будь они отвесные так и осталась бы здесь. Я легла на живот и сильно вытянула вперед руки. Ч-ч-ч-ч-черт! Не достаю, еще примерно одна я нужна, чтобы вылезти отсюда. Ээээ неееееееееееет… я так просто не сдамся! В отчаянной попытке выбраться, я ухватилась за практически зеркально гладкую поверхность и попыталась подтянуться, пальцы начали пульсировать от боли (спасибо Сер! Я тебе припомню это, вот вылезу отсюда и потопчу тебя, как говорится, от души, еще и всех желающих приглашу). От усердия я прикусила губу. Когда мне наконец-то удалось выбраться, моя губа опухла и нависла над подбородком, как вареник. Я уперлась руками в колени и отдышалась, сейчас найду этого «защитника слабых» и воздам ему за все (все-таки ученичество у Делла дало о себе знать, Сер перенял у него его дурные привычки и садистские методы). Первое, что я увидела, когда оторвала взгляд от своих сапог, было валяющееся невдалеке тело. Меня как из ушата окатило. Быстро, насколько позволяли затекшие мышцы (а позволяли они немного) я поковыляла туда, где распласталось бесчувственное тело. Так и есть, на каменных плитах валялся Сер. Рубашка на плече пропитана кровью. Он ранен? О, Боги да тут все вокруг залито его кровью! Я встала рядом с ним на колени.
— Сер! Сер! Не вздумай здесь преставиться! Ты слышишь меня? — В горле встал ком. — Сер, если ты сейчас умрешь, я… я… я сама убью тебя! (я всегда отличалась занятной логикой).
Сер открыл глаза и попытался мне слабо улыбнуться.
— …шка… как хорошо… я… с… смог… увидеть… — Глаза его снова закрылись. Меня начало трясти. О, пожалуйста, не умирай! Я прощаю тебе мои оттоптанные пальцы, если захочешь, можешь каждый день на них наступать! Только пожалуйста, пожалуйста, не умирай! Я оторвала рукав от своей рубашки и постаралась перевязать рану. Получилось не очень хорошо, но я же не врач! Надо идти надо как можно скорее найти выход. Я сжала челюсть. Надо быть сильной, не время реветь. Взвалила Сера на спину (а отъелся он неплохо, мелькнула циничная мысль) и побрела осторожно по тропиночке. Ноги подгибались, все-таки не легко тащить на себе взрослого пацана. Но это ничего, главное чтобы он рос здоровым! Камни больно впивались в ступни даже через подошву сапога я чувствовала их острые края, а вдруг мы никогда отсюда не выберемся? Что, если я выбрала не тот туннель? В душу закрался страх. Если я ошиблась, а это вероятно на девяносто девять процентов из ста, то по моей вине мы тут умрем. Но я же не могла бросить Сера там, правда?
Туннель поднимался вверх, делая широкую дугу, у меня появилось чувство, будто я иду к центру лабиринта, где меня ждет ужасный Минотавр. Я потрясла головой, сейчас не время для таких пораженческих мыслей. Эйрин приложил много усилий, чтобы сделать меня сильнее, и Хикар тоже, да и Делл постарался. Если я сейчас здесь умру, все их труды пойдут насмарку. Ради них, ради Сера, ради бабушки и мамы я должна двигаться вперед, несмотря ни на что. Мышцы на спине свело, мне стало трудно дышать. Шея затекла, потому что я смотрела себе под ноги, боясь оступиться. Если я сейчас упаду, то сил подняться у меня больше не будет. На некоторое время мое сознание словно отключилось.
— Я вижу свет… — Слабый голос Сера вывел меня из забытья. Волосы встали дыбом, ну все, приехали, сейчас он услышит Глас Господень. Что делать? Я начала лихорадочно соображать, что там говорят про свет в конце туннеля? Мысли перемешались. Зря, все зря. Сейчас он умрет у меня на руках, а я даже извиниться не могу. Слезы застилали глаза, все поплыло. Я сморгнула… и тоже увидела свет. В лицо пахнуло свежим теплым воздухом. Таким сладким, что несмотря на усталость хотелось пуститься в пляс. Сердце бешено застучало, голова закружилась. Так вот что имеют в виду, когда говорят «Сладкий вкус свободы»? Ведь мы действительно выбрались из подземелья на свободу. Живые.
— Сер! Сер! Мы выбрались, Сер! Ты слышишь меня? Мы выбрались!
Пятно света становилось все больше и больше, пока я не увидела кусочек неба. Не дойдя до выхода каких-то пять шагов, я опустилась на колени. Посадила Сера спиной к стене и со страхом посмотрела в его лицо. Глаза запали под ними были черные круги лицо осунулось. Сердце сжалось от страха и боли. Сер с трудом поднял веки.
— Я… рад… ты… — Сер с трудом шевелил губами грудь тяжело поднималась и так же тяжело опадала. Он снова закрыл глаза. — Обними… меня… братишка. — Я обняла его что было сил. Положила его голову на свою руку, согнутую в локте. По его запыленным щекам потекли слезы. Мои слезы. Я с нежностью отвела волосы с его лба.
— Сер, пожалуйста, потерпи еще немного, я тебя очень прошу. Помнишь, мы хотели пойти на Летнюю Ярмарку и поесть пирожки со сладкой тыквой? Сер… если ты сейчас умрешь, то не увидишь, как я закончу эту чертову Акадэмию и не сможешь мной гордиться.
Почему-то сейчас, именно сейчас, мне было важно, чтобы он гордился мной, чтобы он жил. Я подняла глаза и не сдерживаясь зарыдала. Все тело сотрясалось от рыданий. Из груди Сера вырвался предсмертный стон. О, Высшие! Как это несправедливо! В памяти вспыли все те дни, когда я ворчала на него или ссорилась с ним, а ведь он просто хотел быть моим другом! Как я могла быть такой слепой?! Как могла потерять в него веру? а теперь из-за меня он умирает. Из груди Сера вырвался еще один стон, за ним следующий. Что-то заставило меня прислушаться… я сморгнула слезы и опустила глаза вниз. Посмотрела на Сера, который зажав большие пальцы в кулаки и сложив эти самые кулаки под подбородком и издавал хрипы, которые все больше и больше напоминали… храп. Воздух со свистом вырвался из моей груди словно я получила прямой удар в солнечное сплетение. Я подскочила, сбросив голову Сера так, что он со всей силы ударился головой об землю. Он открыл свои по-детски ясные глаза и выдал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
