– Да, ваше величество.
Дан Марк вздохнул чуточку легче.
Что ж, сейчас Адриенна, конечно, ревнует. И злится, и негодует… но разве можно не полюбить Сусанну? Разве ее вообще можно не любить?
Постепенно эданна найдет путь к сердцу девочки и завоюет ее доверие, а там, кто знает, и мать ей заменит…
Вполне возможно, если они подружатся, Адриенна оставит СибЛевран сводному братику или сестренке… она добрая девочка, и Сусанна милейшая женщина… разве они могу не понять друг друга?
Дан Марк витал в розовых облаках, и мысль о том, что женщины преотлично поняли друг друга, ему и в голову не приходила.
* * *
Остаток дня Адриенна провела в своих покоях.
Сидела, сопела…
Разве что соизволила поговорить с садовником. Тот узнал о черной розе и буквально ломился в покои, умоляя Джованну так, что половине дворца слышно было.
– Прошу!!! Дана должна меня принять!!! Это такое чудо!!! Такая радость!!!
Адриенна подумала, что хоть у кого-то радость, и махнула рукой, разрешая Джованне впустить назойливого гостя.
Та не стала спорить.
Матео Кальци, главный садовник его величества, ньор, не дан, на черную розу посмотрел с таким благоговением… Адриенна ему простила навязчивость. Видно же, человек – фанатик своего дела.
– Дана… это ЧУДО!
Адриенна только рукой махнула.
– Это – роза. Из вашего же розария.
– Дана, я умоляю… хотите, встану на колени! Я же каждый куст… я своими руками… где?! Где она выросла?!
Адриенна искренне удивилась. Но разум ее и так не покидал, а потому…
Как можно не заметить ТАКОЙ куст?!
Или он… как алтарь? Тоже не каждому откроется? А она сейчас, своими руками, раскроет его тайну первому встречному… нет уж! О некоторых вещах лучше помолчать!
– Там кустик… небольшой такой… я плохо ориентируюсь в розарии, я ведь там в первый раз. Кажется, там были еще алые розы… или желтые?
Адриенна развела руками.
Поверил ей или не поверил садовник, осталось открытым. Но на цветок он посмотрел почти плотоядно.
– Дана, если его поставить в воду, если черенок примется… умоляю!
Адриенна вздохнула.
– Хорошо. На ночь я его поставлю в воду. И даже отдам вам.
Матео посмотрел так, что девушка только головой покачала.
– Сейчас – не отдам. И не просите. Вечером Джованна вам его принесет.
Влюбленный взгляд достался и Джованне, которая чуточку зарделась.
Адриенна приказала проводить гостя и махнула служанке рукой.
– Он тебе нравится?
– Ньор Кальци? Так ведь беда в том, дана, что ему никто не нужен, кроме роз.
Адриенна вздохнула.
– Ладно. Розу ты ему отнесешь, а дальше все от тебя зависит.
– Спасибо вам, дана! – с чувством сказала Джованна. – Спасибо!
– Не стоит благодарности.
Адриенна отколола розу от волос, поставила в принесенный служанкой стакан с водой.
А потом подумала…
Царапины еще не все зажили. И пока Джованна не видит…
В стакан отправилось несколько капель крови.
Пусть черная роза приживется. Пусть даст побеги.
Если ей нужна кровь Адриенны, так тому и быть.
Девушка сидела до темноты, смотрела на цветок и успокаивалась. Как-то не хотелось ни о чем думать. Розовый аромат окутывал, успокаивал, убаюкивал… она так и уснула.
И Джованна забрала стакан, чтобы отнести Матео.
Слово за слово, и ее пригласили участвовать в священном ритуале посадки цветка. И поблагодарили. И даже пригласили прогуляться по розарию.
Остальное было уже делом техники.
А Адриенна спала. И снился ей куст с черными розами, который обвивал ее своими ветками. И шипы на них были.
Только они не ранили. А если и ранили, то не больно. Совсем не больно…
Ей было хорошо и спокойно.
Черные розы… розы королевского гнева и боли… розы королевской крови.
* * *
Джованна разбудила девушку в шесть утра.
– Дана, вам надо еще одеться…
Адриенна скрипнула зубами, вспомнив, что сегодня, в восемь утра…
Она так и не поговорила вчера с отцом. Словно в оцепенение впала. Словно так и надо было. Да и не отпустила бы его эта гадина, кто б сомневался?
