Прожорливая моль открыла в скомняге новые вершины мастерства, когда схватила его и потащила укутывать. Со страху парень мало того, что сложил печать, так и ухитрился в полете описать ею круг, долбанув со всей дури.
«Лезвие» было хорошо тем, что встречая серьезное препятствие, въедалось в него, прорезаясь сквозь. И почти не важно было, насколько оно прочное и толстое, дело времени. Наставник сначала дал Сёме в морду за несоблюдение техники безопасности, а затем пожал руку, поздравив с достижением.
Теперь Строганов и вовсе прикидывался мебелью, старательно сливаясь с обстановкой. Бледный и истощенный использованием мощной печати, он еле держался на ногах.
Меня же бодрило так, что приходилось делать усилие, чтобы не подпрыгивать на месте. О найденной контрабанде, как и её дегустации, монаху я не сказал.
Присутствие Ростовского нас не спасло, настоятель не сдерживался в выражениях, позабыв свои же указы быть помягче с княжичами. Когда Эдуард оторался, допил настойку, взял новую бутылку и решил нас всё таки убить, мы и начали нормальный разговор.
— Вы хоть понимаете, что даже прилюдная порка не смоет такой позор с императорской обители? А я вам её устрою, не сомневайтесь. И вашу княжескую жопу тоже выставлю на всеобщее обозрение! — разошелся колобок, тыча в Ростовского, но добавил немного спокойнее: — Уж не обессудьте, ваше сиятельство.
Саня настолько равнодушно воспринял эту новость, пожав плечами, что заслужил моего уважительного взгляда. И ведь не стал выпячивать положение, а разделил косяк всей команды. Вот, с нами не только плохого нахватаешься, но и человеческие черты обретешь.
— Сколько там тварей в итоге оказалось? — буркнул Глеб, игнорируя угрозу.
— А какая разница? — взвился пухляш.
— А такая, что нам опять дали неверную информацию. Как там вообще живые люди остались при таком количестве демонов? Что-то князь не договаривает…
— Ты мне это брось! — снова закричал настоятель. — Опять всё на заказчика свалить хочешь? Все они у тебя какие-то подозрительные и сами виноваты!
— Ммм, простите, — не смог я промолчать. — Можно нам поговорить, ну, наедине?
Эдуард моргал на меня с минуту, явно желая призвать оружие и отсечь эту говорящую головушку. Но затем с сожалением посмотрел на шикарный ковер и прогнал всех, кроме нас с наставником.
Мой краткий отчет о обнаруженном «двойном дне» корабля произвел на настоятеля эффект ядерной зимы. Вмерз в свой трон и побелел. Мне показалось, он даже схуднул сразу и отрезвел. Зато Глеб без спросу налил себе полстакана, выпил залпом и хэкнул с видом «я же говорил».
После этого они начали играть в гляделки, общаясь при помощи перемигивания. Мне тоже хотелось хряпнуть, чтобы сняться с нездорового бодряка.
О том, что продукция чистая и отличная, я рассказывать не стал. Отправят в лечебницу, я же там всех медсестер перепорчу, томограф косой сломаю и ценных специалистов до припадка доведу.
Пока они переглядывались, солнце клонилось к горизонту. Один из телефонов, тот, что выдали монахи, купания не пережил и я раздумывал, что нужно обзавестись подводными чехлами. А ещё спасательными жилетами… Я представлял стремительно растущий список экипировки, на всякий случай.
Нет, нас точно проще запереть в обители. Лучше где-нибудь под землей. Хотя я бы поостерегся, всё таки старинное здание, будет жалко.
О чём договоривалось вышестоящее начальство, я не знал. Меня отправили восвояси, взяв подписку о невыезде, то есть попросив оставаться в обители до выяснения.
Настоятель при мне позвонил на ворота и на всякий случай велел никого из нашей команды не выпускать. Даже если за нами будет нестись толпа демонов, а впереди бежать он сам.
Поэтому я послушался и пошел к Аннушке, узнавать про другой выход из обители. После нападения демонов прикрыли все калитки и установили столько следящих артефактов, что те поначалу даже птиц на подлете поджаривали.
