революции», поэтому организовал Астров Русский заграничный исторический архив. В эмиграции у него проявились склонности и способности к историческим занятиям. Он написал немало работ по истории Москвы и городского самоуправления; тщательно отбирал документы для архива; послал множество писем Деникину с замечаниями и размышлениями об «Очерках русской смуты».
Все это требовало и больших знаний, и известной «кабинетности»: любви к книжному делу, кропотливому труду с источниками, а кроме того, умения хорошо писать и объективно оценивать как книги, так и людей. Николай Иванович был вдумчив, тонок, глубок, невероятно организован и работоспособен. Он настойчиво побуждал и своих знакомых взяться за перо, чтобы записать свои воспоминания об отшумевшей эпохе.
Но никто из главных действующих лиц Городского и Земского союзов не оставил опубликованных воспоминаний об их работе. Положение спасает не кто иной, как Н.И. Астров. Весьма полные свидетельства о «страшном периоде», о ВСГ содержатся в его личном архиве, где есть также рукописи по истории Союза, замечания на вышедшие в свет книги и статьи современников, переписка с друзьями, размышления о былом. Освещая деятельность ВСГ, он выступает скорее как историк, время от времени обращающийся к воспоминаниям. Свойственные Астрову качества историка ранее были использованы им в иной, общественной сфере. И в немалой степени благодаря им Астров добился впечатляющих результатов. В.А. Оболенский, близкий друг Астрова (столь же близок ему, пожалуй, лишь П.П. Юренев), вспоминал, что «отличительной особенностью Николая Ивановича была глубокая внутренняя правдивость и добросовестность. Всякое дело, за которое он брался, он изучал во всех деталях и, только изучив его, приступал к работе, упорно и упрямо проводя в ней свои мысли и взгляды». Так, «основательно изучив городское дело, он был блестящим гласным Московской думы и незаменимым ее секретарем».
То же самое можно сказать о деятельности Н.И. Астрова в Союзе городов. Диапазон приложения его силы и ума, его энергии и знаний и здесь оказался необычайно широк. Уже в июле – сентябре 1914 года он выступает перед представителями городских самоуправлений с множеством предложений и докладов, в том числе на учредительном (8–9 августа 1914) и I съездах (13–15 сентября 1914) ВСГ. По постановлению Московской городской думы 18 июля 1914 года избирается так называемая Военная комиссия. В ней восемнадцать человек, и среди них – Астров. Он вспоминал: уже на следующий день, 19 июля, на заседании комиссии «мною, гласным Московской городской думы, высказано было пожелание о привлечении городских управлений к участию в общей работе в связи с войной». Это предложение городские деятели встретили с энтузиазмом. Московская городская управа 26 июля возбудила ходатайство перед министром внутренних дел о разрешении созвать в Москве Всероссийский съезд городских голов. Разрешение было получено. Управа разослала приглашения на съезд городам Европейской России, и 8–9 августа съезд состоялся. Ранее, на заседании комитета по организации съезда, куда вошел и Н.И. Астров, были выработаны его программа и схема предлагаемой организации. А еще до съезда ВСГ, 31 июля 1914 года, на съезде представителей городов и земств, принадлежащих Московскому эвакуационному округу, Астров подчеркивал: «Нам необходимо согласовать нашу деятельность. Если мы сегодня, поговорив, разойдемся, то цель не будет достигнута». По его предложению было поручено составить статут Московской городской областной организации. И на Учредительном съезде 8–9 августа 1914 года в докладе об организации будущего союза он «нарисовал широкую картину возможной плодотворной деятельности союза». Съезд, обсудив доклад, постановил, по сути, признать, что предполагаемая организация должна соответствовать схеме, предложенной Астровым.
Из журнала заседаний Временного комитета ВСГ от го августа 1914 года явствует, что Н.И. Астрова избрали товарищем председателя комитета В.Д. Брянского. Тогда он убедил руководство Союза в том, что «города могут широко развить свою деятельность по оказанию помощи больным и раненым воинам только при условии получения пособия от правительства». С этой целью он предложил послать в Петербург особую делегацию, которая «указала бы правительству на недостаток средств у городов и выяснила бы размер того пособия, которое города могут получить от правительства». В результате пособие правительством было обещано. В тот же день, по предложению Астрова, принято решение «поручить избранной на настоящем заседании делегации немедленно возбудить перед правительством ходатайство о том, чтобы семьи евреев, призванных в ряды армии и флота и высланных из мест, в которых происходят военные действия, получили право повсеместного жительства в империи».
Уже в августе 1914 года Н.И. Астров вошел практически во все руководящие органы ВСГ: в бюро, в комиссию по выработке норм пособий городам, в согласительную комиссию и пр. О влиянии Астрова и его авторитете говорит и тот факт, что в Главный комитет ВСГ на первом, сентябрьском, съезде 1914 года он был избран почти всем составом присутствующих делегатов. И в продолжение всех последующих лет работы в ВСГ (1915–1917) оставался одной из центральных фигур в его руководстве. Естественно, что та роль, которую играл Астров в ВСГ и в общественной жизни страны, делает его свидетельства весьма ценными. Историю Союза он увидел во всем сложном политическом контексте, отчего и история страны, и история российского либерализма получают более полное освещение, а сам автор, благодаря такому освещению, лучше виден и как политик.
К истории Союза городов Астров обратился уже в 1922 году. И в качестве автора «попал» в престижное издание. Фонд Карнеги начал грандиозную по тем временам книжную серию о влиянии войны на социальное и экономическое развитие разных стран, едва смолкли орудийные раскаты Первой мировой. Главным редактором всего издания был американский профессор Дж. Шотвель, редактором русского отдела – выдающийся историк П.Г. Виноградов. Этот маститый профессор и его ближайший помощник М.Т. Флоринский подбирали кандидатуры, вели с ними переговоры, уточняли планы работы. Затем Виноградов, как представитель фонда и как редактор русского отдела, подписывал контракт с автором. Истории земств и городов России отводился самый большой раздел; в него входили четыре работы о земстве и только одна – о городах. Их-то и должен был написать Астров. Виноградов обсудил с ним план будущей книги. У него не закралось и тени сомнения, что эта работа «будет одним из наиболее ценных вкладов в нашу историю войны». План сохранился в фонде Астрова; состоящий из четырнадцати глав, он поражает своей обстоятельностью и всеохватностью.
Н.И. Астров предполагал начать с краткого очерка развития органов городского управления в России; подчеркнуть неизбежное сосредоточение оппозиционных настроений в крупных городских управлениях, повсеместное стремление к расширению их функций; охарактеризовать их хозяйство и финансы. Суть почти каждой главы выражена одним-двумя предложениями. «Права и средства» – общий лозунг городских управлений в годы, предшествовавшие мировой войне. «Организация русских городов для помощи государству во время войны».
