Как-то позже Шолохов спросил, что дали мне эти курсы, и я сказал: многое, вспоминаю их с благодарностью. Они дали толчок к написанию большого полотна о Великой Отечественной войне, где события показываются и в СССР, и в гитлеровской Германии, и в Польше, в ставках Верховного командования обеих сторон, в советской и немецкой деревнях и т. д. Первую книгу романа «Высшая мера» напечатал журнал «Простор», издал «Советский писатель». А сейчас эту дилогию издали в Оренбурге при финансовой поддержке администрации Оренбургской области. Не мне судить о достоинствах произведения, но все же считаю его своим главным трудом. Далее о замысле романа, о ходе работы над ним я еще буду говорить. Сейчас хочу высказать лишь сожаление о том, что хорошее начинание с двухмесячными курсами вскоре заглохло.
20 декабря я позвонил Шолоховым в десять утра. На квартире была только Мария Петровна. Справляюсь о поездке, о самочувствии.
– Все очень хорошо, поездка была запоминающейся. Правда, немного устали… Вам Михаила Александровича? Он недавно ушел. Позвоните между вторым и третьим часами дня, он приедет на обед…
В это время мы и переговорили с Михаилом Александровичем. Он не забыл о своем приглашении и сказал, что прием состоится 22 декабря в пять тридцать вечера в Доме приемов на Ленинских горах.
– Как ты тут? Скучаешь? – спрашивает, и по голосу чувствуется, что лукаво улыбается.
– Не сказал бы, что очень – некогда.
– Ох, яицкий казачок, смотри, я вот Зое скажу, она тебе кудри расчешет!
– Это не по-мужски, Михаил Александрович…
– Потом разберемся – по-каковски! Зоя-то собирается сюда?
– Еще бы! Такие события раз в жизни бывают…
– Я звонил сегодня в Уральск, разговаривал с вашим первым секретарем обкома. Говорит, что не сможет приехать сюда, мол, необходимо быть на сессии Верховного Совета республики. Что ж, дело его… Он сказал, что здесь, где-то под Москвой, отдыхает ваш секретарь обкома по пропаганде Жумагалиев. Мы разыскали его по телефону, он приедет на прием. Так что вы с Зоей не будете одинокими казахстанцами… Утречком двадцать второго звони пораньше, договоримся, где встретиться…
Все мы, естественно, с интересом следили в то время за прессой, за сообщениями радио о том, как встречает нашего Шолохова Скандинавия, как происходило вручение премии. Любопытно было прочитать сообщение американского агентства, помещенное в еженедельнике «За рубежом» (№ 51 за 1965 г.). Оно не очень велико, и мне хочется привести его целиком. Довольно своеобразное освещение торжественного события, думаю, читателю будет интересно с ним познакомиться.
«Шолохов в центре внимания
(Ассошиэйтед Пресс, Нью-Йорк)
При свете яркого огня факелов новые лауреаты Нобелевской премии сели в сверкающие лимузины, которые доставили их в стокгольмскую ратушу. Там в большом Золотом зале были приготовлены столы на 850 гостей.
На торжественном банкете присутствовало семь лауреатов Нобелевской премии и члены их семей. Одним из лауреатов был советский большевик, который когда-то был в Красной Армии пулеметчиком и сражался с капиталистами.
Шолохов вызвал сенсацию в этот вечер, когда, надев очки в тонкой оправе, в течение восьми минут читал свою речь, в которой он очень тонко подверг критике «литературных авангардистов». После этого он снял очки и широко улыбнулся 22-х летней шведской принцессе Кристине.
За несколько часов до этого Шолохов принял премию от короля Густава Адольфа. Король, который ростом более чем на голову выше этого седого казака, кивнул в знак приветствия головой и обратился к нему по-английски. 60-летний русский – член Верховного Совета и преданный коммунист – стоял не шевельнувшись, смотрел королю прямо в глаза и не сделал никакого поклона. (Казаки не кланяются. Они никогда не делали этого и перед царями.)
Шолохов был в центре внимания на церемониях вручения Нобелевской премии этого года. Как всегда, эти церемонии начинаются так же торжественно, как коронация английского монарха, со звуками фанфар, и кончаются банкетом, где лауреаты встречаются со стокгольмскими учеными.
Фонд Нобеля оплачивает поездку в Стокгольм и пребывание в Грандотеле всех, кого лауреат берет с собой.
Три французских лауреата этого года, профессора Ж. Моно, Ф. Жаков и А. Львов – все они из Парижского института имени Пастера – привезли с собой более 20 детей, родственников и друзей.
Лауреат по химии д-р Р. Вудворд из Гарвардского университета приехал с шестью своими ассистентами, но он сказал, что в его исследовательской работе в течение многих лет ему помогают более 250 ассистентов.
В общем, французов было вдвое больше, чем американцев. Последних было «только» 12.
Вначале сообщалось, что Шолохов собирается приехать с шестью своими товарищами-писателями с Дона, но в конце концов он прибыл в сопровождении лишь своей семьи».
Впоследствии Михаил Александрович не раз вспоминал, окрашивая юморком, свое пребывание в Швеции, торжества, посвященные вручению Нобелевских премий. Сообщение Ассошиэйтед Пресс назвал не совсем точным: в ответ на приветствие шведского короля он ответил легким полупоклоном.
В назначенное время Михаил Александрович объясняет, как проехать к ним на квартиру. Сивцев Вражек, дом №…
– Вход со двора. Поднимешься на лифте и звони. Давай, я жду тебя…
Таксист стоит на улице, а я со двора вхожу в подъезд, поднимаюсь в лифте, звоню, открывает незнакомая старушка, за ней стоит Мария Петровна. Появляется и Михаил Александрович, берет под руку:
– Раздевайся, проходи, Николаша, будем чай пить…
– Не могу, Михаил Александрович, такси ждет, в аэропорт тороплюсь – Зою встречать.
– Ну, тогда что ж… – Уходит в смежную комнату и через минуту возвращается, держа в руках большой белый конверт. Вынимает из него глянцевый лист, читает: «Корсунову с супругой…» Это – приглашение. Смотрите, не опаздывайте…
– На такое – грех!
Но в аэропорт я зря торопился: прождал там несколько часов – самолет так и не прилетел. Велика была моя досада, но представлял досаду жены – во сто крат больше.
В означенное время я был в Доме приемов, где Союзом писателей СССР устраивалась торжественная встреча в честь лауреата Нобелевской премии М.А. Шолохова. Только разделся внизу, смотрю, Михаил Александрович и Мария Петровна входят, с ними дочери, Светлана и Маша, знакомые уже мне ростовчане: секретарь обкома М.К. Фоменко, вешенский секретарь райкома партии П.И. Маяцкий. Появляется и мой земляк – уралец Б. Жумагалиев.
– А где же Зоя? – спрашивает Мария Петровна.
Объясняю, что подвели ее то ли авиация, то ли непогода.
– А ты и растерялся? – весело восклицает Михаил Александрович. – Разве москвичек мало!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
