Карнавас обернулся, с интересом разглядывая меня и ожидая ответа.
— Это невозможно, — сказал я. — К тому времени, когда будет открыт обратный проход, этот будет закрыт. Природа этих порталов такова, что они открываются только на выход, обратно через него вернуться нельзя.
— Скажи, ведь на Земле аномалия возникла из-за деформации, возникшей здесь. Насколько нам известно, это стихийная сила, очень мощная сила, которая совершенно не поддаётся контролю. А сейчас ты говоришь, что такие же врата могут создать Хранители, пусть они и сильны, но я не могу себе представить.
— Нет, врата не такие же, как аномалия. Эти будут открыты на короткое время, они устроены иначе, но в том, что их возможно открыть, я уверен.
— И откуда же ты столько знаешь о природе врат, Агила? Нет, мне просто любопытно, почему ты так уверен, что твои Хранители тебя не обманывают?
— Потому что я своими глазами видел подобные врата. Я был в ОРМ на ликвидации ракшасов и сам лично видел, как Амар Самрат открывал врата в другой мир.
— В нараку?
— Не имеет значения, они вели в другой мир, я уверен на сто процентов, что и в наш мир можно открыть подобные.
К тому времени мы уже спустились к кустарникам, прямо к тем, где я прятался. Карнавас остановился, улыбался каким-то своим мыслям и кивал.
Затем резкое движение и он, выхватив пистолет, нацелил его на меня, насмешливую улыбку смыло с лица, и теперь он был жёстким и крайне серьёзным.
— А теперь хватит мне лгать, мальчик, — сказал он, — я хочу слышать правду.
— Тебе приказали меня убить? — усмехнулся я, закручивая родовую чакру и готовясь вырвать с помощью телекинеза у него из рук пистолет.
— Верно, приказали, — серьёзно ответил он. — Но мне этого делать совершенно не хочется. К тому же я вижу, что ты не во всём лжёшь. Вот только не могу понять: где именно правда, а где ты нагло сочиняешь.
Я одним резким мысленным взмахом вырвал пистолет из рук Карнавас и отправил его далеко в кусты.
— Не очень люблю, когда на меня нацеливают оружие, — сказал я, затем усмехнулся, видя растерянность Карнаваса: — Не выйдет меня убить, я тебе не по зубам.
Карнавас подался вперёд, потом передумал, замерев в замешательстве.
— У тебя родовой медальон, — медленно сказал он. — Дорогая одежда, сурират, сила… Ты ведь не Агила.
Я расхохотался, заставив Карнавас недоумённо хлопать глазами. Представил, что у него сейчас происходило в голове. Наверняка думает, что я знатный ракта, выдающий себя за агента, наверняка прокручивает сейчас мысленно все риски, думает о том, как бездарно выдал себя и теперь его наверняка убьют.
— Я — Агила, будь уверен. Моё настоящее имя — Никита Орлов. И подумай, если бы это было не так, зачем мне бы были какие-то девчонки из другого мира? Зачем мне вести с вами переговоры?
— Чтобы вычислить всех нас, — неуверенно сказал он, потом подумав, добавил: — Но тогда я не понимаю, откуда у тебя медальон, сурират, сила.
— Разве это важно? Может, наконец, перейдём к делу, раз мы уже выяснили, что убить ты меня всё равно не сможешь. И сразу говорю, лучше не пытайся, потому что мне бы тебя не очень хотелось убивать.
Карнавас медленно кивнул, на его лице была такая оторопь, что я в буквальном смысле видел, как он утопает в вопросах, возникающих в его голове.
— Значит, проход закроют завтра, — сказал он.
— Возможно, и не завтра, его закроют, когда я скажу, где он находится. Но в том, что он будет закрыт, сомневаться не стоит. Земляне опасны для Хемы, а так как теперь этот мир мой дом тоже — я бы не хотел, чтоб вы его уничтожили.
— Почему ты считаешь, что мы его уничтожим?
— Пророчества Ямины о Судном дне. Она предсказала, что тёмные ракта выпустят асуров из нараки и всему миру придёт конец. Тёмные ракта — это мы. Если не веришь, можешь спросить Лукаса, он тоже видел подобную ветвь событий. Произойдёт взрыв, кто-то взорвет источник, и снова откроются врата в нараку. Только в этот раз одним Раваном не отделаемся, вернуться все древние асуры. Здесь большим умом обладать не надо, чтоб сложить дважды два и понять, кто именно устроит этот взрыв.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Взрыв… — потерянно глядя пред собой, повторил Карнавас, затем странно посмотрел.
