Что же следует предпринять?
Несомненно, существует очевидная возможность возбуждения против Зондереггера (он же Рейнгардт), Циммермана и издательств «Aehren», «Eduard Fankhauser» и, возможно, других, включая «Resoverlag», преследования за диффамацию. Я незнаком со швейцарским законодательством, но предположил бы, что выиграть подобные дела о клевете было бы нетрудно. Тем не менее они потребовали бы значительных расходов при малых шансах на их возмещение и – что хуже – громадных затрат времени и усилий. По сравнению с этими соображениями значительно более важным кажется, однако, тот факт – определенно указанный в письмах Зондереггера, – что он только приветствовал бы возбуждение дела о диффамации ввиду известности, которую он при этом получил бы. Судя по достаточно скромной цене, требуемой за книгу, – 3000 долларов, скромной в том случае, если речь идет о попытке шантажа, – он нисколько не заботится о верном проигрыше дела и судебном решении о возмещении ущерба. Тем не менее это соображение может быть неверно в отношении имеющих касательство к делу швейцарских издательств. Вопрос возбуждения дела о клевете подлежит дальнейшему исследованию, но этот подход не является единственным возможным методом действий.
На настоящий момент я решил сделать две вещи.
Во-первых, привлечь к данной проблеме официальное внимание швейцарского правительства и правительства Соединенных Штатов, а также французского и британского верховных комиссаров в Германии.
Во-вторых, предоставить всем, кто пожелает его использовать, подтвержденное присягой свидетельство, в котором я изложил главнейшие факты, связанные как с изначальной подделкой Сиднея Варбурга, так и с ложным отождествлением Джеймса П. Варбурга с несуществующим Сиднеем Варбургом. Это формальное свидетельство следует далее как часть вторая данного заявления.
Формальное свидетельство Джеймса П. Варбурга
Касательно целиком лживых и зловредных утверждений, сделанных Рене Зондереггером из Цюриха, Швейцария, и другими лицами, содержание которых изложено в предыдущей части данного заявления, я, Джеймс Пол Варбург, проживающий в Гринвиче, штат Коннектикут, Соединенные Штаты, заявляю под присягой следующее:
• Человека по имени Сидней Варбург не существовало в городе Нью-Йорк в 1933 году и, насколько мне известно, в каких– либо иных местах ни в тот момент, ни в любое другое время.
• Я никогда, ни при каких обстоятельствах не пользовался именем Сидней Варбург ни письменно, ни как-либо иначе.
• Я никогда не передавал рукописей, дневников, записок, телеграмм или иных документов для перевода и публикации в Голландии кому бы то ни было, в особенности же я никогда не передавал никаких подобных документов так называемому Дж. Д. Шаупу из Антверпена. Насколько я знаю и могу вспомнить, я никогда, ни при каких обстоятельствах не встречался с таковым лицом.
• Я никогда не был близким другом мадам Бругманн, не был товарищем ее детских игр, не посещал вместе с ней школу и, насколько я знаю и могу вспомнить, вообще никогда не имел удовольствия встречаться с ней ни в Европе, ни в Соединенных Штатах. Ее предполагаемое отождествление меня с Сиднеем Варбургом является полнейшей фабрикацией.
• Телефонный разговор между Роджером Болдуином и мной, о котором сообщает Зондереггер, никогда вообще не имел места и является чистейшим вымыслом. Я никогда ничего не слышал о Зондереггере вплоть до сентября 1946 года, когда получил вышеописанное здесь письмо от его «вдовы». Болдуин письменно подтвердил мне, что он «вообще ничего не помнит ни о человеке по фамилии Зондереггер, ни об упомянутом инциденте».
• В отношении действий, конкретно приписываемых человеку по имени Сидней Варбург в образце пресс-релиза, процитированного в предшествующей части данного заявления, каковые действия приписываются мне Рене Зондереггером, известным также под именем Зеверин Рейнгардт, как здесь вышеописано, я под присягой заявляю следующее:
• Я не посещал Германию по поручению президента «Гаранти траст» ни в 1929 году, ни в какое-либо другое время.
• Я посещал Германию по делам своего собственного банка, «Международного банка вкладов» в Нью-Йорке, как в 1929-м, так и в 1930 году. Ни в одном из этих случаев я не имел ничего общего с исследованием возможности предотвращения коммунистической революции в Германии путем способствования нацистской контрреволюции. Подлежит документальному доказательству тот факт, что в то время я придерживался мнения об относительно малой опасности коммунистической революции в Германии и значительной опасности захвата власти нацистами. Я имею возможность доказать, что по своем возвращении из Германии после выборов 1930 года в рейхстаг я предупреждал своих коллег о большой вероятности прихода к власти в Германии Гитлера, результатом чего станет или господство нацистов в Европе, или Вторая мировая война – возможно, и то и другое. Это доступно документальному подтверждению так же, как и тот факт, что, как следствие этого предупреждения, мой банк приступил к возможно скорейшему сокращению его германских обязательств.
• Я не возвращался в Германию через Италию ни в 1929-м, ни в 1930 годах, ни в какое-либо иное время. Я никогда в жизни не посещал какой бы то ни было банк в Риме.
• Я никогда не встречался с Бальбо, никогда не был в его доме и никогда не встречался со Штрассером или Герингом ни там, ни где-либо еще.
• Я никогда, ни при каких обстоятельствах не вел никаких переговоров ни с Гитлером, ни с любыми нацистскими чиновниками или с кем-либо другим о предоставлении финансовых средств для нацистской партии. Конкретно, я не вел подобных дел ни с «Мендельсон & Co», ни с «Rotterdamische Bankvereinigning», ни с «Banca Italiana». (Последнее, вероятно, следует читать как «Banca d'ltalia», с которым я точно так же не имел никаких подобных отношений.)
f) В феврале 1933 года (см. страницы 191 и 192 в книге «Spanisher Sommer»), когда я якобы привез Гитлеру последнюю часть суммы американского финансирования и был принят Герингом и Геббельсом, а также и самим Гитлером, меня, что я могу доказать, вообще не было в Германии. Я никогда не появлялся в Германии после прихода к власти нацистов в январе 1933 года. В январе и феврале я находился в Нью-Йорке и Вашингтоне, работая в своем банке и с президентом Рузвельтом в связи с тогдашним острым банковским кризисом. После инаугурации мистера Рузвельта 3 марта 1933 года я непрерывно работал с ним, помогая при подготовке программы Всемирной экономической конференции, на которую я был послан в начале июня в качестве экономического консультанта. Все это является общедоступной информацией.
Вышеприведенных утверждений должно быть достаточно для демонстрации того, что весь миф о Сиднее Варбурге и последующее ложное отождествление меня с никогда не существовавшим Сиднеем являются зловредными, лживыми выдумками, не имеющими в своем основании ни малейшей доли правды. Из того факта, что я имел здесь дело исключительно с вопросами, которые кажутся мне центральными в кампании умышленной злонамеренной клеветы Зондереггера, ни в коем случае не вытекает того, что прочая огромная масса клеветнической лжи, направленной против меня самого и других лиц, тем самым признается соответствующей действительности. Потребовалась бы целая книга, чтобы разобраться со всеми ложными и уголовно наказуемыми за диффамацию материалами, которые содержатся в книге Зондереггера «Spanisher Sommer». В случае если потребуется какая– либо добавочная информация, которую я окажусь в состоянии предоставить, я буду рад сотрудничать с любыми соответствующим образом уполномоченными группами или отдельными лицами, чьей целью будет установление истины и предание ее гласности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
