Вот откуда эти остроухие нарисовались-то? И ведь видно на экране, что их слушаются. И что ещё более удивительно они побеждают.
От флангов оторвались два маленьких отряда и понеслись в нашу сторону.
— Риз, пожалуйста, не перегибай только, — попросила меня Ру.
— А очень хочется, — буркнул я ей в ответ.
Она улыбнулась, и произнесла:
— Мне тоже, но все-таки они ещё маленькие.
Ага, вот уж нет, как воевать так не маленькие, вот пусть и наказание получат как большие.
Отряды подлетели к нам практически одновременно, с коней соскочили парни и бросились бегом в нашу сторону. И как они только маунтов сюда протащили? — подумал было я, но через секунду мысль благополучно скончалась.
— Ваше приказание выполнено, командир! — выкрикнули пацаны. Вот только был один нюанс, пробежали-то они мимо меня, да и доклад о выполнении получил тоже не я.
Э-э, что ту нафиг вообще происходит? Я тут такой, весь на пафосе, руки на груди скрестил, морду недовольную сделал, уже приготовился отчитывать и тут такой эпический облом.
— Ты бы сейчас себя видел, — улыбнулась Ру.
— Хвалю! — гаркнул в ответ гном и потрепал пацанов по вихрам.
— Ур-рою, борода, — прорычал я.
Но тот и бровью не повел, а продолжил:
— Отчет позже напишете, а теперь свободны.
— Макс, — устало произнес Тау, — ты всерьез думал, что я ничего не буду делать и просто доверюсь? — вообще-то ничего такого я и не думал, ну может самую малость. А Тау продолжил, — в общем, мы конечно договаривались, но на свой страх и риск я всё же подстраховался.
— И кого же нам ещё ждать? — хмуро спросил я.
А тот не отвечая мне, виновато посмотрел на Ру и произнес:
— Извини, но так надо было.
Честно, в кои-то веки, я чувствую себя даже не актером второго плана, а статистом. Но может все будет хорошо?
Ру.
«Извини». От Тау? Да и вид у гнома был такой виноватый, что я сразу напряглась, потом обеспокоилась, а следом подкатила и паника. Пока легкая, но острым коготком врезающаяся в мозг.
— Риз, это о чем он? — спросила я у стоящего рядом парня, но тот и сам был в некоем раздрае и не мог мне ничем помочь.
— Да ты не волнуйся, — поспешил успокоить меня гном, — всё будет хорошо, — и тихо добавил, — ну, я так думаю…. Или нет, но тогда всё будет очень плохо, — слова Таугрима сработали в точности наоборот, и я стала с тревогой оглядываться по сторонам.
— Слышь, Серёг? Я, конечно, все понимаю, сам такой, но если ты сейчас не расскажешь, я за себя не отвечаю, — наконец очнулся Риз от спячки.
— Эй, мальчики, хорош собачиться, — оборвала ещё не успевшую начаться разборку Мария, — вообще-то у нас тут война. А мы стоим, и чёрт знает, чем занимаемся.
Риз глубоко вздохнул, выдохнул и бросил:
— Потом решим, а пока…
Но договорить он не успел. В самой гуще схватки, что-то бахнуло, а потом ещё раз и ещё. Взметнулись фонтаны песка вперемешку с божественными гвардейцами, но в отличие от них песок и не подумал опускаться на землю, а соединился и стал закручиваться в вихрь, втягивая в себя всё, до чего мог дотянуться.
Игроки-то быстро сориентировались, и отступили от этого явления. Ну как отступили, драпанули кто во что горазд. А вот гвардии приказа отступать не было, и особо неосторожных воинов втянуло в разрастающийся смерч.
— Да ладно?! Ты чего наделал-то, борода? — мы посматривали издалека на бурное появление стихии.
И хоть меня впечатлили размеры данного явления, но далеко не так как недавнее извинение гнома. В голове я перебирала все мало-мальские варианты, но в голову абсолютно ничего дельного не приходило.
— А я-то, причем, — огрызнулся Тау, — мне тоже не оставили выбора, да еще и пригрозили что если что случится то мне…, хм, ладно неважно.
— Ру, тут такое дело, — смущенно обратился ко мне Риз, — похоже Серый, действительно переборщил, ты только сильно не ругайся.
— Да хватит меня уже изводить! Что это?! — не выдержала я.
— Папа, — тихо произнёс гном.
— Собственной персоной, — добавил Риз.
— Вы издеваетесь? Какой нафиг папа?! — не выдержала я и вспылила.
— А у тебя их много? — за спиной раздался голос, который я ни с чьим другим не спутаю. Я гулко сглотнула вставший комок в горле и посмотрела на Тау с Ризом с мольбой о помощи, но похоже и тут я промахнулась. Эти двое даже сделали пару шагов назад и приветливо помахали руками кому-то за моей спиной. Я собралась с духом, нацепила свою самую милую улыбку и повернулась:
— Привет Пап, а я тут…
Странный сегодня день, почти все мы сегодня по воле разных обстоятельств, не могли договорить фразы которые хотели. Вот и мне не удалось, только моя причина была наименее героической из всех. Стыдно сказать даже, но из песни слов не выкинешь.
Повернувшись, я уткнулась носом в грудь. Ой, к черту вежливость, какая нафиг грудь? В сиську я уперлась, размером не меньше моей головы. Скосила взгляд и увидела ухмыляющегося отца, в роли старого волшебника.
— Привет доча, — помахал он мне рукой, и я в ответ что-то нечленораздельно промычала. Отвела от него глаза и взгляд опять уперся в эти «холмы».
— Ты глаза-то подними, а то уткнулась, хоть вроде и не младенец уже, — сверху раздался весёлый приятный голос.
Я сделала маленький шажок назад и подняла взгляд. Не-е, ну это женщина. Ну, по крайне мере я так думаю. Воплоти передо мной стояла…, а действительно кто? Сложно описать подобное существо. В роскошном, кожаном бронебикини, стояла ослепительно красивая воительница, ростом почти вдвое выше меня, мускулистая, но при этом абсолютно женственная. А черные волосы водопадом спадающие с широких плеч только подчёркивали её принадлежность к прекрасной половине человечества. Зато копье в правой руке, и рукоять двуручного меча, которая торчала из-за спины, подчеркивала, что место этой женщины не у домашнего очага, а на поле боя. И апофеозом всего была абсолютно черная эбонитовая кожа, при несомненной европейской внешности. Я автоматически бросила оценку, но увидела только имя — Шайя.
— Шайя, — вслух повторила я.
— Да это мое имя, Ру. Но ты можешь звать меня иначе.
— Как? — быстрее разума проговорил мой язык.
— Как всегда, мамой, — ответила стоящая передо мной воительница и весело рассмеялась, — Я же говорила, стоило её подготовить, а ты? «Нет времени, сама поймет". Вон девочка совсем в ступоре, Вень.
И в ступоре это было ещё очень слабо сказано.
— Мам, это ты? — всё еще не веря в происходящее, спросила я.
— Хочешь, расскажу всем про твой
