— Милорд, — сказал он, и я услышал нотки страха в его голосе. — Доклады со всех соединений флота. Большинство астропатов погибли, несколько живы… едва. Все они передали перед смертью одно и то же сообщение.
Я посмотрел на выжженный кусок мрамора.
— Да, мы получили то же самое сообщение. — Чтобы пробиться через варп-штормы и убить астропатов флота, послание должно было представлять собой огромную волну психической энергии, имеющую очень мало общего с обычной передачей. Вне зависимости от того, как оно дошло до нас, сообщение было предельно ясным, его содержание не вызывало сомнений.
«Добралась ли война до Терры? — Эта вероятность полностью захватила мои мысли. — Что если Железные Воины не единственные новые союзники Хоруса? Вдруг Терра на грани падения, и нас отзывают, как последних защитников?»
Я подумал о Тире, об отряде, которому поручил нанести отважный удар, и сотнях тщательно рассчитанных схватках по всему пространству сражения. Ни одна засада не могла нанести более тяжелый, более точно рассчитанный по времени удар, чем это сообщение. Сражение не закончится быстро; мы не могли продолжать драться, и одновременно подчиниться безотлагательному приказу. Невозможно прекратить столь масштабную битву. Отступление означало жертвоприношение.
Я вспомнил руку, сомкнувшуюся на моей, и кровь. Глаза Элиаса смотрели из ледяного холода далекого прошлого.
— Прим-навигатор Бас докладывает, что в шторме, кажется, открылся проход, хотя он не уверен, как долго это продлится. — Слова произвели тяжелое впечатление. Если следовать приказу, то нужно уходить немедленно, пока есть шанс.
Я видел разверзшуюся под моим братом бездну, ожидающую, безмолвную и вечную.
Такова воля Рогала Дорна.
У меня был выбор между верностью и победой. Отступлю и обреку нас на потери большие, чем когда-либо нес легион.
Воля Рогала Дорна.
«Алексис», — произнес брат таким тихим голосом, что он почти затерялся в шуме ветра. Он всегда был сильнее меня. В моем воспоминании он разжал руку, и тьма поглотила его.
— Передать всем соединениям флота выйти из боя и совершить прыжок в варп. — Я закрыл глаза. «Если есть боль, значит, ты все еще жив». — Мы возвращаемся на Терру.
Тир обрушил булаву вниз. Железный Воин в последний момент смог уклониться, и удар с металлическим грохотом пришелся на наплечник. Имперский Кулак слышал собственное тяжелое дыхание, когда опустил плечо и ударил все телом. Железный Воин пошатнулся. Тир нанес удар и ощутил отдачу через доспех. Внутри запечатанной брони он чувствовал тяжелый запах собственного пота. Капитан нанес еще два могучих удара, после которых Железный Воин остался лежать кровавой грудой на палубе.
Рядом с ним Тимор врезался штурмовым щитом в брешь. На поверхности щита рвались разрывные снаряды. Тир воспользовался болтером и открыл огонь. Кулаки были зажаты в тусклом металлическом коридоре, ширина которого едва позволяла двум терминаторам встать рядом. Они сражались с тех пор, как материализовались внутри «Железной крови»; тяжелый, изматывающий бой с выстрелами в упор и рукопашными схватками. Железные Воины не отступали. Имперские Кулаки имели численное превосходство, но были разбиты на сотню небольших отрядов. Как Тир и ожидал, внутри корабля они натолкнулись на лабиринт укреплений: автоматические пушки, огневые мешки и баррикады, обороняемые Железными Воинами с безжалостным мастерством. Связь с остальными Имперскими Кулаками на «Железной крови» прерывалась, но Тир прикинул, что они уже потеряли половину своих сил. Несмотря на это, они продолжала наступать.
— «Огненная оса»! — закричал Тимор. Перед нами появилась громоздкая фигура. Изогнутые бронепластины почернели от копоти и были покрыты желтыми шевронами. Синие запальные факелы шипели на оконечностях контейнеров. Руна угрозы зафиксировалась на машине, окрасив ее в ярко-красный цвет. «Огненная оса» издала звук, похожий на шипение животного и залила коридор жидким пламенем. Дисплей шлема потемнел, превратив поле зрения в ослепительные участки света и черные силуэты. Перед глазами капитана потускнели и запульсировали руны прицеливания — высокая температура глушила сенсоры доспеха.
— Наварра, зачисти туннель, — приказал Тир.
Наварра вышел вперед, стволы оружия уже вращались. Это была новая модель, приспособленная для некоторых терминаторских доспехов из более крупного варианта, которым оснащались дредноуты.
