Решил сначала расправиться с ближайшими противниками. Штурмовая винтовка драконидов в теневом кармане у меня имелась. Обойма ушла мгновенно. С подсказкой интуиции поразить мощными зарядами быстрых, но не очень бронированных, диверсионных роботов оказалось несложно. Десяток, потрескивающих разрядами от взорвавшихся аккумуляторов, кучек железа замерло вокруг купола защиты.
Следующие на очереди роботы‑снайперы. Эти штуки замаскированы и защищены не в пример лучше. Меня это не остановило. Локатор прекрасно показывал их место нахождения, да и короткое предсказание работало исправно. Сбить со штурмовой винтовки робота невозможно, а вот повредить его единственное оружие можно легко. Через несколько секунд прекратили стрелять и эти изделия чужой военной промышленности. Ремонтировать заклинившее вооружение роботы не умели.
Пришло время наказать уже подлетавшие машины с десантом противника. Слишком близко для работы заклинаний я не стал их подпускать. В теневом кармане имелись оборонительные ракеты драконидов из трофеев, взятых у боевиков возле экспедиционного лагеря. В обычных условиях нанести серьёзный урон штурмовикам или десантному боту, прикрытых силовыми экранами защит, не так‑то просто, но я мог создать и необычные условия.
К сожалению, ракет в наличии немного. Со всеми летающими машинами противника я не справлюсь, но пыл им поубавлю. На каждую цель запускал три ракеты с точно рассчитанным интервалом попадания. Первая, попав в защиту, просаживала сегмент экрана в этом месте. Следующая врезалась в то же место, когда защита уже ослаблена, заставляя стянуть энергию щита к месту попадания с соседних участков. Через мгновение брешь в защите ближайших сегментов должна восстановиться за счёт дальних, но как раз в это мгновение третья ракета добиралась до машины, через образовавшуюся дыру в силовом щите.
В чём‑то ещё и повезло. От одного попадания в раскрытый для выпуска торпед люк, штурмовик развалился в воздухе. Второй штурмовик с повреждённым двигателем отвалил в сторону, оставляя за собой внушительный чёрный шлейф. Десантный бот получил заряд в кабину пилотов и приземлялся уже под управлением аварийной автоматики, гораздо дальше от меня, чем рассчитывалось.
Такого отпора противник не ожидал и решил больше не терять технику и людей понапрасну. Оставшиеся четыре штурмовика открыли ураганный огонь из всех видов штатного оружия по небольшому тёмному куполу, из которого их встречали так неласково.
Ждать огненного привета я не стал. Под серьёзным напором щит всех стихий может и не устоять. Оставив защитный купол для отвлечения внимания, ушёл в тень и направился к подопечным, уже проникнувшим под охранный полог шлюза. С экрана моего локатора друзья исчезли, а это было возможно только под магической защитой. Значит, найденный ключ доступа опять сработал.
С‑Сан угрюмо рассматривал результаты побоища, стоя в огромном пятне воды среди зелёной травы, плавающей по поверхности вокруг. Удар штурмовиков уничтожил непонятную защиту противника, испарив всё, что было под ней, но червячок сомнения упрямо твердил, что противник избежал смерти, каким‑то образом исчезнув в последний момент. Да и биосканер не показывал в воздухе наличия чужеродных молекул. Люди испарились бесследно, что невозможно в принципе. Так хорошо разработанная операция потерпела провал.
Изначально рассчитывалось выведение из строя псионов с помощью тяжёлых ранений из дальнобойного оружия. В дальнейшем роботы с винтовками должны не давать простора действия дракониду. Планировалось, что диверсионные роботы специальными зарядами нейтрализуют и обездвижат членов отряда противника. Десантникам осталось бы загрузить раненых пленников в бот и отправиться на базу.
