– Логично.
– Еще бы! Терн, немедленно вспоминай, кому ты так круто наступил на хвост!
– Никому. Но если вспомню, то не только наступлю, а еще и попрыгаю!
– Так не бывает! Мужья любовниц, соперники на престол, просто враги…
– Ёлка, я не завожу интриг с замужними женщинами, я единственный из королевского рода, кто уцелел на войне, а врагов у меня просто нет. Ты знаешь, в Элварионе я что‑то вроде народного героя.
– Знаю, – вздохнула я. Чего уж там. Тёрн еще слишком скромен. В Элварионе его считают чуть ли не полубогом. На него и пылинке не дадут упасть. Куда уж там врагу приблизиться. Друга‑то не всегда допустят! Я не в счет. Все в Элварионе знают, что я не предам своего друга. – Погоди, так ты остался один из своего рода!?
– Ну да. Во время этой войны, будь она проклята, погибли все, кто мог так или иначе претендовать на трон! Тьма и Свет!!!
Фиалковые глаза сверкнули злостью.
– То‑то и оно! А что будет, если мы вернемся не сразу?
– Не знаю. Сперва вызовут магов. Те попытаются определить, живы ли мы.
– Определят, что мы живы и в другом мире. Что потом?
– Наверное, попытаются пройти по следу заклинания.
– Это очень мило. Но мы не можем дожидаться их здесь. Мы с голоду помрем. И потом, нужно же выяснить, куда нас занесло.
– Обязательно. Идем?
– Идем.
Я повернулась к элварессе.
– Ты с нами? Или тут подождешь?
Девчонка была просто не в состоянии отвечать. Тёрн покачал головой. Потом размахнулся и влепил своей экс – невесте такую оплеуху, что я вздрогнула. Но глаза элварессы прояснились.
– Это правда? То, что вы тут говорите – правда? – спросила она.
Я завела глаза к небу.
– Неужели ты думаешь, что в такой момент мы смогли бы договориться и наврать тебе!?
– Поклянись, что вы не лгали! Поклянись!
Я послушно подняла руку. Мне несложно. Я ведь и правда ни в одном слове не соврала.
– Клянусь самым святым для любой ведьмы – своими способностями. Пусть небо покарает меня, если я тебе вру. Тебя действительно хотели подставить. А Тёрна – убить. И ты бы умерла тоже. Нравится перспектива?
Девчонка опустила голову. Я внимательно смотрела на нее.
– Ты ничего не хочешь нам рассказать? – мягко спросил Тёрн.
Элваресса закусила губы, словно пытаясь решиться. Я поморщилась.
– Она слишком труслива, Тёрн. Неужели ты не видишь? Ее использовали вслепую. И правильно. Я бы тоже ей не доверилась.
Девчонка выпрямилась, словно ее стегнули кнутом.
– Как ты смеешь, ведьма!?
Как легко брать на 'слабо' влюбленных идиоток. Сейчас еще добавлю.
– Я смею все. И не сверкай на меня глазами, не запугаешь. В отличие от тебя я могу отвечать за свои поступки. И если берусь за какое‑то дело, то добиваюсь, чтобы мне рассказали все. А не так как тебе. Ты, дорогая моя, голимая дура. На тебя наложили заклинание, чтобы Тёрн не прочел твоих мыслей, и послали на смерть. То, что тебе не удалось себя угробить – это полностью моя заслуга. Впрочем, если бы ты умерла, я бы даже не чихнула. Но то, что ты попыталась утащить за собой моего друга – этого я прощать не собираюсь. Ни тебе, ни самому Господу Богу, если в вашем мире таковой отыщется! Потому и хочу знать, кто тебе дал этот талисман и что тебе сказали.
– Я ничего тебе не скажу!
– Ну и не говори. Твоя защита – она ведь не природная.
Что‑то сверкнуло в серых глазах элварессы. Мы переглянулись с Тёрном – и бросились вперед.