Штурмовая пушка. Название не было новым, но никогда прежде оружие не отвечало ему настолько точно. Наварра прошел мимо Тира, встал поустойчивее и навел пушку. Стволы завыли, раскрутившись в размытое пятно. «Огненная оса» двинулась вперед, распыляя пламя. Наварра открыл огонь.
Поток раскаленных снарядов поразил «Огненную осу» в лоб. Броня деформировалась под ударами, прогнулась и лопнула, как бумага под дождем. Снаряд попал в топливную цистерну, и коридор исчез в облаке пламени. Наварра продолжал давить на гашетку, водя оружием по пылающему коридору. Груда стреляных гильз выросла у его ног.
Внезапный взрыв помех и искаженная речь наполнили шлем Тира. Кто-то за пределами «Железной крови» пытался связаться с ними. Капитан старался разобрать сигнал, но слышал только помехи. «Не имеет значения, — подумал Тир. — Для нас есть только один путь».
Штурмовая пушка Наварры замолчала, раскалив стволы докрасна. Коридор перед ними был чист.
— Вперед, — приказал Тир, и они направились к сердцу «Железной крови» — к самому Пертурабо.
Приказ об отступлении распространился по флоту Имперских Кулаков, подобно яду. Первыми стали отходить небольшие корабли: фрегаты, канонерки и ударные крейсеры. Поодиночке и небольшими группами, сто тридцать самых гордых боевых кораблей Империума покинули район битвы. Каждый Имперский Кулак на каждом корабле знал, что делает магистр флота, и почему; это было решение для тех, кто имел наибольшие шансы выжить. А также смертельный приговор для тех, кто оставался.
Позади бегущих кораблей их тяжелые собратья стреляли по врагу с удвоенной яростью. Безостановочные залпы поражали каждый корабль Железных Воинов в радиусе досягаемости орудий, снаряды, попадающие в пустотные щиты, наполняли сенсоры энергетическим туманом. Некоторое время это срабатывало, пока первые корабли Кулаков не вошли в варп. Минуту ничего не менялось. Затем все больше отступающих кораблей стало исчезать, и Железные Воины поняли, что происходит. Они набросились на прорывающихся Имперских Кулаков, как изголодавшиеся шакалы на раненых львов.
Вторая волна кораблей Имперских Кулаков начала отступать к границе системы и в объятья варпа. Первым оторвался «Лакедемон», на котором первые Имперские Кулаки покинули пределы Солнечной системы. Его капитан — исполнительный Яго, гнал корабль, пока двигатели не стали истекать сырой плазмой. Его преследовали двенадцать кораблей Железных Воинов, непрерывно обстреливая. Корпус превратился в искореженные развалины, но корабль Кулаков продолжал отвечать, пока броня окончательно не разрушилась. Из остатков второй волны только горсть смогла прорваться и совершить прыжок в варп. Большинство разделили судьбу «Лакедемона».
«Веритас» стал падать. Опустошительные взрывы вскрывали обшивку и выбрасывали внутренности в атмосферу Фолла II. Уцелевшие двигатели пылали, пытаясь вытянуть корабль из объятий планеты. Следующим залпом убийцы отрезали их от корпуса. «Веритас» перевернулся, уступая гравитации, и, пылая, устремился к поверхности, рассыпая обломки.
Корабль упал в океан Фолла II раскаленным метеоритом. В воздух взметнулись столбы пара, приняв форму белой наковальни. Морской воде понадобилось три секунды, чтобы добраться до плазменного реактора. Остов взорвался, и волна пылающей энергии догнала цунами, поднятый падением корабля. Белый пар и черный дым смешались, затянув поверхность планеты, как катаракта расползавшаяся по синему оку.
На мостике «Контрадора» Голг присвистнул, наблюдая гибель «Веритаса». Конец корабля был подобающим для сынов Рогала Дорна. Но это только короткое развлечение, подвернувшееся убийство, в то время как он, Железный Воин, искал настоящую цель. Ему не пришлось далеко смотреть. Она была здесь, дерзко неподвижная среди отступающих кораблей. «Трибун» — имя, которое вполне отражало высокомерие и притязания Имперских Кулаков. Господин приказал ему убить командира-выскочку, осмелившегося противостоять Повелителю Железа. Голг сделает это, но убийство доставит мало удовольствия.
Битва превратилась в бойню. Имперские Кулаки бежали. Одни группы кораблей пытались остановить Железных Воинов словно плотина, пока другие держали курс в дальний космос в надежде на спасение. Железные Воины преследовали их, не подвергаясь ответным атакам. Каждое мгновение под огнем сынов Пертурабо погибал очередной корабль. Они просто превращали противника в искореженный металл и остывающий шлак. Их действиями руководила несдержанность, расточительная жестокость, не требующая мастерства. Но Имперские Кулаки, так или иначе, были обречены.