А и пусть!
Сам виноват, вот!
А она… не будет она радоваться! Не будет!
Нечему!!!
И Адриенна решительно кивнула Джованне на черное платье. А что? Если уж его сшили…
Волосы пришлось уложить и просто перевить серебряной лентой. Розы уже не было, и внутри разгорался горячий огонек гнева.
Почему так?!
Почему отец выбрал эту тварь?!
Нет, не так! Почему он даже не захотел выслушать Адриенну, почему сразу сделал свой выбор?! Он же мог, мог сказать, что не женится так, сразу, что подумает, что…
Еще там, в розарии.
Что она такого сделала? Почему отец отшатнулся от нее? Из-за этой гадины?! Просто потому что?!
Она ведь все та же, и отца она любит, а он… он…
Адриенна вышла из своих комнат. Джованна следовала за ней молчаливой тенью. Она видела, что дана расстроена, и не хотела добавлять ей горя и боли. Ей и так достаточно будет… чего уж там!
Адриенна уже привычно шла по дворцу. Кажется, ее все-таки кто-то увидел, в черном и серебряном. Но какая разница? Вот и часовня…
И его величество ждет.
– Дана Адриенна?
– Ваше величество.
Два взгляда скрестились, и Филиппо Третий передумал гневаться. Он был умен. Он понял – здесь и сейчас хотели оскорбить не его. Девочке просто больно.
Что ж, взрослеют люди по-разному, и так в том числе. Если ей так легче, пусть так и будет.
– Зайдите в часовню, дана. Ваш отец уже там.
Адриенна вздохнула и толкнула тяжелую дверь.
Скоро, уже вот-вот появится невеста. Может, у нее будет пара минут поговорить с отцом? Но…
Рядом с ее отцом стоял какой-то парень. Высокий, долговязый, нескладный, весь в черных пятнах, нарумяненный… Приблизившись, Адриенна поняла, что у бедняги просто угри по всему лицу. И, чтобы это скрыть, он их замазывает и лепит сверху мушки.
Но парень был ей неприятен.
Роскошная одежда, драгоценности, а взгляд темных глаз – наглый и липкий. Словно всю ее мухи исползали…
– Доброе утро, отец.
– Доброе утро, Адриенна.
Сухо. Спокойно. Без малейших чувств.
– Я пришла… полюбоваться.
Не пожелать счастья. Не порадоваться. Не…
Дан Марк понял, что его не одобряют, и разозлился.
– Знакомься. Это Леонардо Манчини. Сегодня Леонардо станет твоим сводным братом.
Адриенна сморщила нос.
Леонардо, которому мать пообещала денег, если он будет вести себя хорошо, учтиво поклонился.
– Я и не думал, что у меня будет столь очаровательная младшая сестренка. Хотя всегда мечтал…
– Я и не думала, что у меня будет столь взрослый брат. Сколько же лет вашей матери? – не удержалась от капли яда Адриенна. – Тридцать пять? Сорок?
– Мама родила меня рано, – не принял вызов Леонардо. – Она у меня еще молода и очаровательна. Я верю, дана, вы подружитесь. И сам надеюсь на нашу дружбу…
Последнее слово он произнес с определенным подтекстом. Но дан Марк его не заметил, он витал в розовых облаках.
– Надейтесь, – почти прошипела Адриенна.
Не ругаться же? Еще чего не хватало!
Кардинал покосился на стоящих у алтаря.
Дверь открылась.
Эданна Сусанна, конечно, хотела как лучше. И белое платье она надела не зря. Но выглядела она в нем…
Слишком темная кожа, несмотря на всю пудру и притирания, слишком объемные формы, слишком…
– Шлюха, – одними губами прошипела Адриенна.
Леонардо отлично прочитал это слово и разозлился. Ладно уж, правда есть правда. Но кто сказал, что она приятна?
Погоди ж ты у меня, маленькая дрянь!
Его величество подвел даму к алтарю.
Кардинал откашлялся…
– Возлюбленные чада Божии…
* * *
Эданна Сусанна выглядела победительницей. Да она и была ею – здесь и сейчас. И улыбалась Адриенне.
– Милая дочка… могу я тебя так называть?