То есть Тёрн – бросился. А я так, больше у него путалась под ногами. Зато элвар действовал, как опытный ОМОНовец!
За пять секунд элваресса была скручена в бараний рог, разложена по траве и вполне готова к употреблению.
– Ты думаешь, медальон?
– или кольцо, или браслет…
Я присела рядом с элварессой на корточки. В антимагической точке я пока бессильна. Я уже говорила – магия здесь не действует. Почти. Кроме магии крови. Маг черпает силы из своей крови, некоторые подонки – из чужой. В моей крови сейчас не осталось ни капли силы. Но мне и не надо прощупывать эту дурешку магически. Хватит того, что я найду тот самый амулет, позволяющий ей скрывать свои мысли. А как только я его уберу – в дело вступит один весьма симпатичный элвар. И мы будем знать даже, сколько раз в неделю эта свинюка ходит к парикмахеру.
Кажется, элваресса это тоже понимала. Она задергалась, попыталась вырваться, но куда там! Тёрн держал крепко! Очень крепко!
А я обшаривала ее одежду. Начав с туфель. В каблуки очень удобно вставлять какие‑нибудь амулеты
И не только в каблуки. Я, например, на некромантии один раз сунула амулет в сапог. Помогло. Зачет по практике я получила. Еще и за смекалку.
Туфли – увы, оказались чисты и пусты. И отлетели в сторону. Я добралась до юбок. Элваресса попыталась покрыть меня матом, но Тёрн от души ткнул ее носом в землю. А порция травы возражениям не способствует. Тут отплеваться бы. Я не стала упрекать его в невежливости. Я бы ее вообще на муравейнике обыскивала. Гадюка такая! Могла ведь прийти, поговорить по‑человечески, Тёрн бы ей помог. Никто бы ее замуж насильно не выдал.
Юбки тоже оказались без начинки. Я проверила нижнее белье и двинулась выше. Элваресса выплевывала траву уже в третий раз. Вот ведь… газонокосилка!
Но ни на руках, ни на шее искомого не обнаружилось. Драгоценностями она обвешалась, но в основном это были простые камни. Так, парочка по мелочи. Ароматический, камень рассеянного света, камень отвлеченного внимания, камень, усиливающий мужское желание – вполне себе приличный рубин, кстати, размером с ноготь большого пальца.
– Хочешь, я тебе такой подарю?
– Не хочу. Ты же знаешь.
– Знаю. За то я тебя и люблю, что тебе плевать на богатство. И такой дешевкой ты в жизни пользоваться не будешь.
Я пропустила мелкое элварское подхалимство мимо ушей. И помотала головой. Что‑то я упустила.
– Может, сама расколешься? Не заставляй раздевать тебя догола!
– Ах ты… и …
Шлеп. Пусть отплевывается четвертый раз. Теперь‑то она не такая важная. Волосы растрепались, морда чумазая…
Волосы!
Вот!
Я вцепилась в роскошную светло‑русую шевелюру и принялась перебирать ее с усердием обезьяны, ищущей блох! И мои усилия оказались не напрасны! Одна из шпилек потеплела и запульсировала в моей ладони. Уж что‑что, но магию крови я отличу даже в антимагической точке.
Но придумано неплохо.
Кто бы ее заподозрил!? И кто бы стал трепать прическу благородной дамы? Тёрн с ней лишний раз и под расстрелом видеться не стал бы, других телепатов в Элварионе нет, одним словом, неизвестный слишком перестарался. То есть уже получал по ушам?
Шпилька жгла мне руки. Но ломать я ее не стала. Просто запихнула в землю и притоптала каблуком поглубже. Так сойдет.
Земля – она тоже живая. И ненавидит магию крови. За несколько дней от заклинания не останется и следа. А вытянутая из него сила пойдет окружающей растительности. И правильно. Вон сколько травы на эту дуру извели.
– Готово. Как ее разум?
