Зал молчал, народ переваривал информацию, а жирной точкой моей правоты стали слова короля.
— Вообще-то юноша, за шпионаж у нас принято голову отрубать! — Для весомости он стукнул кулаком по подлокотнику.
— Прошу меня извинить ваше величество, но какой же это шпионаж? — Я низко склонился перед королем. — Все что я сделал, это попил чай с купцами и внимательно выслушал их тягостные заботы, по поводу того, как нынче стало тяжело медные гроши за шиворот прятать.
Зал взорвался смехом.
— А я ведь вам еще не рассказал, что узнали мои слуги по поводу ежемесячной выплаты жалованья гвардейцам.
— И что же, можно сказать по этому вопросу? — Под смешки поинтересовался Удо.
— А то, что излюбленным местом гвардейцев является трактир «Серебряная понож» где за кружку пива хозяин просит пять медяков. — Я расплылся в улыбке. — Все тот же хозяин любезно сообщил, как часто заходят солдаты. Что обычно заказывают офицеры, все это сами понимаете в цифрах, которые я любезно подбил на этом листочке, получив в сумме на рядового бойца тридцать две серебряных монеты, на младший офицерский состав по тридцать пять, ну а старшины аж по сорок серебра.
— Не мыслимо! — Казначей развел руками, признавая мою правоту. — Это поразительно юноша, но вы с небольшой разницей примерно в десять человек практически попали в цель!
— Вы, какого хрена всем табуном «жлекаете» свое пиво в одном и том же месте?! — Заорал король на стоящих в охранении рядом с ним гвардейцев. — Ни одна сволочь теперь до конца года у меня из дворца в увольнение не выйдет!
— Не стоит их ругать ваше величество! — Вступился за солдат я. — Просто ниже пятого кольца гвардии вашего величества зазорно ходить, а ближайшие трактиры «Колос Анны» и «Гордость Пита» уж очень сильно разбавляют пиво водой!
Ха-ха-ха! Зал взорвался хохотом, отчего даже король немного растаял сердцем, позволяя себе улыбку.
Следующий час, я под пристальным вниманием толпы обрисовал все до единого полки королевства от севера на юг, а потом с востока на запад, везде выставляя грамоты, расписки, договоры, купчие и продажные векселя, иногда разбавляя строгую бухгалтерию информацией с трактиров и кабаков, пару раз, не постеснявшись обнародовать слухи полученные от бродячих артистов-циркачей, в чьем ведомстве, как правило, были так любимые простыми солдатами дамы, не отягощенные багажом из вереницы «нельзя».
Пехотинцы, кавалерия, внутренние войска, пограничные гарнизоны и разъезды, я говорил и говорил, показывая все в цифрах, в зарплате людей, в том, сколько ест лошадь, сколько пропивает офицер, сколько стоит сбруя, сколько стоптали сапог и потеряли стрел при учении. Я назвал поименно всех генералов, часть из которых, кстати, тут присутствовали, подтверждая мои слова, наконец замолкая и давая залу передышку, что бы всласть пошептаться, так как для некоторых я похоже открыл глаза на многие непонятные до этого вещи.
— Потрясающе! — Господин Удо уже сидел на стульчике, за маленьким столиком заботливо внесенными слугами, и изучал бумажку за бумажкой, что все это время я давал ему. — Тут все! Да тут даже больше того, что есть у меня!
— Молодец мальчик. — В небольшом перерыве ко мне подошла де Кервье заботливо протягивая кружечку с уже остывшим чаем. — Правда надеюсь мы все же дождемся от тебя существенного?
— А как же. — Кивнул я, благодарственно возвращая опустевшую кружечку. — Теперь самое интересное пойдет.
— Господа! — Я вновь вышел в центр, привлекая внимание. — Так сказать в первой части моей речи, мы с вами с подтверждением тех или иных фактов узнали общее состояние нашей доблестной армии. Но теперь же, я хотел бы с вами поговорить о состоянии дел в армии всех нас так в последнее время волнующей империи. Обратите внимание на цифру выведенную итогом на левой доске, это как вы теперь знаете общая численность доступной воинской силы без учета созыва личных резервов благородного сословия.
Теперь же господа, обратим внимание на доску в центре, это мирный договор между нами и империей, в котором вверху оговорена сумма нашего воинского контингента, а внизу цифра, это имперская армия. Как вы видите, со стороны Финора не то что нарушения нет, мы даже пусть и немного, но не добираем.
Первый имперский пехотный полк, обмундирование, вооружение, купили, заказали. Я вновь стал сыпать своими собранными бумагами, показывая подрядчиков работающих на императора и обслуживающих его армию. Первый шаг, второй шаг, я не спешил, не перескакивал, а заострял внимание на каждой мелочи, а местами даже самым недалеким тыкал пальцем в нужную строчку. Второй полк, особые части, крепостные гарнизоны и охранные разъезды.
— Это все несущественно! — Где-то через пол часа подал голос Фенгель Вард. — В конце концов, это даже смешно, ну там, на пару человек больше, здесь парочка лишних, для полка или крыла это смешные цифры!
— Замечательно! — Я даже хлопнул в ладоши от такого посыла со стороны министра. — Замечательно, что все мы так считаем, пусть и ошибочно.
— Что значит ошибочно? — Король скривился как от лимона, видимо мысленно он был солидарен с Вардом.
— А то и значит. — Я подошел к доске, беря мел. — Три десятка лишних в первом, пять десятков во втором, вот тут сотня, вот в этом еще семьдесят, а вот здесь мы видим еще десяточка…
Мел черкал по доске, народ вытягивался в лицах…
— Демоны преисподней! — Король поднялся с трона чем заставил всех повскакивать со своих мест и подошел к моей доске. — Это…это…
— Восемь тысяч и сорок два человека. — Пришел я ему на помощь, быстренько подводя итог, дабы не заставлять и далее морщить лоб их королевское высочество. — Вот так ваше величество за без малого три года возросла армия императора в мелочах не заметных и смешных для полка, а в суме раздувающих армию в полтора раза большую, чем того предписывает мирный договор.
— Вероломство!
— Не слыхано!
— Это нарушение!
— Это вызов!
Зал разразился криками, сквозь который самым громким был крик короля.
— А вы куда смотрите? — Он махал своим здоровенным кулаком перед носом министра армии. — Где этот Гербельд?! Все лодыри и тунеядцы! Дармоеды не видящие дальше своего носа!
— Господа! — Мне пришлось подпрыгивать и махать руками, что бы привлечь внимание к своей персоне. — Господа послушайте!
— Молчать! — Неожиданно холодно и властно, погрузила зал в тишину старая королева, поднявшись со своего скромного места в уголке. — А ну-ка сели и послушали, что дальше хочет сказать барон!
Народ, в том числе и немного скуксившийся король разошлись по своим местам все еще гневно раздувая ноздри.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