Не то, чтобы я стремился на вечерний променад с принцессой, лучше бы поспал, нервный день какой-то вышел. Но если я так быстро сольюсь, её высочество точно заподозрит меня в нехорошем и обидится. А обиду Анастасии будет пережить сложнее, чем княжескую.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Аня для начала хорошенько угорнула надо мной, наставником, нашей командой и городом в целом. Поблагодарила за зрелище и послала к демонам с моим вопросом о выходе. В том смысле, что натурально. Выход в подземелье, единственный доступный, находился в лаборатории по соседству.
Умники мне не открыли, просто проигнорировав мой стук сначала кулаком, потом двумя, а затем и ногами. Дверь гудела от ударов, за стеной кто-то в такт отвечал, дубася тушей, но других признаков жизни из лаборатории слышно не было.
Пришлось возвращаться к компьютерщице и подкупать ту обещанием, что найду самого огромного плюшевого фламинго в мире и доставлю ей. Аннушка вырубила ученым свет и те возмущенно выползли разбираться.
Я встретил их снаружи сразу с главным аргументом, с косой наперевес. Это позволило быстро начать переговоры. Монахи в белых рясах и противогазах, щуплые и низкие, были похожи на инопланетян, но матерились вполне по-русски.
От них игрушками было не откупиться, у ребят свои пристрастия были. Предводитель яйцеголовых долго отпирался, отрицая существование выхода, но в итоге согласился в обмен на нового питомца для их зоопарка.
Так я получил лазейку и ещё одну работу. Выследить, спеленать и притащить в обитель некоего «питона». Водился монстр исключительно в самых влажных закутках канализации и был редким, а оттого и особенно желанным. Мне выдали наряд с инструкцией, предполагаемыми местами обитания и общей информации о пищевых привычках. Впрочем, там везде были пометки «теоретически», поэтому я уже понимал, что практически будут испытывать на мне, начиная ещё во время поимки.
За такое мне выдали карту-пропуск и амулет, пропускающий через целую сеть артефактов, охраняющих выход в катакомбы.
Самого зверинца, как и непосредственно лаборатории, я не увидел. За дверью был стерильно белый коридор с множеством запертых дверей. Заканчивался он в глубине зоной очистки, кухней и скромной низкой дверкой, ведущей вниз.
Решив проблему с выходом, пришлось заняться следующей. А конкретно — одеждой. Меня вежливо попросили не отсвечивать формой храмовника, так как отправимся мы в места не самые законопослушные. Там могут напрячься и расстроиться.
Не желая расстраивать пока незнакомых мне мутных личностей, я вернулся к завхозу. Удалось мне удивить Володю, в третий раз за день приходил. Вяло поторговавшись за новый телефон и приличный комплект выходной одежды, я получил искомое и пожелания возвращаться поскорее.
Семёна отправили отлеживаться в лазарет, граф Ермолай ушел страдать в парк, сочиняя очередные вирши, княжич Ростовский был единственным, кому не запретили уезжать и свалил к отцу, подозрительно довольный. Не иначе как с князем Зарьянским они были конкурентами.
Так что я попросил Карла меня прикрыть. Мол, где-то тут видел, буквально только что вроде пробегал. И предупредил здоровяка особо не врать. Однозначные заявления не делать, в случае чего отмазаться неуверенностью. Все мы тут издалека и в сумерках похожи.
В общем, научил товарища плохому. Как обманывать, не обманывая. Карл внимал восхищенно и усердно кивал, запоминая хитрую науку.
Подземный путь не принес новых проблем. Тоннель из обители был сухим, чистым и проходил до одного из спусков, разветвляясь уже в более мрачные ходы в катакомбы. И на том конце тоннеля меня ждали артефакты, через которые пропустил амулет.
Место встречи находилось близко, поэтому рисковать и идти до него под землей я не стал. Запачкаюсь ещё об какого-нибудь демона.
Выход на поверхность располагался на открытой парковке, в глухом дворе, окруженным пятиэтажками. Неприметный сарай скрывал узкий лаз и, пока я поднимался, стараясь не замараться о ржавую лестницу, думал сколько ещё таких сюрпризов таит этот город.
Встречались мы с принцессой на заправке неподалеку от высотного центра. Её высочество сменила машину на более неприметный седан, а одежду на строгий брючный костюм. Пока я гадал, куда же мы в таком виде отправимся, мне выдали маску, такую же, как была на остальных. Помимо меня Анастасию сопровождали трое, включая водителя.
