Читаем без скачивания Черный человек - Василий Головачев

Над старым контрольным постом, установленным в зоне Чернобыльской катастрофы недалеко от здания АЭС, Забава остановила галион и некоторое время вслушивалась во что-то, полузакрыв глаза. Ромашин и Джума Хан ей не мешали, разглядывая с двухсотметровой высоты серое здание древней электростанции с демонтированным оборудованием и черный купол Саркофага третьего поколения, в котором были надежно похоронены четвертый и третий разрушенные блоки.

Дискуссия о том, что делать с ними, утихла, и, хотя мнения о транспортировке Саркофага с Земли к Солнцу преобладали, купол так и остался на своем месте, как памятник человеческой некомпетентности, дилетантству, разгильдяйству и преступной секретности.

Здания остальных блоков и купол были обнесены прозрачной стеной полуметровой толщины, непробиваемой и непроницаемой для радиации, хотя такая перестраховка была уже не нужна. Стену приказал установить начальник местного отделения экологического надзора, воспользовавшись отсутствием здравого смысла у исполнительного комитета.

В двухстах метрах от мрачного здания админкорпуса образовалось глубокое озеро, вода в котором, ярко-желтого цвета, вечно дрожала мелкой тошнотворной дрожью. Берег озера густо зарос травой в рост человека – красного, оранжевого и ядовито-желтого цвета и всевозможных форм, а из этой поросли торчали высокие черно-зеленые растения с гигантскими колючими шарами и пучками шипов по стволу: это был мутировавший чертополох.

– Ценофобы, – кивнул на них Джума, заметив остановившийся взгляд Ромашина. – По закону преимущественного выживания вредоносных форм здесь выжили только сорняки.

– Юдоль скорби и печали, – пробормотал Ромашин, не в силах отвести глаз от угрюмого пейзажа. – И ведь до чего все просто: следуй законам экологии, их всего четыре, и не придется разгребать последствия катастроф. И все равно находится кретин, стоящий у власти, кому глубоко наплевать на законы.

– Что за законы? – оглянулся Джума.

– А? – Ромашин очнулся. – Да в общем-то… разве ты не помнишь школьного курса? Все связано со всем – раз. Все должно куда-то деваться – два. Ничто не дается даром – три, и природа знает лучше – четыре. За дословность не ручаюсь, но смысл верен.

Джума кивнул, заметил в траве спину какого-то животного, схватился за бинокль.

Животное длиной в метр напоминало полосатую кошку с головой летучей мыши с громадными розовыми ушами, а хвост тянулся метра на два, чешуйчатый, узкий, длинный, как хлыст.

Ромашин тоже заметил животное, проводил его окулярами своего бинокля. Тихо сказал:

– Крысокроль. Попадаются экземпляры в два метра ростом. Мутантов в здешнем лесу до сотни видов, а самое жуткое – мутагенез продолжается, как среди животного мира, так и среди растительного. Я видел участки леса, создающие впечатление скопищ живых существ, но страшнее всего гигантские паучники – это нечто вроде муравейников, но строят их пауки-гиганты. Близко к паучникам подойти невозможно.

– Приходилось заниматься?

– Некоторое время я работал в здешних краях инспектором лесонадзора. Эта должность у нас называлась «надсмотрщик Чернобыльского средневековья».

– А птиц что-то не видать.

– Практически все покинули район бедствия в радиусе трехсот километров. Встречаются редкие экземпляры, случайно залетевшие, но, как правило, птицы здесь не селятся.

– Мутантов среди них нет? Говаривают, что видели гигантских воробьев с размахом крыльев до метра.

– Насколько мне известно, все их мутации нежизнеспособны, так что не верьте в сказки.

– А люди?

– Что люди? Ты спрашиваешь, есть ли среди местных жителей мутанты?

– Нет, ушли отсюда или продолжают жить?

– Живут, – неохотно проговорил Ромашин и замолчал, заметив жест Бояновой.

– Он здесь, – прошептала девушка. – Под озером – лабиринт, пустоты, бетонный каркас, машины… и мощный компьютерный комплекс. Аристарх здесь, и он жив.

– Центр? – поднял вопросительный взгляд Джума. – И никакой защиты? Мало верится.

– За нами наблюдают, я чувствую. – Боянова закрыла глаза, лицо ее побледнело, на лбу засветилась сеточка жилок, похожая на розовую паутинку. – Кругом люди… много зла… опасность.

– Так, может быть, вызвать безопасников? – спросил Ромашин.

– Боитесь? – Забава в упор взглянула на эксперта. – Если наш вызов перехватят, безопасность опоздает. Цена задержки – жизнь Аристарха.

– Тогда почему мы медлим? – Джума взвесил в руке «универсал», проверил счетчик зарядов. – Как пойдем и куда?

– Вход в подземелье – под избушкой поста, кодовый запросчик, электронная защита, энергобарьер. Запросчик я обойду, но вход откроется всего на несколько секунд, нужно успеть проскочить внутрь.

– Я продублирую «Джорджа». – Джума имел в виду кибпилота машины. – Итак, вперед, рисконавты?

– Только прошу вас… – Забава посмотрела на оружие в руках мужчин. – Обойдитесь без стрельбы. Стрелять в самом крайнем случае, если не справлюсь я. Хорошо?

Мужчины переглянулись.

– Кроме этого, – Боянова кивнула на «универсал», – у вас ничего нет? Спрячьте, я захватила гипно. – Она достала два пистолета необычной формы.

Ромашин взял один, кивнул.

– Красивая игрушка. «Василиск-2». Насколько мне известно, гипноиндукторы этого типа хранятся лишь на оружейных базах погранслужбы, да и то не на всех. Но доступ к ним имеют только «эполеты». – Ромашин имел в виду начальников высокого ранга. – Вы случайно не кобра безопасности?

– Пора, – вместо ответа произнесла Боянова. – Отведите машину на пару километров отсюда, потом разгоните и по моей команде спикируйте на башню поста. Вход увидите сами.

– Готов, – коротко сказал Джума Хан.

Столбов держал «пакмак» с десант-обоймой над Припятью на десятикилометровой высоте и прислушивался к тихим переговорам Умника и наблюдателей. По желанию он мог вмешаться в действие системы в любой момент или переключить каналы видения на любой участок подконтрольной зоны. Умник выдавал ему синтезированное изображение всей зоны в логарифмическом масштабе, то есть движущиеся объекты выделял укрупненно да изредка выхватывал подозрительные квадраты с излучающими источниками.

Десант – тридцать пять человек в пяти коггах с полной экипировкой – ждал команды, зная и видя все, что знал и видел командир. Поскольку операция была по-настоящему опасной, с возможным переходом «тихого захвата» в открытый бой, все оперативники были одеты в ЗСК с трансформацией формы, обладающие многодиапазонной аппаратурой анализа внешней обстановки, способные поддерживать гомеостатическое равновесие внутри почти при любых изменениях внешней среды.