Они более чувствительны к свету, чем любые другие из тех, что мне доводилось видеть. Как только ты уходишь со света и оказываешься в полумраке, как здесь, твои зрачки становятся огромными. Вокруг них остается лишь узкая полоска радужки. И еще я заметила, что солнечные очки, которые ты носишь, гораздо темнее обычных.
– У меня и правда проблемы с глазами. Они довольно слабые, и яркий свет их раздражает.
– Да, об этом я и говорю.
Джек улыбнулся в ответ.
Он затушил сигарету, и, словно это стало сигналом, из динамика, расположенного над стойкой бара, полилась тихая, тошнотворная музыка. Он глотнул еще пива.
– Я полагаю, Уизертон сделал несколько замечаний и по поводу воскрешения тел?
– Да.
«А если я умру здесь? – подумал он. – Что со мной станет? Откажут ли мне в Глайве и возвращении?»
– Что-то не так? – спросила Клэр.
– Ты о чем? – уточнил Джек.
– У тебя раздуваются ноздри. И брови сошлись на переносице.
– Ты слишком много вглядываешься в лица. Причина в ужасной музыке.
– Мне нравится на тебя смотреть, – сказала она. – Но давай закончим и пойдем ко мне. Там я поставлю тебе что-нибудь другое. И у меня есть вещь, которую я хочу тебе показать, чтобы спросить твое мнение.
– Какая?
– Я бы предпочла подождать.
– Ладно.
Они допили пиво, и Джек расплатился. Они ушли, и предчувствия отступили, когда они оказались под ярким светом, который Джек пропускал сквозь себя.
Они поднялись по лестнице в ее квартиру, находившуюся на третьем этаже. Как только Клэр переступила порог, она замерла и издала какой-то тихий звук.
Джек протиснулся мимо нее внутрь, сразу свернул влево и остановился.
– Что такое? – спросил он, осматривая комнату.
– Я уверена, что оставляла квартиру совсем не в таком виде. Бумаги на полу… Кажется, этот стул стоял не здесь. А ящик письменного стола не был открыт. И дверь кладовки тоже…
Он вернулся к ней и изучил замок, пытаясь найти на нем царапины, – ничего. Тогда Джек пересек комнату, и, когда он вошел в спальню, она услышала звук, который мог быть только щелчком ножа.
Через мгновение он вернулся и скрылся в другой комнате, а оттуда перешел в ванную.
– Когда ты уходила, окно рядом с письменным столом было открыто? – спросил он, вернувшись.
– Кажется, да, – ответила Клэр. – Да, было.
Он вздохнул. Осмотрел подоконник, а потом сказал:
– Вероятно, порыв ветра сбросил со стола твои бумаги. Ну а что касается выдвинутого ящика и двери кладовки… готов спорить, что ты сама оставила их открытыми утром. И, скорее всего, забыла, что передвинула стул.
– Я привыкла держать все в порядке, – сказала Клэр, закрывая дверь на лестничную площадку; потом она повернулась и добавила: – Но, должно быть, ты прав.
– А почему ты так нервничаешь?
Она принялась расхаживать по квартире, поднимая разбросанные бумаги.
– Где ты взял нож? – спросила она у Джека.
– Какой нож?
Она захлопнула дверцу кладовки и бросила на него сердитый взгляд.
– Тот самый, который держал в руке минуту назад!
Он вытянул руки, потом повернул их ладонями вверх.
– У меня нет ножа. Если хочешь, можешь меня обыскать. Ты ничего не найдешь.
Клэр подошла к комоду и закрыла выдвинутый ящик. Наклонившись, открыла нижний и достала из него сверток в газетной бумаге.
– Это одна из причин, – сказала она. – Почему я так нервничаю? Вот почему!
Она положила сверток на стол и развязала веревку.
Он встал рядом и смотрел, как она разворачивает газету. Внутри лежали три очень старые книги.
– Я думал, ты отнесла их на место!
– Я собиралась…
– Мы же договаривались.
– Я хотела узнать, где ты их добыл – и каким образом.
Он покачал головой.
– Мы также договаривались, что, если я их верну, ты не станешь задавать мне вопросы.
Она выложила книги одну рядом с другой, затем показала на корешок одной и обложку другой.
– Я уверена, что этого на них раньше не было, – сказала Клэр. – Ведь это следы крови, не так ли?
– Я не знаю, – ответил Джек.
– Я попыталась стереть самые маленькие пятна влажной тряпкой, и на ней совершенно определенно остались частицы засохшей крови.
Джек пожал плечами.
– Когда я сказала тебе, что эти книги украли из футляров в Отделе редких книг, а ты предложил их вернуть, я ответила: «Хорошо», – продолжала она. – Я согласилась, если ты сумеешь их возвратить, позаботиться о том, чтобы никто не узнал про твое участие. Без вопросов. Но мне и в голову не приходило, что это приведет к кровопролитию. Впрочем, одни только пятна не заставили бы меня решить, что произошло именно это. Но потом я стала размышлять о тебе и поняла, как мало я знаю. И с этого момента стала замечать такие вещи, как твои глаза – и то, как бесшумно ты двигаешься. Я слышала, что ты поддерживаешь дружеские отношения с преступниками, – но ведь ты написал несколько статей по криминологии и прочел по ней курс лекций. Поэтому я посчитала, что здесь нет ничего странного. Но теперь увидела, как ты двигаешься по моим комнатам с ножом в руке, очевидно собираясь убить того, кто сюда проник. Ни одна книга не стоит человеческой жизни. Наше соглашение разорвано. Скажи мне, что ты сделал, чтобы их заполучить.
– Нет, – ответил Джек.
– Я должна знать.
– Ты разыграла эту сцену, чтобы посмотреть на мою реакцию, верно? – спросил Джек.
Она покраснела.
«Должно быть, теперь она попытается меня шантажировать, чтобы я на ней женился, – подумал он, – если считает, что сумеет раздуть из этого что-нибудь серьезное».
– Ладно, – сказал Джек, засовывая руки в карманы и глядя в окно. – Я нашел того, кто это сделал, и поговорил с ним. Возникло некоторое недопонимание, в результате чего у него оказался разбит нос. Ему не хватило манер, чтобы не закапать книги кровью. И я не смог ее всю оттереть.
– Вот как, – сказала Клэр; Джек повернулся и посмотрел ей в лицо.
– Это вся история.
Он шагнул вперед и поцеловал ее. Через некоторое время она расслабилась и прижалась к нему. Он помассировал ее спину и плечи, а потом опустил руки на ягодицы.
«Пожалуй, мне удалось ее отвлечь», – подумал он, и его руки двинулись обратно, подбираясь к пуговицам блузки.
– Извини, – выдохнула она.
– Все в порядке, – сказал он, расстегивая пуговицы. – Все в порядке.
Позднее, глядя на подушку сквозь полог волос Клэр и анализируя свою реакцию на то, что произошло, он вновь ощутил чуждое присутствие, и на сей раз оно показалось ему настолько близким, словно за ним наблюдали. Джек быстро оглядел комнату, но ничего не
