силами обладала сама Смерть.
«А что, если сегодня здесь был вовсе не Лонгботтом? Возможно так, что Керриган принял оборотное зелье и проник в Хогвартс ради каких-то своих пока неясных целей? И наша встреча в коридоре — простая случайность?» — мелькнула в голове зельевара неожиданная мысль. Он хорошо помнил Лонгботтома по школе, и тот, кого знал Северус, не отличался выдающимися магическими способностями. Обычный средний гриффиндорец, каких всегда хватало в Аврорате.
«Откуда же теперь эта невероятная мощь? — размышлял Северус, спускаясь по каменным ступенькам. — Кажется, магия Хогвартса подчинялась ему лучше, чем мне сейчас! Откуда это? Я не уверен, что даже с поддержкой источника школы смог бы победить Альбуса. А Керриган, похоже, даже не запыхался, когда сбрасывал Дамблдора с башни».
— Мордред! — беззвучно выругался Снейп, едва не уткнувшись носом в спину рослого Роули.
«Пожиратели» остановились в коридоре, и Северус предложил немедленно вернуться в Лестрейндж-мэнор, чтобы рассказать Волдеморту об убийстве Дамблдора. Спорить с ним никто не стал, даже Беллатрикс, и вскоре они покинули замок.
По дороге Лестрейндж собиралась поджечь на прощание хижину Хагрида, когда Снейп холодно предупредил ту, что не позволит никому разрушать школьное имущество. Беллатрикс наверняка почувствовала, как возросли его силы, и, вероятно решила, что сейчас не самое подходящее время для проявления своего дурного характера. Пробормотав себе под нос какое-то ругательство, та просто пробежала мимо хижины полувеликана. Северус криво усмехнулся и последовал за ней.
«Не забыть бы вытрясти из Хагрида пучок шерсти единорогов и пинту яда акромантулов. В благодарность, так сказать, за спасение его вонючей хижины», — мелькнула в голове зельевара алчная мысль.
Выбравшись за границу защитных чар замка, компания «Пожирателей», не сговариваясь, аппарировала прочь.
Глава 59
Почему старый связался с молодой
Солнце, неторопливо поднимаясь над горизонтом, одарило Старфилд первыми тёплыми лучами. Лондонский пригород — сонное пасторальное местечко, жители которого приезжали домой исключительно ночевать. Скромный двухэтажный коттедж ничем не выделялся в длинном ряду однотипных строений, так же прятавшихся за «юбками» живых изгородей. В просторную гостиную через открытое окно проник яркий солнечный луч и заметался по изрезанному шрамами лицу спящего на диване мужчины.
— Тум-турум-турум-тум-тум! — услышал Аластор Грюм сквозь сон. Сегодня он проснулся оттого, что Тонкс, уже успевшая надеть служебную мантию, весело мурчала себе под нос какую-то маггловскую песенку. При этом молодая женщина придирчиво разглядывала сковородки, которыми, судя по внушительному слою пыли, явно ни разу не пользовались. Впрочем, Аластор действительно дома пил только кофе или огневиски, предпочитая питаться в волшебном мире. Благо трансгрессировать к любой забегаловке не составляло для него большого труда.
Тонкс, явно колеблясь, всё же поставила на печь одну из сковородок, взмахнула палочкой, приводя посуду в идеальный вид, и через некоторое время по комнате поплыл запах жарящегося бекона. Наконец заметив, что он проснулся, Нимфадора тут же отлевитировала к нему на диван серебряный поднос, на котором стояли фарфоровая чашечка, молочник и сахарница. Кофе пах просто умопомрачительно. Аластор с благодарностью улыбнулся молодой любовнице и сделал маленький глоток. Ни молоко, ни сахар он добавлять не стал.
— А ты чего кофе не пьёшь? — спросил Грюм с подозрением, обнаружив, что сама Нимфадора держит в руке стакан с обычной водой.
— Меня ночью тошнило, безоар не помог, и я рано утром в Мунго трансгрессировала, — ответила ему Тонкс с каким-то загадочным выражением лица.
— Подлечили? — спросил Аластор, привычно уничтожая магией посуду, которой касался.
— Не-а, — ещё шире заулыбалась Тонкс, забирая у него поднос. — Сказали, что здорова, и даже поздравили!
— С чем поздравили? — тупо спросил Грюм.
— Я беременна, милый! — расхохоталась Тонкс. — И тебя поздравляю, будущий папаша. В роду суровых шотландских мракоборцев появится наследник или наследница.
Сердце Грюма замерло на миг, а потом заметалось в груди, как бешеный бладжер. В голове пронеслись бессвязные мысли: «У меня получилось? Полвека безуспешных попыток! Неужели мне в конце концов удалось? Ну Альбус, ну голова!» Вслух же он выразил всю подобающую такому случаю радость и начал поспешно одеваться.
— Ты куда так заторопился? — насмешливо спросила Тонкс, выверенным жестом разбивая яйцо в сковородку с шипящим беконом.
— Аппарирую на родину, надо подготовиться к нашей свадьбе, — пропыхтел Аластор, пристёгивая протез ноги. Вероятно, в своей традиционной одежде шотландского горца он выглядел довольно забавно, потому что заметил краем глаза, как Тонкс едва сдерживает смех, когда смотрит на него.
— И вообще, в наших краях любят праздновать, — буркнул Грюм.
— Вот как? А я-то думала, нам будет достаточно захватить с собой Люпина для маскировки и расписаться где-нибудь в глуши, — сказала та и всё же захихикала. — А ты, получается, решил настоящую свадьбу устроить, да ещё, смотрю, по местным традициям. Чтоб с гостями, вересковым мёдом и мордобоем, да? Будете мериться, у кого кинжал длиннее, или ещё чем?
— У нас дома так принято, — с лёгкой ухмылкой ответил Грюм, поправляя на талии детали национальной одежды горцев. — Ты только не ляпни, пожалуйста, будто килт — это женская юбка.
Он придирчиво осмотрел в наколдованное зеркало свой клетчатый национальный костюм и спросил Нимфадору:
— Кстати, как там наш Люпин поживает, давно его не видел, он уже готов создать семью с самой прекрасной волшебницей Аврората?
— Конечно, готов. Мы же с ним теперь везде ходим за ручку.
Тонкс придирчиво осмотрела яичницу, затем лукаво подмигнула Грюму и сказала:
— Бедный Римус считает, что я без ума от него. Он ведь даже признался, что оборотень, как будто это какая-то ужасная тайна. После того как его со скандалом выгнали из профессоров? Вот же страус непрошибаемый! Я успокоила его, конечно, — насмешливо фыркнула Тонкс, на секунду отвлекаясь, чтобы убавить огонь, и внезапно добавила: — Но знаешь, у блохастого, похоже, хорошая сопротивляемость «Империусу». Ты бы обновил ему чары подчинения. А то Люпин мечется туда-сюда, видимо пытается снять ошейник. Сперва говорит, что любит, а потом снова хочет удрать куда подальше.
— Хорошо, я добавлю магии в заклинание, — согласно кивнул Аластор, надевая кожаный плащ поверх костюма. — Прямо сейчас и наведаюсь в его логово. Заодно прикажу ему похвастать знакомым где-нибудь в «Кабаньей голове», что вы решили пожениться и хотите провести скромную церемонию в Шотландии.
— Отлично, милый! — чмокнула его Тонкс в изуродованную шрамами щёку. — А я своей мамаше скажу, что готова выполнить обещание и
