Профессор Гоц насупил брови и уперся взглядом в зрителей. Алиса даже глаза отвела.
— Не выдам! — поклялся Пашка.
«Теперь пойми самое главное! Я вернусь через три дня! А потом мы с тобой организуем замечательную экспедицию в параллельный мир. Но пока я в разведполете, ты обязан беречь сундук пуще своего ока. Без него мне не вернуться домой! Без него я сгину в чужом мире, и открытие не состоится. Ты понял?»
Пашка молча кивнул.
«Не спускай с сундука глаз ни днем ни ночью! Три дня! Только три дня! Обещаешь? Жди меня!»
Экран погас.
Профессор исчез.
Наступила тишина.
— Теперь ты меня понимаешь? — спросил Пашка.
— Конечно, я тебя понимаю, — ответила Алиса. — Но я не уверена, что другие тебя также поймут.
— Поэтому я перед тобой открыл все карты, — сказал Пашка.
Алиса подошла к сундуку и подняла крышку, чтобы лучше разглядеть каменное кольцо на его дне.
Пашка тем временем продолжал свой рассказ:
— Я подумал, ну как мне охранять сундук три дня и три ночи? Переселиться в квартиру профессора Гоца? А что скажет мама?
— Да, — согласилась Алиса. — Твоей маме уже давно надоели твои приключения. Она мне жаловалась.
— И кому она только не жаловалась! И хуже всего, что в школу пожаловалась, — вздохнул Пашка. — Так что, ты понимаешь — я не мог перетащить сундук домой. Я не мог переселиться к сундуку поближе. Мне оставалось лишь отнести сундук в безопасное место. А где оно?
— И тебе кажется, — сказала Алиса, — что самое безопасное место — это лаборатория биостанции?
— Вот именно! Лаборатория запирается, ни одно привидение туда не заберется, а к тому же ее охраняет волк Гаврюха.
— Ты возражаешь? — спросила Алиса.
Гаврюха отрицательно покачал головой.
— Только закрой его, Пашка, — велела Алиса. — А то еще какое-нибудь привидение выскочит.
— А ты думаешь, что они сквозь стены не могут проходить? — спросил Пашка.
Алиса не успела ответить, как зарычал Гаврюха.
И было из-за чего рассердиться приблудному волку: сквозь открытую форточку с улицы в комнату вползало привидение.
Оно было похоже на светящуюся гусеницу.
В лапе привидение держало ананас. Ананас застрял в форточке, и привидение начало дергаться, извиваться, чтобы протащить его в лабораторию.
Приблудный волк кинулся было на привидение, но Алиса схватила его за ошейник и потащила обратно.
— Помоги мне его удержать! — крикнула она Пашке.
— Да оставь ты его и беги! — откликнулся Пашка. — Оно нас убьет.
— Гаврюшечка! — взмолилась Алиса. — Не рвись, потерпи. Нам же нужно с тобой узнать, может ли привидение пройти сквозь стенки сундука!
Волк сразу понял ее. Куда быстрее, чем Пашка. Он сразу сел и лишь молча скалился, а Алиса метнулась к сундуку и закрыла его. А так как привидение, которое наконец пролезло в форточку, было совсем близко, Алиса отпрыгнула в сторону под защиту волка.
Привидение не обратило никакого внимания на то, что в лаборатории горит свет и находятся чужие. Оно подплыло к сундуку и попыталось втиснуться в щель, затем ткнулось в замочную скважину.
Если бы это не было самое настоящее и даже опасное привидение из параллельного мира, Алиса бы засмеялась, настолько забавно привидение пыталось пролезть в сундук.
Но никто не смеялся.
От привидения пахло электричеством, а по комнате пролетали зеленые искры. Привидение было сильным, но неумелым и несообразительным. Оно билось о сундук, даже двигало его по полу, но не могло догадаться потянуть за язычок, чтобы открыть крышку.
Может быть, прошла минута, может, больше. Привидение отчаялось пролезть в сундук и стало кружиться вокруг него, как оса вокруг закрытой банки с медом.
Прижимаясь к полу, волк двинулся к призраку.
Когда до привидения оставался всего метр, Гаврюха зарычал, привидение заметило волка и начало угрожающе к нему клониться.
Оно стало похоже на зеленую кобру перед нападением.
Алиса ринулась к сундуку за спиной привидения.
— Не смей! — закричал Пашка, который прятался за шкафом. — Это же опасно!
Но Алиса надеялась, что привидение не видит ее. Она протянула руку и откинула крышку сундука. И тут же отпрыгнула назад.
Привидение услышало стук крышки и развернуло, как гусеница, верхнюю половину тела.
Открытый сундук так удивил и обрадовал его, что привидение забыло о волке и немедленно перетекло в сундук. Оно стало жидким, и казалось, сундук до половины наполнили светящимся зеленым газом, в котором плавает большой ананас.
Из сундука донеслось шипение.
— Я знаю, на что это похоже, — заявил Пашка, выйдя из-за шкафа и приблизившись к сундуку. — Как будто грязная вода из ванны уходит.
Но привидение его не слышало. А если и слышало, то не обратило внимания на эти слова.
Оно исчезло. Сундук был пуст.
— Поздравляю вас, господа! — произнес Пашка Гераскин. — Вы присутствовали при замечательном эксперименте. Вы наблюдали переход привидения в параллельный мир.
— Спасибо, что объяснил, — ответила Алиса. — А то мы с Гаврюхой не догадались. Но мне важно другое — я доказала тебе, что привидения не могут перейти из мира в мир, если сундук закрыт. Им необходимо, чтобы была хотя бы щель.
— Ну и что? — спросил Пашка.
— А то, — сказала Алиса, — что мы можем спокойно закрыть сундук и не бояться, что всякие неприятные твари вылезут из него и будут гулять по Москве.
— Ты права, — согласился Пашка. — Я тоже так подумал. К тому же я узнал: это привидение, которое на меня напало. И на тебя тоже. Нам удалось вернуть его туда, откуда оно пришло.
— А ты уверен, что это то же самое привидение? А вдруг их было три и два еще остались у нас?
Пашка нервно обернулся, но потом решил, что Алиса шутит. Но на всякий случай он спросил:
— Ты шутишь, правда?
— Шучу, — согласилась Алиса. — Посмотри на Гаврюху, и ты поймешь, почему привидений больше не осталось.
— Почему? — Пашка поглядел на волка, но ничего не понял.
— Гаврюха совершенно спокоен, он машет хвостом и не боится за нас. Я права, волчок?
Гаврюха наклонил голову. Он согласился с Алисой.
— Тогда пошли домой, — сказал Пашка. — А то моя мама будет беспокоиться.
Они попрощались с волком Гаврюхой и пошли домой, разговаривая о привидениях и всяких чудесах. Алисе, которая отлично знала Пашкин характер, надо бы удивиться, почему Пашка вдруг начал беспокоиться о маме и решил идти домой. Никогда он о маме не беспокоился. У него даже было готово этому объяснение: «Ведь это мама меня родила, а не я маму родил. Кто родил, тот пускай и беспокоится». Спорить с такими словами было бесполезно. Пашка наверняка станет политиком — он умеет слушать только себя самого.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
