лед.
- Приходится. Когда пытаешься по-хорошему, все это воспринимают как слабость.
Силой восприятия я уловил, что его рука сдвинулась вправо – к ящику стола, в котором лежал табельный пистолет. Не угроза, просто рефлекторное действие. Чтобы выстрелить из поставленного на предохранитель пистолета с не досланным патроном, нужно примерно полторы секунды. Я бы успел быстрее.
Когда я вышел на улицу, сумерки уже заметно сгустились. Часы показывали половину десятого, но казалось, что час был куда более поздний из-за окутывающей город темноты. Редкие окна светились только в юго-западной трети, а за Рвом начиналась мертвая зона, лишенная любых коммуникаций. Их даже не пытались восстанавливать. Не с кишащими среди руин суперзлодеями.
Дорога была неблизкой, к тому времени, когда я добрался до нужных районов, уже стемнело. Улицы все чаще оказывались либо затоплены до непроходимости, либо перегорожены грудами обломков, мусора и разбитых автомобилей. Некоторые завалы выглядели рукотворными. Баррикады, отделяющие зоны влияния. Темнота, надо сказать, мне не мешала совершенно. Как после битвы с Губителем улучшилась моя технарская сила, так и вторичное чувство вещества существенно обострилось, а его радиус вырос. Я и раньше мог использовать ее, чтобы ориентироваться при нулевой видимости, но сейчас оно почти полностью могла заменить зрение.
Первое подходящее место нашлось на окраине Доков. Немного осмотревшись я даже узнал местность. Когда-то давно, на заре своей кейповской карьеры, Конрад ходил тут по квартирам, предлагая бесплатно излечиться. Даже в лучшие времена это место благополучием не отличалось, сейчас же оно казалось вымершим. Но только казалось, я ощущал присутствие почти полусотни людей в окрестных домах. Большинство спали, но несколько несли дозор с импровизированным оружием и готовились поднять тревогу.
Самоорганизация. Небольшая коммуна из соседей, собравшаяся для большей безопасности. Роли распределены согласно принципам, доказавшим эффективность за миллионы лет эволюции. И ни одного парачеловека.
Я остановился посреди улицы. Здесь было небольшое возвышение, так что вода уже ушла, но мусора все равно было навалено по уши. Самоорганизации хватило для совместной обороны, но не на уборку.
- Эй, чего надо? – окликнул меня один. Даже с полусотни метров я отчетливо ощущал его страх в виде адреналина и выступившего пота.
- Вода пресная есть? Электричество? – спросил я вместо ответа.
- Просто дохуя! Хоть залейся! Ты там вмазанный что ли?!
- Бочку притащи какую-нибудь. Или ведро побольше. Будет вода.
- Нету бочек, олень!
- Ну бачок от унитаза тащи! Я что, все за тебя сам должен делать, кожаный мешок?
Сообразив, что до местных доходит как до жирафа, я не стал дожидаться реакции и зашел в ближайший подъезд и выдрал из стены первую подвернувшуюся розетку с проводом. Вышел с ней обратно на улицу, разыскал среди мусорных куч несколько подходящих кусков металла и достал из сумки портативный автоген и фильтр.
Я успел собрать станину и прикрутить заготовленный источник питания, когда ко мне подошло несколько человек, один из которых нес выдранный с мясом туалетный бачок.
- Кейп, да? – настороженно спросил один.
- Да.
- А чего не в маске?
- Да срать на нее. Ставь эту дуру сюда.
Еще через пару минут установка приобрела завершенный вид, и я принялся складывать инструменты обратно в сумку.
- Значит так. Вот сюда лить воду, любую, хоть морскую, хоть из лужи. Потом нажать сюда. Отсюда польется чистая вода, а отсюда высыплется мусор, его потом лопатой сгребешь и нормально. Вот там розетка с другого конца, в нее можно всунуть шлейф, будет на чем вскипятить воду. Но слишком много за раз не втыкать, иначе рванет так, что костей не соберете.
- У нас денег нет, - хмуро сообщил один из жителей.
- Да ты что? А я думал ты зять Ротшильда.
- Тогда чего тебе надо?
Я ничего не ответил и пошел прочь. Возможно, я только что помог этим людям пережить следующие недели, но не почувствовал ни капли удовлетворения. Конраду нравилось помогать людям, даже если он сам стеснялся в этом себе признаться.
Одна из тех вещей, которые я утратил.
По мере того, как я продвигался к прибрежным районам, мне попалось еще две таких коммуны, поменьше. В одной мне пытались всучить пару банок консервированной фасоли в уплату за электрогенератор и опреснитель для воды, потому что боялись попасть в должники. В другой меня узнали в лицо, и наотрез оказались принимать любую помощь из рук «нацистского ублюдка». Как меня не обрадовала помощь людям, так и негатив с их стороны не задел. Я просто пошел дальше, к прибрежному району.
Перегораживающий улицу самодельный блокпост не маскировался. Даже наоборот, открыто демонстрировал присутствие горящими мусорными баками, намалеванными на куске фанеры двойными восьмерками и висящими на светофорной опоре трупами – три азиата и один черный. На мертвецов я отреагировал так же, как и на все остальное, то есть никак. С моей точки зрения эти кожаные мешки отличались от других кожаных мешков, стоящих на блокпосте с ружьями, только отсутствием клеточного движения.
- Стоять! – заорал один,
