Читаем без скачивания Катали мы ваше солнце - Евгений Юрьевич Лукин

– Слыхал. Моргнёт левым глазом – и нет человека.

– Вот проверить надо.

Ошеломлённое выражение исчезло с округлой физиономии Мыльного столь быстро, словно бы вообще не возникало.

– Сделаем, – невозмутимо молвил он, снова поворачиваясь к монитору. – Какого-то конкретного человека или?..

– Или, – жёлчно отозвался полковник.

– Понял… Значит, место преступления – не установлено. Время – не установлено. Потерпевший – не установлен… – Голос Мыльного звучал – комар носа не подточит! – серьёзно, буднично, деловито, но, сказать по чести, давно так не веселился старший оперуполномоченный. – Орудие преступления: левый глаз… Действие… Хм… Действие…

– Мигнул, моргнул… – сердито подсказал Непадло.

– Нет… Мигнул, моргнул – она не поймёт. Тут это надо… существительное… Миг?.. Морг?..

– Какой морг? – вспылил полковник. – Морг ему! Пиши – моргание.

– Моргание… – с наслаждением повторил Мыльный. – Причинённый ущерб – исчезновение потерпевшего. Есть, Герман Григорьевич! Готово. Вероятность – ноль целых ноль десятых процента… Могу распечатать.

– Распечатай! – бросил тот. – Отнесу генералу, а он уж пусть разбирается с этим… с депутатом… – Полковник посопел, похмурился. – Погоди-ка! У тебя ж там, в компьютере, весь наш район, так?

– А как же! База данных, – подтвердил Мыльный, не без удовольствия выговаривая недавно заученные слова.

– Много времени займёт всех проверить?

– Вообще всех? Или только с судимостями?

– То есть как? – Полковник оторопел. – У тебя там что? И несудимые тоже?.. А что у тебя на них?

– Адреса, анкетные данные…

– Откуда?

– Пашу попросил – а он в паспортном столе скопировал. Там ведь сейчас тоже всю документацию дублируют, в электронку переводят…

– Мм… – Полковник поколебался. – Нет, ну их к чёрту! Давай одних судимых.

– Без проблем! – Мыльный убрал фамилию Дзугаева и, наведя курсор на кнопку «Все дела», щёлкнул левой клавишей мыши.

Вознамерился было откинуться на спинку стула, как вдруг по экрану побежали первые строчки. Фамилии и адреса подозреваемых.

– Не понял…

Строчки приостановились – и побежали снова. Замерли. Дёрнулись. Замерли. Итого: двадцать две фамилии.

– Глючит! – придя в себя, с досадой бросил Мыльный. – Это бывает. Сейчас перегружусь.

Он вышел из программы и перегрузил компьютер. Непадло ждал, хищно подавшись к монитору ястребиным профилем.

Нарочито замедленно, каждый раз проверяя написанное, Мыльный ввёл в окошки тот же текст и вновь щёлкнул по той же кнопке. И опять побежали строчки. Всё те же двадцать два подозреваемых. Моргнут левым глазом – и нет человека…

– Распечатай! – хрипло потребовал Непадло.

– Чего тут распечатывать? – буркнул Мыльный. – Фигня в чистом виде! Программиста вызывать надо…

– А ты не торопись это дело разглашать, – холодно молвил полковник. – Программиста! Подождёт программист. Распечатай.

* * *

Работающий на полставке программист Паша (щеголеватый молодой человек в тонированных стёклах) возился с компьютером недолго.

– Так в чём проблема? – с недоумением обратился он к полковнику Непадло.

Тот беспомощно взглянул на Мыльного.

– Глючит… – неохотно пояснил опер.

– А точнее?

Теперь уже замялся Мыльный.

– Выводы странные делает, – пришёл на помощь Непадло.

Программист воззрился на него чуть ли не с восхищением.

– Господа! – сказал он, борясь с улыбкой. – Я надеюсь, вы не рассчитываете, что программа будет за вас жуликов ловить? Она выдаёт вам версию на основе тех данных, которые вы сами в неё ввели. А проверить и уточнить – это уж ваша задача…

– Надо будет – уточним! – отрубил полковник. – Ты лучше вот что скажи: с самой программой – всё в порядке?

