Вот и лежат у меня "на складе" вроде и разумные существа, некоторые даже, когда-то, очень давно, были гениальными инженерами, пилотами, был даже один музыкант, но вот беда, за три-пять лет рабство уродует не только тело, но и душу, и если тело можно исправить, то что делать с "поплывшими" извилинами дохлой, смердящей душонкой?!
Надо было отдать их Бэрку, пусть бы он их кому-нибудь сплавил, под видом "найденных и спасенных", но что-то толкнуло под локоть, сбило с мысли и все, "Шеюга" ушла в поход за зипунами без мерзлых пассажиров.
Я поежился — в этот раз отпускать Бэрка не хотелось.
Вот скребли на душе кошки, требовательно мяукая, чтобы я перенес поход на недельку-другую, но…
Висеть в радиомолчании это такая мука!
Я откинулся на спинку своего навороченного капитанского кресла, чей функционал сейчас оканчивался мониторингом моего состояния, да удержания на месте, в случае крутых поворотов.
А какие могут быть "крутые повороты" на стоянке?!
Правильно, кроме "мозговых" — никаких!
"Может, показаться Марине, пока все спокойно?" — Я глазел на детализированную голограмму системы и почему-то не мог оторвать свой зад из кресла. — "Посижу минутку и пойду…"
Минутка сменялась минуткой, а я пялился на голограмму, не понимая, почему я еще тут?!
"Открытие прохода!" — Обрадовал меня голос Оскара, доказывая, что не зря я вот так сидел, ожидая непонятно чего. — "Шеюга", требуется медицинская и техническая помощь, боевых действий нет!"
— Давай навстречу! — Вздохнул я, мысленно отвешивая себе подзатыльник, ведь не хотел же отпускать "Шеюгу" сейчас, надо было послушаться своей интуиции, блин малина! — Всем готовность "ноль"!
Не, с "нулем" это я погорячился, но…
Пусть все разомнутся, нечего постоянно штаны просиживать, да педипальпы грызть!
— Два часа до точки встречи! — "Обрадовал" меня Оскар и я потребовал сделать прыжок, хоть вышедший на связь Бэрк и успокаивал меня, заявляя, что нормально, но вид в жопу разбитой рубки за его спиной говорил об обратном.
Через десять минут, "вынырнув" и уровняв скорости, рассматривал "Шеюгу" с правого борта и громко, очень, о-о-о-о-очень, очень-очень громко матерился!
Весь правый борт выглядел как жопа котика, который проехал по наждачке от туалета до батареи…
А потом получил в ту же задницу заряд мелкой дроби, для полноты ощущений!
Ободранный борт, лишившийся всего вооружения, с времянками-эффекторами силового поля, полуметровые и метровые тоннели, уходящие вглубь корабля, пустой отсек отстрелянного реактора и вскрытый отсек одного из трех двигателей, маневровые эффекторы жидкой цепочкой торчали из оставшихся целыми ребер жесткости, а два, нет, три странного вида контейнера, приваренные на скорую руку в развороченном трюме, демонстрировали, что какой-то прибылью Бэрк все-таки обзавелся и в этой ситуации.
Вот только окупит ли "прибыль" ремонт нашего "разъездного" кораблика?!
Я старательно гнал от себя и еще одну мысль, искренне надеясь, что все обошлось исключительно повреждением корабля.
— Бэрк! Отчет! — Потребовал я, едва корабли замерли друг напротив друга. — Потери?
— Двенадцать ранено, двое — безвозратно, "Шеюга" к дальнейшей эксплуатации непригодна. — Вздохнул синтет, понурив голову. — Не удачно, в этот раз получилось…
Я пробежал глазами список повреждения и безвозвратных потерь.
Двух синтетов-техников придется восстанавливать по резервной копии, сделанной перед стартом "Шеюги", дюжину залатает фабрика, она на такое тоже рассчитана, но вот с корабликом придется попрощаться и пустить на запчасти и лом.
Загрузив "Шеюгу" в трюм и отправив команду мыться-бриться и лечиться, сам поплелся обратно в рубку.
Вот, первые потери.
