злую шутку.
Когда я, наконец, заканчиваю и возвращаю перо в чернильницу, обнаруживаю, что осталась совсем одна.
Но это не самое страшное. Потому что надо мной в этот момент нависает Альвар.
— А! — Вскрикиваю я и едва не подпрыгиваю. — Силы, ты не дракон, а кот. Или вообще паук! Как ты так подкрался незаметно?
— Просто всë дело в твоей врожденной внимательности. — Ухмыляется Альвар и тут же его взгляд суровеет. — Но я пришел сюда ради кое-чего поинтересней, чем издевки над тобой.
— Неужели, — огрызаюсь я. — Даже не верится.
— Сейчас клубничка моя, ты покажешь свою левую руку, — он хватает меня за предплечье.
Я вскакиваю и пытаюсь вырваться.
— Не смей меня трогать. Отпусти немедленно.
— Отпущу, когда увижу твоë запястье. Я должен понять, почему меня так к тебе тянет. Я просто с ума схожу.
Не отпуская меня из своей хватки, он прижимает меня к своей груди.
Я чувствую жар, исходящий от его тела, перекатывающиеся мышцы под тонкой тканью рубашки и учащенное сердцебиение.
— Я никого и никогда так не хотел как тебя, Вайолет, — горячо шепчет он мне на ухо.
По коже быстро расползаются мурашки, а низ живота медленно наливается томительной и сладкой тяжестью. Она будоражит и заставляет терять почву под ногами. Пожалуй, если бы Альвар не держал меня, я бы точно упала.
В чем я с ним согласна, так это в том, что ни с кем и никогда я не испытывала таких же ощущений как с Альваром.
— Хорошая моя, — горячие губы касаются тонкой кожи шеи под воротником платья. — Я от тебя дурею, понимаешь? Голова просто не работает. Иди ко мне, малышка.
Ладони Альвара ныряют под подол платья. Скользят по гладкой поверхности тонких бежевых чулок.
Когда его рука достигает их верха, он вскользь проводит ей по небольшому открытому участку кожи между чулками и бельëм. А после… пальцы Альвара отодвигают в сторону ткань трусиков, ныряя под них.
Он касается самых чувствительных мест. Ощущения настолько необычные и при этом пугающе приятные, что я вскрикиваю и отстраняюсь.
Точнее, пытаюсь это сделать, но Альвар не даëт.
Он, наоборот, прижимает меня свободной рукой ближе к себе. Так что мой стон, приходится ему в плечо и оттого, становится приглушëнным.
— Альвар, — жалобно прошу я, но он не отпускает.
— Тише, малышка, тише, — шепчет он мне на ухо. А его пальцы продолжают будоражить меня. Играя на моëм теле, будто на музыкальном инструменте. — Просто позволь мне сделать тебе хорошо.
— Альвар, — мне становится всë страшнее. Я не знаю, что со мной происходит.
Комната начинает кружиться, а ноги подгибаются сами собой.
Я закусываю фалангу согнутого пальца, чтобы сдержать свой стон.
Но перед глазами опять и опять возникает всë та же сцена. С ним и с Камиллой.
Меня накрывает обида и злость. Причем я даже не знаю, на кого я злюсь больше?
На невыносимого дракона, который привык получать абсолютно любую понравившуюся ему девушку. Или на саму себя за то, что почти сдалась ему и… действительно наслаждалась им. Его руками и теплом тела.
— Вайолет, малышка, — шепчет Альвар.
Порывисто привлекая меня к себе. Я чувствую, как он весь подрагивает от нетерпения. Альвар явно желает большего. Гораздо большего. И прямо сейчас. — Хочу тебя…
— А как же Камилла? — Выпаливаю я, мгновенно выныривая из царства его морока. — Вот к ней и иди. Вспомни наконец, что у тебя есть девушка.
— Вайолет! Да Камилла мне никто!
— А она об этом знает? — Фыркаю я. — Знаешь, разберись сначала в своих отношениях.
Пытаюсь проскользнуть мимо Альвара, но он не дает мне этого сделать.
Снова хватает меня за руку, я делаю рывок.
Рукав моего платья закатывается и Альвар замирает, глядя на открывшуюся ему метку.
Глава 22 — Договор
Альвар
Я смотрю на странного сине-зелëного цвета метку на запястье Вайолет и сердце пропускает удар. Пожалуй, я испытываю самые противоречивые из возможных чувств.
Радость и даже эйфорию, потому что метка Вайолет позволит мне, наконец, покорить еë, поймать, сделать своей.
Но одновременно с этим — гнев и раздражение. Потому что я не нуждался в истинной. И связывать свою жизнь с одной женщиной у меня нет никакого желания.
Но первые мои слова всë же были:
— Что ж, клубничка, теперь всë встало на свои места. И я этому рад.
— Не знаю, что у тебя там встало и на какие места, — Вайолет всë же выдёргивают свою миниатюрную ручку. — Но ты понял всë совершенно не так.
— Даже смешно.
Я хмыкаю и иду за Вай, которая практически бегом выскакивает из аудитории в коридор академии.
— У тебя метка. Я — дракон. Рядом с тобой у меня начинается трансформация. Нас тянет друг к другу…
— За себя говори, — Вай резко оборачивается и тыкает пальчиком мне в грудь.
А после, оглядывается по сторонам и заговорщически шепчет:
— Ладно, нам надо поговорить кое о чëм важном. Наедине. Только поговорить, ясно? Свои драконьи лапы держи при себе, понял?
— Будто тебе не понравилось, — ухмыляюсь я. — Видел же, что хотела большего. И кто я такой, чтобы не подарить девушке наслаждение, которого она так хочет?
— Прекрати! Или никакого разговора не будет! — Злится Вайолет.
— Ладно, — закатываю глаза. — Пойдëм.
Сейчас перерыв и найти место, где можно, было бы нормально поговорить один на один, очень сложно.
В конце концов, мы садимся на одну из двух лавочек у теплицы с помидорами. Не самое романтичное и популярное место, именно поэтому здесь и никого нет.
— И о чëм ты хочешь мне рассказать? — Поворачиваюсь к напряженной Вай, которая то и дело теребит рукав своего платья.
— Скорее попросить, — она вскидывает на меня свои невинные сводящие с ума голубые глаза.
Я изгибаю бровь и молчу, давая понять, что жду продолжения.
— В общем, ты можешь никому не говорить о моей метке?
Я опускаю подбородок.
— Ты сейчас серьëзно, Вай? Вообще-то, это в моих интересах.
— Не в твоих, — она немедленно прячет взгляд. — Понимаешь, я знаю, какому дракону я являюсь истинной. И это не ты.
Сказать, что я обалдел — это ничего не сказать.
— Вай, я дурак, по-твоему? Я начинаю рядом с тобой обретать настоящую силу дракона. Знаешь, более идиотской попытки вранья, я ни разу не слышал. Вот честно — не умеешь, не берись.
— Я не вру! — Так, яростно выкрикивает Вайолет, что мне становится даже смешно.
— О, серьëзно, — ухмыляюсь. — Знаешь, я даже тебе подыграю. Давай, в таком случае, рассказывай, кто же тот дракон, которому ты должна принадлежать?
— Его зовут