– Абсолютно!

Полковник Непадло для верности самолично прикрыл дверь за программистом Пашей и остолбенел в раздумье на несколько секунд, озадаченно оглаживая волевой подбородок.

– А генерал что говорит? – поинтересовался Мыльный.

Непадло очнулся.

– Да тоже говорит: фигня… – расстроенно промолвил он. – Как же фигня, если программа исправна?.. Знаешь что? А проверь-ка их конкретно по каждому похищению!

После проверки список сократился до четырёх кандидатов: Живикин, Хрхрян, Ржата и Сиротинец. Согласно выскочившим цифрам, Хрхрян почти наверняка был виновен в исчезновении сразу пяти человек. Впрочем, троих из этой пятёрки мог умыкнуть и Живикин. Ржата и Сиротинец скромно претендовали вдвоём на одного пропавшего.

Если бы не способ похищения – список как список, хоть на вокзале вывешивай…

– Крестники есть? – мрачно спросил Непадло.

– Про Сиротинца слышал…

– Что именно?

– Член Союза писателей, – нехотя процедил Мыльный.

– Как это он? – не въехал полковник.

– Отсидел в малолетке. Потом обо всём книжку написал. Автобиографическую…

– Чернуха, небось?

– Чернуха… Но зону знает.

Тут оба смолкли, потому что на мониторе возник портрет Сиротинца. Анфас. Левый глаз подозреваемого располагался чуть ниже правого. И воля ваша, а таилось в этом странном взгляде нечто нечеловеческое. В полном молчании Мыльный вывел на экран фотографию Живикина, затем – Ржаты. У этих двоих глаза были, правда, на одном уровне, но опять-таки взгляд…

Сам оперуполномоченный не верил ни в сон, ни в чох, ни в вороний грай, однако и ему стало как-то не по себе. Что уж там говорить о полковнике Непадло, у которого, согласно сведениям любознательного опера, до́ма рассованы были по антресолям бумажечки с заговорами против квартирной кражи!

Но самое жуткое поджидало их впереди. Когда на мониторе появилась фотография Хрхряна, оцепенели оба, а полковник Непадло даже издал за спиной Мыльного какой-то непонятный звук: то ли ахнул, то ли резко выдохнул. Смуглое лицо кавказской национальности пересекала наискосок чёрная пиратская повязка, проходившая в аккурат по левому глазу. Неизвестно, какие ассоциации при этом возникли у полковника, но оперу немедленно припомнилась древняя байка о футболисте с чёрной повязкой на правой ноге. Якобы такой силы был у него удар, что запрещалось ему бить по воротам с правой, дабы не уложить голкипера насмерть…

Оперуполномоченный ожил первым. Зарычал, заматерился шёпотом, схватился за мышь. Защёлкала клавиша, заметался курсор. Портреты с экрана исчезли, уступив место мелькающим текстам.

– Ну конечно! – яростно взревел опер, тыча в монитор коротким толстым пальцем. – У них же у всех левого глаза нет! Стеклянный он у них!

– Стеклянный… – в растерянности повторил полковник. – И что?

Оба уставились друг на друга. Действительно: и что? Нет левого глаза, значит нет и орудия преступления. Тогда почему программа внесла этих четверых в список подозреваемых?

– А может, и не стеклянный… – замороженно произнёс вдруг Непадло. – Может быть, даже и не глаз…

– А что?

– А чёрт его знает! – Полковник зябко передёрнул плечами. – Кристалл какой-нибудь… или приборчик…

– Да не бывает таких приборчиков!

– Сейчас всё бывает… – сдавленно сообщил Непадло. – Просто не знаем мы ни хрена… Слушай, посмотри: там за ними ничего больше не числится?

Тут же и посмотрели. Сиротинец месяц назад купил квартиру в центре города, но, как выяснилось, доходы у него теперь были совершенно легальные – гонорары и ещё какая-то литературная премия.