И пусть они не люди, пусть их можно восстановить из резерва, пусть они даже сохранят основную часть себя, все равно — это потери.
Железо что — полбеды, вон, почти готов "Скворец", что будет и быстрее и "зубастее" "Шеюги", а вот с экипажем…
— Оскар… — Я остановился прямо в центре коридора и почесал затылок. — Подключай весь "кагал", будем думать и считать, как при недостатке экипажа сделать "Солкан" по максимуму работоспособным. Пусть думают, где "живых" можно искинами разбавить. Или где нам народа добрать, желательно толкового, а не на 45-м коэффициенте…
Неторопливо, рейдер вернулся на свою стоянку и спрятался за планетой-гигантом, оставив на месте выходя разбитой "Шеюги" пяток дронов-шпионов, на случай, если за моим корабликом кто-то все-таки увязался, у не остался добивать уцелевших и спасать выживших.
Бэрк клялся и божился, что в системе кроме того десятка кораблей, в драку между которыми он и вывалился из гипера, посторонних не было, а на момент ухода, судя по датчикам "Шеюги" уцелевших не было вообще, но…
Мало ли!
"Береженого — бог бережет, не береженого — конвой стережет"!
Повеселев от того, что переложил свои заботы на железные плечи и "биопозитронные мозги", открыл портал и скволызнул в рубку, любоваться переливами газа и разбираться с честно напираченным, вон, на коммуникатор уже начи сыпаться сообщения об обнаруженных вкусняшках!
Всего, за неделю своего путешествия, Бэрк успел пообщаться с одним шахтером в промежуточной точке, который скинул "последние новостя" и поспешил свалить из системы, от греха подальше, полюбоваться, слава небесам — издалека — на глобальную вспышку сверхновой и вляпаться в это сражение между Аварцами и какими-то наемниками, сопровождавшими два транспорта-миллионника в сторону от границ Фронтира, к обжитым мирам.
Пока наемники "связывали боем" черно… гм, кожих, транспорты технично свалили, продемонстрировав невиданную на Фронтире новинку — одноразовые ускорители, а появление "Шеюги" и вовсе обломало черным любую попытку преследования жирных торгашей.
Кстати, в самом начале боя, кораблей, с обеих сторон, скорее всего несколько больше. Иначе "арварцы" 4-го поколения, даже при всей своей любви к большим пушкам и толстой броне, вряд ли смогли бы разобрать группу сопровождения, состоящую из корабликов 5–6 поколения.
Я, конечно, верю в тактику и стратегию, но…
Я щелкнул языком и углубился в отчет Бэрка, пространно описывающего финальные прыжки "Шеюги" и первичные ремонтные работы.
Явно синтет чего-то не договаривал, от чего-то старательно отмазывался, но, раз поверив в собственную интуицию, фиг от нее избавишься!
— Марина! Бэрк лечится? — Полюбопытствовал я в воздух, точно зная, что искины меня слышат в любом углу рейдера, включая туалет и мою "тренажерку".
— Все лечатся. Только не у меня! — Фыркнула искин, напоминая, что для синтетов, вообще-то, у нас есть специальная Фабрика, которая приведет их в порядок намного быстрее, чем медкапсула.
— А поименным списочком раненных не поделишься? — Закинул я удочку, чувствуя, что копаю в правильном направлении.
Провибрировал в руках планшет, принимая сообщение от искина и я открыл полученный список.
Блин.
Я так и знал!
Вот так и знал!
Как жопой чувствовал!
Я смотрел на имя "Биса" и длинный цифро-буквенный код, стоящий в списке вторым, с повреждениями в 76 %!
76 %, это означает, на минуточку, что от синтета осталась только голова!
Ох, женщины…
Вы иногда такие…
Непредсказуемые!
Глава 22
— … Великий Мукамбай! — Очередной черный повелитель согнал с колен белую красотку и недовольно пламкнув губами, кинул взгляд налитого кровью глаза на старого советника, который когда-то, давным-давно, в детстве, качал тогда еще совсем маленького Мука на колене, рассказывая, как велика власть его небеснорожденного батюшки над всеми землями и планетами вокруг.
