-А разве Гелий не колдун?- вмешался в разговор Мириан.- Их же простым ножом не убить.
"Я упрашивала писаря написать мой рассказ, который бы достучался до умов горожан, но он не согласился. Конечно, Гелий - колдун и Сашин нож не причинил ему особого вреда, но само покушение на мужа королевы - короля - разгневало как его самого, так и жителей Селии, поэтому освобождать охотника никто не пойдёт. Я улетела, чтобы не видеть эту несправедливость".
-Помоги нам вернуться в Селию до казни,- схватив птицу за плечи, попросил Авион.
-Мы всё равно не успеем, отец, разве что иллар мог бы помочь,- и успокаивал отца и пытался придумать выход Мириан.
"Базанов бы сюда с их кораблём быстроходным, тогда бы успели, а я могу только помочь вам перелететь через границу, только слетаю в один городок в лавку торгаша магическими порошками".
-Лети,- махнул рукой Авион и сел на землю, словно поддавшись слабости. Гайа улетела, а сын сел рядом с отцом и какое-то время они молчали.
-Может ей повезёт и в лавке найдётся средство, которое поможет нам попасть в Геран быстрее,- нарушил молчание Мириан, видя как лицо отца мрачнело.
-Хорошо, что я опоздаю и не увижу казни. Саша был мне братом, с которым мы многое делили и пережили. Я бы не смог спокойно смотреть как его убивают, я бы Гелию глотку перегрыз, если бы повезло добраться до него. Помолчим, сынок, помолчим. В этот раз мы потеряем Сашку. Гелий победил.
В башне, наблюдая за тенями на стене играющих между собой языков пламени в камине, Гелий сидел в кресле и осмысливал увиденное. Посылая Камелию к Брадо, он не надеялся на то, что его задумка прошмыгнёт сквозь пальцы сильного рама молодого мага, но ему повезло, как это часто бывало в жизни колдуна. Он смог глазами Камелии наблюдать за своим врагом, ища удобного случая, который бы помог ему завладеть магической силой или, в крайнем случае, дал шанс убить соперника. Утром того дня, когда на коже Брадо проступили заветные родинки, Гелий, как и певица, не сомневался кому принадлежал этот знак, предсказанный Провидцем. И весь день, до самого позднего вечера, колдун пытался предугадать задним числом замысел брата Иина. На утро была назначена казнь охотника Саши, но Гелий не собирался ложиться спать, пока не восстановит события былой давности.
Сознание Гелия устремилось в тот миг, когда умирающий отшельник, вернувшийся из другого мира, лежал в воронке вместе с братом, понимая, что им не удалось решить их спор поединком. Оба чувствовали, как смерть подкрадывается к ним - к бессмертным илларам-отступникам - и их рам не мог ничего поделать впервые за многие века, в которых случалось много битв, но озеро базанов оказалось сильнее даже магии. Провидец не мог допустить смерти столь драгоценной силы, как его рам, впитавший столько знаний и способностей, что хватило бы на целую планету. Поэтому его сознание, не обращая внимания на стоны брата Иина, отправилось к единственному иллару в Селии, способному исполнить всё так, как увидел Провидец в обрывках будущего - мутного из-за слабости умирающего. Грядущие события Провидец мог изменить, потому что никто до него не вмешивался в их ход. Ему была необходима, как воздух, та кровь, которая не впитывала из века в век энергию этого мира. Человек, мысли которого стали бы закрытой книгой для служителей магии; тело, способное хранить рам и не выдать его присутствия; слабое сознание, легко поддающееся уничтожению - его искал Провидец среди чужаков, но нашёл Сильвию, заметив появление девушки на холме против её воли. Она проникла в этот мир, втянутая потоком устройства базанов, затерянного между мирами, и оказалась подходящим хранилищем и материалом, из которого отшельник мог лепить истинного приемника. Но раскрывать свой замысел Овию Провидец не помышлял. Наговорив старику полуправду полунебылицу, отшельник теперь не сомневался, что иллар не отступит до нужного момента. Из последних сил Провидец наложил заклятье на свой рам и выпустил на волю, провожая со счастливой улыбкой на лице. Лесной отшельник не мог помешать Иину передать рам Гелию, поэтому братья в предсмертной агонии торжествовали, уверяя себя, что именно он, а не тот другой, выиграет следующий бой.
Гелий видел в воображении, как рам Провидца проник в тело Сильвии как только она упала на траву холма перед долиной Герана. Только старый наивный Овий мог верить, что от него зависел исход предсказания отшельника, который на самом деле думал только о себе, пытаясь сохранить себе жизнь хотя бы в раме. Но что-то пошло не так, как задумывал Провидец, надеясь, наверное, почти сразу разбудить магическую силу, которой не хотелось пробуждаться в чужом теле неумехи, или так и задумал его владелец. Очнуться во всей красе, как предполагал Гелий, раму помогла опасность, которая подстерегла Сильвию на Флиуре. И тогда заклятие сработало, уничтожая женщину, её разум и всю её слабую сущность, изваяв почему-то хищника, а не мудреца. Для Гелия оставалось загадкой - зачем Провидцу понадобился образ неотёсанного лихого разбойника одиночки. Но колдун поражался тому, что раму отшельника удалось затуманить разум целой страны - Илии, внушив обманные воспоминания о Брадо - мастерская работа, которой можно было восхититься да и только. Но ради чего Провидец создал Брадо, не оставив тяги к власти, к желанию победить рам Иина в Гелие?- колдун не мог понять. Казалось бессмысленным желание отшельника создать свой пустой прототип, в котором присутствие магической силы ни к чему не вело.
-Скорее всего, Провидец не подозревал, умирая, что одного рама и перевоплощения будет маловато для Сильвии-Брадо. Создав одиночку, он уже в этом совершил ошибку, потому что такой человек редко станет стремиться владеть тем, о чём редко задумывался в нарисованных воспоминаниях. Наверное, Провидца передёрнуло бы, если бы он увидел в будущем меня рядом с Брадо и его гордое удаление от власти. Но всё может быть не так просто и отшельник ещё может напомнить о себе. Сейчас Брадо слаб хотя бы потому, что прошлое даёт о себе знать и мужчине сложно смириться с женскими воспоминаниями, пусть даже Сильвии не суждено никогда возродиться в нём вновь. Могу поспорить с любим, что Провидец не предсказал сам себе, что Брадо влюбится в певичку и тем самым оживит частичку девушки-хранилища в своём сознании. Да, скорее всего страх перед смертью помог Провидцу выжить из ума в последние мгновения его никчёмной жизни, поэтому Брадо получился у него таким ловким, но не цепким,- размышлял сам с собой Гелий.- Но теперь его легче убить, чем когда бы то ни было. Разбойник уязвим и подавлен. Возможно, он даже прилетит ко мне за советом, наплевав на то, что мы - враги. Но истинный замысел Провидца всё-таки навсегда останется для меня тайной, потому что глупость иногда совершенно непредсказуема.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