Враг оказался слишком силён или знал о нападении и подготовился. Шаман склонялся именно к последнему варианту. Дракониды делали прогноз! Почему нельзя сделать прогноз противнику? Этот вариант они как‑то упустили. Подготовка ловушки происходила за двое суток до столкновения. Почему С‑Сан посчитал, что человеческий шаман действует без прикрытия, он и сам не знал. А прикрытие, или отряд разведки наверняка имелся и побывал на месте столкновения несколько раньше, доставив на поле боя военное снаряжение и оборудование стационарного купола силовой защиты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Компьютер базы просчитал результаты боя. Без сложного специального управляющего центра невозможно поразить защищённые летающие объекты оборонительными ракетами. Разве что в составе отряда находился псион‑предсказатель высокого уровня. Что вполне возможно. Вот только тащить на себе девять ракет по джунглям маленький отряд никак не мог. Это даже если не учитывать стационарную защиту, с большим трудом разнесённую штурмовиками. Похоже, готовились к встрече, раз её нельзя избежать, не только дракониды. Это лишний раз указывает на наличие у противника предсказателя или даже пророка.
С‑Сану стало не по себе. С такими силами шаману спорить очень не хотелось. Именно поэтому духи предков отказались с ним говорить. Пророк иногда сам творит новые ветви вероятного развития событий. Хорошо хоть в этот раз его отряд не пострадал. Приземление бота, хотя и произошло жёстко, но почти в штатном режиме. Погибли только пилоты бота и одного штурмовика. Уничтожение роботов шаман в потери не записывал. Дракониды с уникальной подготовкой гораздо дороже каких‑то железок, а подготовка специального отряда обходилась намного дороже подготовки обычных пилотов. Так что можно считать, что поражение обошлось малой кровью. Отряд прикрытия у человеческого шамана оказался небольшим, иначе у него хватило бы сил доставить заранее к месту боя более серьёзное вооружение. В этом случае шансов уцелеть у драконидов не было бы совсем.
Последнее место фиксации подопечных на карте у меня имелось по данным сканера. Так что добирался недолго. Больше времени затратил на проникновение сквозь воду и скалу в помещение шлюза. Физические препятствия при перемещении в тени ощущались как вязкая среда, к тому же обзор сужался. Помещение походило, на уже мне знакомое – такое же куполообразное, только освещено гораздо лучше предыдущего. Небольшая часть потолка посередине излучало мягкое зеленоватое свечение. Несмотря на нахождение объекта в месте смертельной аномалии, заклинания здесь работали гораздо лучше. Скорее всего, имелась дополнительная подпитка.
Сразу выходить в обычное пространство не стал, застав спор спутников, точнее, спор юнианки и драконида.
– Почему это мы не могли остаться помогать наёмнику? – недовольно глядя на собеседника, продолжала разговор девушка.
– Он главный! – пожал плечами шаман. – Отдавая приказ, он знал, что делать, в отличие от нас. Сама же говорила перед выходом, что ощущаешь опасность. Парень точно знал, что нападение будет, поэтому и заставлял нас несколько раз внимательно осматривать окрестности.
– Я – псион и могла оказать помощь! – упрямилась Тира.
– Дробовиком! Против роботов! – с насмешкой поглядел на девушку драконид. – Ты даже отняла у него несколько секунд, начав препираться после приказа.
– Всё равно, надо было остаться. Один он может не справиться! Если бы не его странная угроза, я бы не ушла, – недовольно продолжала ворчать Тира.
– Это чем же Рейн пригрозил, что ты даже меня обогнала? – улыбнулся шаман.
– Он … Вам знать не обязательно – буркнула Тира.
– Ты ничего не почувствовала, когда удирала? – через некоторое время задумчиво уставился на замолкнувшую девушку шаман. – Меня обдало теплом, как во время твоего вечернего лечения в палатке после первого боя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Ещё бы, не чувствовать! Да мне спину, как кипятком ошпарило, вот я и рванула вперёд, не разбирая дороги, – пряча смущение от предыдущего вопроса, утвердительно кивнула девушка.
(Дух: – Юнианка лучше шамана чувствует магические потоки.
Рейн: – Ещё бы ей не чувствовать! У стихийных магов все внешние контуры открыты, и управлять каналами они не умеют. Поэтому и сгорают от перенапряжения при использовании магии стихий в сложных обстоятельствах.