Мы замолчали. Я ждал от него хоть каких-нибудь слов, но Карнавас хмурил брови и напряжённо что-то обдумывал.
— Знаешь, во что мне едва ли верится? Что тебе удалось договориться с Хранителями. Если бы они узнали, что проход существует, пытали бы тебя до тех пор, пока бы ты несколько раз не обделался от боли, захлёбываясь собственной кровью. Тебе бы не позволили гулять вот так, ещё и летать на сурирате. И если бы и привезли сюда, то только под конвоем из десятка имперских солдат.
Я не стал отрицать, только молчаливо улыбался. Внутреннее чутьё мне подсказывало, что Карнавасу я могу доверять, но и всё же я не спешил раскрывать ему все карты.
— Давай так, — Карнавас резко перешёл на деловой тон, — сможешь доказать, что обратный проход существует, я договорюсь, и одну из сестёр тебе переправят сразу же.
Я задумался, возможно, справедливо, и я даже прикинул, что возможно смог бы открыть небольшой проход, закинув, например, в штаб у Пенья-де-Берналь какой-нибудь предмет.
— Мне нужен урджа-мастер, и я смогу доказать, — сказал я.
— Сам? Очень любопытно. Объяснишь?
— Нет, этого я объяснять не буду. И опять же — проблема всё равно остаётся, одну из сестёр вы мне отдадите, но проход закроют, тянуть время я не могу, да и агентам тоже понадобится время, чтоб собраться всем в одном месте для возвращения домой. Как ни крути, вам придётся отдать мне обеих сестёр.
— Нет, Никита, — Карнавас посмотрел на меня с сожалением. — На такой обмен они не пойдут. И даже больше, они вообще ни на какой обмен не пойдут.
— Так какого чёрта ты мне тогда всё это рассказывал? — вспылил я.
— Потому что я хочу, чтоб все мои ребята вернулись домой, Агила, — серьёзно сказал Карнавас, затем с горечью в голосе продолжил: — Мы там, на Земле, не нужны, нас давно уже списали со счетов. Наше возвращение для тех людей, которые нас сюда отправили, будет огромной проблемой. Люди им не нужны, им нужны только сверхспособности, источники, бессмертие. Если проход закроют, они просто свернут операцию. О нас не вспомнит никто. Люди — инструмент, не ценность, а лишь расходный материал. Ты не то им предложил для обмена. Вот если б у тебя была технология создания источников, или секрет бессмертия, тогда, возможно, что-нибудь и получилось бы.
Я устало присел на валун, лежащий возле меня, посмотрел на часы. У меня есть ещё час.
— Что ты предлагаешь? — спросил я.
— Предлагаю заключить сделку со мной. Докажешь, что открыть обратный проход можно, тебе отдадут одну сестру. Вторую получишь после того, как агенты вернутся домой.
— Проход закроют раньше! — раздражённо воскликнул я. Мне начало казаться, что Карнавас нарочно испытывает мой терпение.
— Верно, закроют, но сестру ты всё равно получишь, я тебе обещаю.
— Объясни, — потребовал я.
— Не могу, сейчас не могу. Но даю слово. И к тому же я не собираюсь покидать Хему, теперь это тоже мой мир.
Я замолчал, задумался. Не лжёт ли Карнавас? Я рисковал, очень рисковал, но другого выхода я не видел.
— Какую из сестёр заберёшь первой? — спросил Карнавас, подталкивая меня к решению.
— Женю, младшую, — не задумываясь, ответил я. Потому что Лерка без нас сможет, она сильная, а Женьку я одну оставить никак не мог.
— Я так и думал, — сказал Карнавас, довольно усмехнувшись.
— Я хочу знать, как ты провернёшь переброску Леры сюда, когда проход уже будет закрыт, — этот вопрос не мог меня не волновать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Хорошо, тогда и я хочу знать, как ты собираешься открыть проход. О том, что это сделают Хранители, можешь не рассказывать, я не поверю.
Мы замолчали и просидели так достаточно долго, каждый думал о своём.
— Хорошо, — сказал я, — я докажу, что обратный проход можно открыть. Перекину любой предмет, который скажешь, прямо к аномалии.
