в Месемврию во Фракии. По прошествии нескольких лет, когда Юстиниан наступал с болгарами на Константинополь, Лев вышел ему навстречу и преподнес в дар 500 овец. Юстиниан тотчас назначил его оруженосцем и держал при себе как близкого друга. Но какие-то завистники оклеветали Льва, сказав, что он домогается престола. После расследования дела доносчики были посрамлены, однако молва об этом не умолкала. Юстиниан, если и не хотел явно чем-нибудь причинить вред Льву, все же затаил против него злобу и отослал с деньгами на Кавказ, поручив поднять аланов против племени абасгов (абхазцев). Лев прибыл в Лазику, деньги оставил на хранении в Фасисе и, взяв с собой немного местных жителей, отправился через Кавказские горы в Аланию (аланы тогда жили в долинах Кубани и Терека). Тем временем Юстиниан, желая погубить Льва, велел забрать деньги из Фасиса.
Аланы встретили посланца императора со всяческими почестями, послушались его речей, напали на Абасгию и захватили ее. Вскоре открылось, что денег у Льва нет. Но и тогда аланы ничего ему не сделали и продолжали оказывать Льву почет. Через какое-то время ромеи сделали набег на Лазик. После их отступления в горах задержался отряд в 200 человек. Лев, услышав об этом, в мае месяце перешел через снега Кавказа на круглых лыжах и разыскал ромеев. Они встретили его с большой радостью, потому что отчаялись пробиться на родину: путь к морю им закрывала крепость Сидерон, находившаяся под властью арабов. Но когда во главе отряда стал Лев, ему с помощью своих друзей-армян удалось хитростью захватить эту крепость и разрушить ее до основания. Вслед за тем он спустился к морю в землю апсилийцев, которые приняли его с почестями и помогли переправиться через море. Лев вернулся на родину, пробыв на Кавказе несколько лет, видимо, уже после смерти Юстиниана. Анастасий II сделал его стратигом анатолийского войска. После низложения Анастасия Лев не захотел признать его преемника Феодосия III и находился во вражде с ним, одновременно воюя с арабами (Феофан: 709).
Процарствовав один год, Феодосий отрекся от власти. Тогда военные и государственные правители стали избирать кандидата на престол, и был выдвинут Лев. Он с торжеством вступил в Константинополь через Золотые ворота и в Софии увенчал себя императорским венцом (Никифор: 716). Своего единомышленника и сотоварища Артавазда, армянского полководца, он сделал зятем, выдав за него свою дочь Анну, и произвел в первые сановники двора (Феофан: 709).
Едва приняв власть, Лев должен был начать борьбу против арабского нашествия. В 717 г. арабы взяли Пергам, вышли к Абидосскому проливу и переправились во Фракию. Завоевав там много городов, они подошли к Константинополю, окружили его рвом, валом и в течение 13 месяцев осаждали столицу империи с помощью разных машин. 1 сентября к городу подступил огромный арабский флот. Большая часть его благополучно миновала пролив, но 20 отставших тяжелогруженых судов Лев сжег с помощью своих огненосных кораблей. Арабы встали у Сосфенийской пристани во Фракийском Боспоре. Так как римляне упорно защищались, им пришлось зимовать во вражеской земле. Между тем, всю зиму стояли морозы, и в течение ста дней земли не было видно из-за массы выпавшего на нее снега. От голода и лишений у осаждавших умерло множество людей, коней и верблюдов. Весной 718 г. из Египта прибыл второй флот с оружием и хлебом, а затем из Африки третий с многочисленными припасами (Никифор: 717). Однако, опасаясь огненосных кораблей римлян, арабы не решились входить в Боспор. Лев, узнав, что они скрываются в заливе, велел поставить на римские корабли огнебросательные сифоны и двинул их против захватчиков. В ходе разыгравшейся битвы большая часть арабского флота была потоплена, ромеи овладели огромной добычей. После этого голод среди осаждавших достиг такой силы, что они порезали на мясо всех своих лошадей, ослов, верблюдов и ели всякую падаль. От этого начались среди них заразные болезни и сильный мор. Летом 718 г. халиф Умар II с огромным уроном отвел свои войска от Константинополя. Незадолго до смерти в 740 г. Лев имел с арабами еще одну большую битву у местечка Акроинон в Малой Азии, закончившуюся также блистательной победой. Тем самым продвижению арабов на запад был положен конец (Феофан: 709, 710, 731).
Таким образом, в начале VIII в. арабскому могуществу был нанесен сокрушительный удар. Начиная с правления Льва Исавра империя вновь начала усиливаться. В немалой мере этому способствовали проводимые им реформы. На смену наемным войскам постепенно приходит крестьянское ополчение, формируемое по территориальному принципу. Это так называемое фемное войско, возникшее еще при Юстиниане II, получило при Льве дальнейшее развитие: по его указу была образована Фракисийская фема в Азии, а также две фемы в Европе – Фракия и Македония. Но важнейшим событием правления Льва стало возникновение иконоборческого движения (Дашков: «Лев Исавр»). Проводником и главным поборником этой ереси был сам император. Летом 726 г. морские глубины между островами Фирой и Фирасией в Критском море стали выбрасывать огонь, а вместе с огнем и огромное количество гигантских камней. В конце концов из этих камней образовался остров, присоединившийся к острову Иеры. Говорят, что, услышав об этом, император воспринял происходящее как знак Божьего гнева и счел, что его вызвало уклонение христианской церкви в идолопоклонничество (Никифор: 726). Толкуя таким образом события в свою пользу, Лев, по словам Феофана, «воздвигнул самую бесстыдную войну против святых и достойных икон». Византийцы, оскорбленные новым учением, убили некоторых людей императора, которые снимали икону Господу с медных ворот Софии. Многие за свою ревность к иконам были наказаны усечением членов, плетьми, изгнаниями и лишениями имений. Церковные училища были закрыты. Жители Эллады и Кикладских островов, не приняв иконоборчества, восстали против Льва и провозгласили императором некоего Козьму. В апреле 727 г. флот мятежников подошел к Константинополю, но был побежден. Их корабли были сожжены или потоплены. Захваченного в плен Козьму император велел обезглавить. Вскоре после этого Лев восстал также и против почитания святых мощей, а всех бывших до него императоров и архиереев объявил идолопоклонниками (Феофан: 718). Духовенство, а в особенности монахи, отнеслись к иконоборчеству очень враждебно. В 730 г. император собрал столичных жителей, призвал патриарха Германа и стал принуждать его подписать послание об уничтожении икон. Но патриарх отказался и снял с себя священство, сказав: «Без Вселенского собора я не могу дать предписание о вере». Из столицы он уехал в родительский дом и здесь жил до самой смерти. На его место Лев возвел клирика Софии Анастасия. С годами сопротивление почитателей икон становилось все
