что говорил. Скоро после начала он ощутил легкость, и ему не нужно было больше концентрироваться на своей речи. Это позволило Роджеру смотреть на разных прихожан по очереди, как если бы он с каждым говорил лично, в то же время подмечая детали происходящего задним умом.
Марсали и Фергус не пришли — ничего удивительного, — но Герман был здесь, он сидел вместе с Джемом и Айданом Маккаллумом рядом с Брианной. Все трое взволнованно пихали друг друга локтями и принялись тыкать пальцами, когда Роджер начал говорить. Брианна быстро пресекла это поведение при помощи какой-то приглушенной, но явной угрозы, поскольку их активность снизилась до безобидного ерзанья. Мать Айдана сидела сбоку от сына с выражением абсолютного обожания, от которого Роджер чувствовал неловкость.
Кристи заняли почетное место по центру в первом ряду: Мальва Кристи смиренно сидела в своем кружевном чепце, по обеим сторонам от нее уверенно расположились отец и брат, явно не замечающие многозначительных взглядов, которые кидали в ее сторону некоторые молодые люди.
К немалому удивлению Роджера, пришли и Клэр с Джейми; правда, они стояли позади, в самом конце комнаты. Его тесть выглядел бесстрастным, а вот у Клэр все эмоции были написаны на лице — она явно находила происходящее забавным.
— …и если мы воистину понимаем, что такое любовь Христова…
Это был почти инстинкт, приобретенный за время бессчетных лекций, — что-то было не так. Какая-то легкая возня происходила в дальнем углу, где уселись несколько подростков. Там были двое из бессчетных мальчиков Макафи и Джеки Лахлан, широко известный как «дьявольское отродье». Роджер заметил не больше чем случайный удар по ребрам, шальной блеск в глазах — только далекие подземные толчки. Но он чувствовал, что грядет нечто большее, а потому продолжал следить за этим углом, надеясь, что его взгляд присмирит мальчишек. Так и вышло — он как раз поймал момент, когда между башмаками миссис Кромби скользнула змея. Это была довольно спокойная для такой обстановки крупная королевская змея, ярко раскрашенная красными, желтыми и черными полосками.
— Теперь вы можете спросить: «И кто же тогда мой ближний?» И это хороший вопрос, если вам случилось жить в месте, где половина людей, что вам встречаются, — незнакомцы. И многие из них не просто вам незнакомы, но и отличаются странностями.
По комнате пробежал сдержанный одобрительный смех. Змея неторопливо и расслабленно ползла под ногами прихожан — она приподняла голову, и ее раздвоенный язык мелькал в полутьме под скамьями, пробуя воздух на вкус. Должно быть, змея была прирученной, люди ее не пугали.
А вот обратное было неверно — в Шотландии змеи почти не водились, и переселенцы реагировали на них довольно нервно. Кроме очевидной ассоциации с дьяволом, большинство людей к тому же не отличали ядовитых змей от обычных, поскольку единственная шотландская змея — гадюка — обладала смертельным ядом. Роджер мрачно подумал, что, если люди посмотрят вниз и увидят, что беззвучно скользит по половицам рядом с их ногами, начнется паника.
Задушенный смешок раздался в углу с ответственными лицами и тут же умолк, когда несколько голов повернулись в ту сторону и в унисон зашикали на нарушителей порядка.
— «…Я был голоден, и вы накормили Меня; Я хотел пить, и вы напоили Меня»[137]. И кого вы знаете здесь, кто отвернулся бы даже… от чужака, sassenach, который пришел голодным к вашей двери?
Волна легкого веселья прокатилась по комнате, и люди бросили пару возмущенных взглядов на Клэр, которая покраснела, но, скорее, от сдерживаемого смеха — он ее не оскорбил.
Он на секунду опустил взгляд к полу: змея, отдохнув, снова пришла в движение, изящно огибая край скамьи. Роджер уловил краем глаза резкое движение — Джейми увидел змею и дернулся. Он испуганно застыл и рассматривал рептилию, как будто это была бомба.
Роджер вставлял короткие молитвы между частями проповеди, тихо надеясь, что святое Провидение найдет уместным незаметно направить змею к открытой двери в задней части комнаты. Новоиспеченный священник начал молиться еще усерднее, одновременно непринужденно расстегивая пальто, чтобы в случае чего было удобнее двигаться.
Если проклятая тварь поползет к передней двери, а не к задней, ему придется прыгнуть вперед и попытаться поймать ее, прежде чем все смогут ее увидеть. Это вызовет некоторое волнение, но несравнимое с тем, что может произойти, если…
— …теперь вы подумали о том, что сказал Иисус, когда встретил самаритянку у колодца…
Змея по-прежнему огибала ножку скамьи, принимая решение. Она была всего в трех футах от его тестя. Джейми по-ястребиному смотрел на нее, пот заметно поблескивал над его бровью. Роджер знал, что его тесть, мягко говоря, недолюбливал змей — и ничего удивительного, учитывая, что огромная гремучая змея едва не убила его три года назад.
Роджер был слишком далеко, чтобы достать рептилию, — между ним и змеей было три ряда прихожан. Бри, которая могла бы справиться с ситуацией, сидела в противоположном углу. Ничего не поделаешь, решил он, мысленно капитулируя и обреченно вздыхая. Придется приостановить службу и очень спокойно позвать кого-нибудь надежного — кого? Он быстро обежал глазами присутствующих и увидел Йена Мюррея, который, слава богу, был достаточно близко, чтобы схватить змею и вынести ее наружу.
Он уже открыл рот, чтобы так и поступить, когда змея, пресытившись видом возле ножки скамьи, повернула и быстро заскользила вдоль крайней скамьи. Роджер пристально следил за ее движением, а потому удивился не меньше самой рептилии, когда Джейми неожиданно наклонился и поднял ее с пола, быстро засовывая шокированную змею себе под плед. Джейми был крупным мужчиной, и его резкое движение заставило нескольких людей с любопытством обернуться. Он переступил ногами, кашлянул и принял вид человека, страшно увлеченного проповедью. Увидев, что смотреть не на что, любопытствующие вернулись в исходное положение, поудобнее устраиваясь на скамьях.
— …и мы снова возвращаемся к самаритянам в притче о добром самаритянине, не так ли? Большинство из вас знакомы с этой историей, но для детей, которые могут ее не знать… — Роджер улыбнулся Джему, Герману и Айдану, которые заерзали, как маленькие гусеницы, и радостно запищали оттого, что он выделил их из всех присутствующих.
По-прежнему краем глаза он наблюдал за Джейми, который стоял неподвижный и бледный, как его лучшая льняная сорочка. Что-то двигалось в этой самой сорочке, в его сжатой руке на мгновение мелькнула пестрая чешуя — змея явно пыталась выбраться через его руку, до воротника она дотянуться не могла, потому что Джейми крепко и даже несколько отчаянно держал ее за хвост. Пот струился по его лицу,
