— Я должен предположить, что у него есть причина… — начал Грегор.
— Я должна предположить, что он ошибается! — горячо возразила Делия. — Корделия, помогите!
Взгляд графини Форкосиган устремился куда-то через плечо Майлза.
— Если хотите получить точный ответ, обратитесь к источнику. Вон он идет.
Майлз резко повернулся и увидел выходящего из-за угла Гароша в сопровождении телохранителя Грегора. Взгляд Гароша был столь же тяжелым, как его поступь. Подойдя к ним, он поклонился Грегору:
— Сир.
И отвесил менее формальный поклон Майлзу:
— Милорд Аудитор. Я прибыл так быстро, как только смог.
— Что за чертовщина тут творится, Лукас? — спокойно поинтересовался Грегор. — Служба безопасности только что арестовала одного из моих гостей в самый разгар моего приема. Уверен, ты можешь объяснить причину.
Интересно, настолько ли хорошо Гарош знает Грегора, чтобы уловить гнев, скрытый за этими чуть акцентированными «моих» и «моего»?
— Мои глубочайшие извинения, сир. И вам, доктор Тоскане. Я признаю неловкость происшедшего. Но Служба безопасности обязана обеспечивать вашу — и вашу, — короткий кивок Лаисе, — безопасность. Я только сегодня получил повод усомниться в лояльности этого человека, а затем, к своему ужасу, обнаружил, что сейчас он находится подле вас. Я могу перестраховываться сколько угодно, но не могу допустить ни одной оплошности. Поэтому первой моей заботой было убрать отсюда капитана Галени. Все остальное, включая объяснения, могло подождать. — Он посмотрел на женщин, затем многозначительно отвел взгляд в сторону. — А для объяснений я теперь всецело к вашим услугам, сир.
— О! — Грегор обернулся к графине Форкосиган и неопределенным жестом указал на Лаису с Делией. — Корделия, не могли бы вы…
Графиня наградила его оч-чень сухой улыбкой.
— Пойдемте, дамы. Мужчинам надо поговорить.
— Но я хочу знать, что происходит! — запротестовала Лаиса.
— Мы можем это выяснить потом. Я объясню вам систему. Она удивительно глупая, но ее можно заставить работать. В нее, к слову сказать, входит множество других форских обычаев. А пока мы должны продолжить спектакль, — Корделия кивнула в сторону зала, — и постараться исправить ущерб, нанесенный этим, — она метнула на Гароша взгляд, способный заморозить пингвина, — злосчастным упражнением в предосторожности.
— Исправить ущерб? — переспросила Лаиса. — Но как?
— Лгать, дорогая. Мы с Элис покажем вам, как это делается…
Графиня Форкосиган увела девушек за собой. Делия, обернувшись к Майлзу, проговорила одними губами:
— Сделай же что-нибудь, черт побери!
— Нам лучше продолжить разговор у вас в кабинете, сир, — тихо сказал Гарош. — Нам понадобится комм. Я принес вам по экземпляру доклада моей команды, проверявшей систему безопасности здания. — Он коснулся кармана кителя и кисло улыбнулся Майлзу. — Я подумал, что вы захотите ознакомиться с ним как можно раньше, милорд Аудитор.
— Разумеется, — кивнул Майлз и проследовал за Грегором и генералом по коридору и вниз по лестнице к кабинету императора. Телохранитель, замыкавший шествие, занял пост у входа в кабинет. Пропустив всех вперед, Грегор закрыл дверь.
— Мой малый список оборвался резко и неожиданно, — начал Гарош. — Если позволите, сир… — Он указал на комм. Грегор немедленно включил пульт. Гарош вставил одну дискету в дисковод, а вторую протянул Майлзу. — Уверен, вы захотите изучить ее потом более подробно, но я могу дать краткую сводку сейчас.
Насчет козла отпущения, Майлз. Вы подходили идеально. Введение в комм информации о вашем «визите» в хранилище было проделано очень аккуратно. Моя команда потратила уйму времени, чтобы выяснить, как это было сделано. Я уже не знал, что и думать. А потом мне пришло в голову перепроверить отпечаток вашей сетчатки. Вы знаете, что после криооживления ваша сетчатка немного изменилась?
Майлз покачал головой.
— Меня это не удивляет.
«Во мне много чего немного изменилось после криооживления».
— Кто-то сказал, что каждый преступник совершает хотя бы одну ошибку. Судя по моему опыту, это не всегда так, но на сей раз именно это и произошло. Отпечаток сетчатки в хранилище — прошлогодний и не идентичен нынешнему. Вы можете увидеть это вот здесь. — Гарош вывел на экран оба изображения. Разница моментально бросалась в глаза: нездорового вида пурпурные точки. — Так что вы чисты, милорд Аудитор, — развел руками Гарош.
— Мерси, — прорычал Майлз. «Меня никто и не обвинял». — Но при чем тут Дув Галени?
— Слушайте. Исходя из имеющихся улик, точнее, из их отсутствия, моя команда сообщает, что запись в комме хранилища, очевидно, была переделана программой, которую Галени ввел через считывающее устройство. Этот аппарат автономен, и другого способа у него не было.
— Галени или кем-то еще, — поправил Майлз.
Гарош пожал плечами:
— В любом случае на Галени мы вышли по другому следу. Вторым объектом исследования, естественно, стал комм на входе в здание. Там было интереснее. Здесь программу ввели иным путем, поскольку комм подключен к общей сети штаб-квартиры. Для того чтобы докопаться, моей команде пришлось немало повозиться. Я восхищаюсь их находчивостью и терпением, сир. — Гарош указал на экран. — Важные точки указаны красным. Они прослеживают путь до самого верха — здесь система, как видите, имеет закрытый доступ. Войти в нее могу только я, а точнее, теперь мой заместитель в Департаменте внутренних дел, еще Аллегре, Ольшанский и глава департамента по делам галактики. Они проследили цепочку через комм Аллегре до нижнего уровня, до аналитиков. До комма капитана Галени.
Гарош вздохнул.
— Наши аналитики во всех департаментах имеют дело с огромным количеством засекреченных сведений. Такова их работа — просматривать все, ведь, исходя из их докладов и рекомендаций, принимаются жизненно важные решения на высшем уровне. Я сам провел за этим занятием несколько лет. Но Галени, похоже, воспользовался своим доступом для выхода на комм своего руководителя, а оттуда — во всю систему.
— Или тот, кто воспользовался коммом Галени, — предположил Майлз. Ему стало нехорошо. Огоньки на экране напоминали пятна крови. — И это действительно улика?
«Если был один козел отпущения, то почему бы не появиться второму?» Или… столько, сколько потребуется, пока не отыщется подозреваемый, которого Майлз не знает и который ему не нравится?
Гарош помрачнел.
— Это все, что нам удалось обнаружить. Я бы руку отдал, чтобы иметь возможность допросить Галени под суперпентоталом, но перед назначением на нынешнюю должность он прошел аллергическую обработку. Суперпентотал убьет его. Так что придется искать доказательства старым добрым способом. Все вещественные доказательства давно уже обратились в дым. Теперь мы подходим к вашей теории мотивации, милорд Аудитор. Кто из аналитиков департамента по делам Комарры знал о прокариоте и имел повод его использовать? Галени знал. Он встречался со своим отцом, Сером Галеном на Земле, как раз перед провалом первого комаррского заговора.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
