его законам. Но человек извращает природу, он уклонился от истинного пути. Через все творение Лао-цзы проходит мысль о том, что человечество отпало от Истины, заменив естественный закон Дао своими измышлениями. Люди терзаются алчностью, завистью, честолюбием. Правители угнетают народ, соперничают друг с другом, поднимают войска, чтобы захватить чужие земли. Они создают искусственные рамки для человека и только еще дальше уводят его от святой естественности. Уже одно то, что потребовалось создание этих правил и церемоний, доказывает отдаленность от Неба. ««Добродетель», – писал Лао-цзы, – появляется после утраты Дао, «гуманность» – после утраты добродетели, «справедливость» – после утраты гуманности, «почтительность» – после утраты справедливости. «Почтительность» – это признак отсутствия доверия и преданности. Она начало смуты». Вся человеческая деятельность представлялась Лао-цзы бесплодной суетой. Люди торопятся, метутся, а Дао пребывает в божественной безмятежности. И, взирая на него, истинный мудрец отметает от себя соблазны земных забот. Его величие непостижимо для низменных душ, он поистине совершает великую миссию – утверждает на земле царство Дао. В этом – истинная добродетель, в отличие от фальшивой «гуманности» и «порядочности». Пусть дети мира смеются над мудрецом, считают его жалким и беспомощным. В действительности, погруженный в созерцание могущественнее тех, кто кичится своей силой.
Все, что в наше время принято называть прогрессом, только уводить человека от постижения Дао. Человеческие знания, науку и просвещение, обычаи и социальные нормы цивилизации – все это Лао-цзы безоговорочно отрицал. Народ не нужно ни просвещать, ни обременять; людей надо предоставить самим себе и отдаться течению естественного хода вещей. Высшей целью мудреца, по учению Лао-цзы, было уйти от страстей и суетности жизни к первобытности прошлого, к простоте и естественности. Сама природа должна привести к благоденствию и блаженству. Мудрости следует искать не у древних, не в ритуальных правилах, а у самого Дао и у человека, духовно соединившегося с Ним. Такой человек стоит выше земных желаний, он сохраняет покой в своей душе, возвышаясь надо всем.
Такова в очень сжатом и упрощенном виде суть учения Лао-цзы. С точки зрения европейца оно едва ли может считаться религиозным откровением. Нужно было обладать китайским рационализмом, чтобы обратить эту высокую философию в народную религию. Но тем не менее это произошло. В первых веках нашей эры сам Лао-цзы был обожествлен его последователями и стал восприниматься ими как олицетворение самого Дао. Под именем «Высочайшего владыки Лао» (Тайшан Лао-цзюнь) или «Желтого Владыки Лао» (Хуан Лао-цзюнь) он становится одним из высших даосских божеств. В конце II в. появляется «Книга о превращениях Лао-цзы». О Лао-цзы здесь говорилось как о существующем до возникновения вселенной, он именуется «корнем Неба и Земли», «властителем всех божеств», «праотцем инь и ян» и т. п. Таким образом, Лао-цзы считался первоначалом и жизненным принципом всего сущего. Далее рассказывается о трансформациях этого божества. Мы узнаем, что кроме 9 «внутренних» превращений, Лао-цзы претерпевал и «внешние», в которых являл себя миру. Несколько раз он воплощался как советник мудрых государей древности. Одно из самых важных его рождений произошло в VI в. до Р.Х. в качестве Ли Даня, служителя архива и советника чуского вана (то есть собственно Лао-цзы). После этого он являлся миру еще несколько раз, причем не только в Китае. (Так одним из воплощений Лао-цзы в средние века считался Будда, с идеями которого его учение действительно имеет много точек соприкосновения).
Из "Дао-дэ-цзин"
«Все в мире – одна вещь. Обыкновенные люди не знают ее истинного имени. Они видят вещи и не видят Дао. Достойные люди определяют принципы вещей. Они видят Дао и не видят вещей».
«Вечно бесстрастный зрит недоступное. А тот, кто вечно во власти страстей – зрит лишь предельное».
«Тот, кто вглядывается в кончик волоска, не заметит, как велик мир».
«Мудрый ни на что не смотрит и потому все видит».
«На Пути постоянства и отрицание Пути может быть Путем».
«Можно взять да и наполнить что-либо, но не лучше ли оставить его как есть?»
«Познавший других – мудр, познавший себя – просветлен».
«Победивший других – силен, победивший себя – могущественен».
«Лучше всего удерживать срединность».
«Применяя, никогда не натягивай».
«Проявляй простоту некрашеного холста».
«Тяжелое является корнем легкого. Покой является владыкой подвижности».
«Бытием приносится польза, небытием создается использование».
«Совершенствование в движении – в отсутствии колеи и следа».
«То, чем порождается жизнь, есть смерть».
«Совершенствование в запорах – в отсутствии замка и щеколды».
«Лучший из воинов не прибегает к силе».
«Наилучшее – добившись успеха, устранится».
«Высшее осуществляется безмятежностью и бесстрастностью».
«Стремишься сжать – необходимо сильно растянуть. Стремишься ослабить – необходимо сильно укрепить. Стремишься разрушить – необходимо сильно возвысить. Стремишься завладеть – необходимо сильно дать».
«Мягкое и слабое побеждает твердое и сильное».
«Недоверие питает неверие».
«Доверительные речи не красивы, красивые речи не вызывают доверия».
«Постоянство Пути – в отсутствии осуществления. В результате отсутствует не-осуществленное».
«Основой для благородного является подлое. Основой для высокого является низкое».
«Не стремись к блеску драгоценного камня, будь заурядным, как простой булыжник».
«Наличие рождается в отсутствии».
«Когда низкий человек слышит о Дао, он смеется. Если бы он не смеялся, это было бы не Дао».
«Просветление Пути отражается в тьме. Продвижение по Пути отражается в отступлении».
«Великое совершенство подобно несовершенству».
«Для сущности и убыль может обернуться прибылью».
«Порядок в большом государстве отражается в приготовлении мелкой рыбешки».
«Красивые слова подходят для базаров».
«Замышляя трудное, будь в его легком. Осуществляя большое, будь в его тонком».
«Большие дела складываются из мелочей».
«Знающий не говорит, говорящий не знает».
«Человек мудрости стремится не стремиться. Человек мудрости учится не учиться. Он заканчивает, не осуществляя большого».
«Умножая легкое, умножаешь трудное».
«Движение в тысячу ли начинается под ступней».
«Если народ не боится власти, тогда придет еще большая власть».
«Лучший правитель тот, о котором низы знают лишь то, что есть таковой».
«Желая встать впереди народа, непременно ставь себя позади него».
«Совершенствующийся не рассуждает. Рассуждающий не совершенствуется».
«Человек мудрости не накапливает. Отдавая другим, он умножает себе».
Интерлюдия 4. Даосизм
1) Суть учения
Даосизм не является философией, ибо не интересуется определениями понятий, логическими доказательствами и другими процедурами чистого умозрения. Не является он и религией трансцендентного Бога, требующего от своих поклонников веры и послушания. Его нельзя, наконец, свести к искусству, мастерству, практике в собственном смысле слова, ибо мудрость Дао не утверждает необходимости что-либо делать. Скорее, даосизм – это путь цельного существования, в котором умозрение и действие, дух и материя, сознание и жизнь оказываются собранным в свободном, беспредельном «хаотическом единстве». Такое единство насквозь парадоксально, и
