фабрикантом Ван Хоутеном (он произнес „Ван Хаутеном“) и обладателем замечательной тайны его изготовления, так что теперь все люди стараются вырвать у меня этот способный осчастливить мир секрет, который я тщательно храню. Почему мне в голову пришел именно Ван Хоутен, не знаю? Верно, мне больше всех прочих нравилась его реклама. Посмеявшись и еще не связывая с этим никакой, собственно говоря, глубокой задумки, я подумал: „Когда же его лупила мать? = Wann haut’n die Mutter?“ (Игра слов: Van Houten = van Hauten – wann haut’n + die Mutter. –
Примеч. перев.) Лишь некоторое время спустя я понял, что мой каламбур заключает в себе фактически разгадку всего этого внезапно всплывшего детского воспоминания, интерпретированного мной как блестящий пример маскирующей фантазии, которая, сохранив реальное событие (процесс приема пищи), на основе фонетической ассоциации („Какао“, „Wann haut’n“) успокоила чувство вины с помощью полной переоценки всего всплывшего в памяти. (Переместившись с задней части тела на переднюю, выделение пищи превращается в ее прием, что вызывает стыд и требует маскирующего покрова в виде тайны, способной осчастливить мир.) Меня заинтересовало, как в этом случае в целях защиты, принявшей смягченную форму внешнего несогласия, упомянутое лицо непроизвольно извлекло спустя каких-то полчаса из глубины своего бессознательного это очень убедительное доказательство».
100
Сравните истерическую одержимость и эпидемии, когда людьми овладевают демоны.
101
Jeremias. Das Alte Testament in Lichte der alten Orients (Ветхий Завет через призму Древнего Востока). 1906. S. 216; Babilonisches im Neuen Testament (Вавилон в Новом Завете). 1906. S. 96. «Mamon (Mammon) – это вавилонский man-man, прозвище Нергалса, бога подземного мира. Согласно восточному мифу, который был преобразован в легенды и сказки, золото – это нечистоты преисподней». См.: Monotheistische Strömungen innerhalb der babilonischen Religions (Монотеистические течения внутри вавилонской религии). S. 16. Anm. 1.
102
В известном случае, описанном Рут Мак-Брунсвик (Die Analyse einer Eifersuchtswahnes (Анализ одной мании ревности) // Int. Zeitschrift für Psychoanalyse. 1928. XIV), заболевание прямо вытекает из доэдиповской фиксации (на сестре).
103
Можно предвидеть, что сторонники феминизма среди мужчин, как и наши психоаналитики-женщины, не согласятся с этими высказываниями. Они вряд ли вправе возразить, что такая концепция возникает из «комплекса маскулинности» мужчин и призвана служить теоретическому оправданию врожденной склонности к принижению и подавлению женщины. Однако такая психоаналитическая по форме аргументация напоминает в этом случае, как зачастую и в похожих, о «палке о двух концах» Достоевского. Со своей стороны противники феминизма сочтут само собой разумеющимся, что пол не позволяет женщине принять то, что кажется противоречащим горячо желаемому равенству с мужчиной. Использование психоанализа ради победы в таком соревновании явно не приводит к окончательному решению.
104
По желанию авторши я внес тем самым поправку в ее имя, приведенное в журнале как A. L. de Gr.
105
Lampl de Groot J. Zur Entwicklungsgeschichte das ödipuskomplexes der Frau (Лампл де Гроот Д. К истории развития эдипова комплекса женщины) // Internat. Zeitschr. f. PsA, 1927, XIII.
106
«Фрагмент анализа одного случая истерии».
107
[Дополнение, сделанное в 1923 году: ] С тех пор благодаря работам Лу Андреас-Саломе, А. Штерке, Ф. Александера и др. учение о комплексе кастрации претерпело дальнейшее развитие. Утверждалось, что младенец уже тогдашнее отлучение от материнской груди должен ощущать как кастрацию, то есть как потерю важной, причисляемой к своей собственности части тела, что регулярную отдачу стула он не может расценивать иначе, более того, что акт рождения как отделение от матери, с которой он прежде составлял единое целое, является прототипом любой кастрации. Признавая все эти причины комплекса, я все же выдвинул требование, что название «комплекс кастрации» следует ограничить возбуждениями и воздействиями, которые связаны с потерей пениса. Кто в анализе взрослых убежден в неотвратимости комплекса кастрации, разумеется, сочтет сложным сводить его к случайной и вместе с тем повсеместно встречающейся угрозе и должен будет предположить, что ребенок конструирует эту опасность из малейших намеков, которых все же всегда хватает. Это также является мотивом, дающим импульс к тому, чтобы искать повсеместно имеющиеся более глубокие корни комплекса. И тем более ценным является то, что в случае маленького Ганса об угрозе кастрации сообщают родители, причем в то время, когда о его фобии вопрос еще не стоял.
108
Опять типичное поведение. Другой брат, старший всего на два года, при аналогичных обстоятельствах сердито выкрикивал: «Слишком ма(л)енькая, слишком ма(л)енькая».
109
«Пусть аист его заберет обратно», – сказал другой мальчик чуть постарше, приветствуя братика. Сравните с тем, что я отмечал в «Толковании сновидений» относительно сновидений о смерти близких родственников.
110
То же самое суждение, выраженное в идентичных словах и возникшее вследствие такого же ожидания, я услышал от двух других мальчиков, когда они впервые с любопытством разглядывали живот маленькой сестренки. Можно было бы ужаснуться этой ранней испорченности детского интеллекта. Почему эти юные исследователи не констатируют того, что действительно видят, а именно что никакой пипики нет? Правда, в отношении нашего маленького Ганса мы можем дать полное объяснение его ошибочного восприятия. Мы знаем: благодаря тщательной индукции он пришел к общему положению, что любое живое существо в отличие от неживого обладает пипикой; мать утвердила его в этом убеждении, дав ему утвердительные сведения о тех людях, которые уклонились от его собственного наблюдения. Теперь он совершенно не способен вновь отказаться от своего завоевания вследствие наблюдения над маленькой сестрой. Поэтому он считает, что пипика имеется также и здесь, просто она пока еще очень маленькая, но она вырастет и станет такой же большой, как у лошади.
Для реабилитации нашего маленького Ганса мы хотим сделать еще кое-что. Собственно говоря, он ведет себя не хуже, чем философ из школы Вундта, для которого сознание является всегда присутствующим свойством душевного, подобно тому как для Ганса пипика – неотъемлемый признак всего живого. Если же философ наталкивается на душевные процессы, относительно которых приходится делать вывод, но в которых действительно ничего нельзя воспринять от сознания – то есть о них ничего не известно и тем не менее о них нельзя не сделать вывода, – то он не говорит, что это бессознательные душевные процессы, а
