— Таким образом мы далеко не продвинемся, — с чувством произнес Медфорд.
— Вы намерены прийти к правде более коротким путем? — спросил судья. — Этот суд всегда придерживался правила, по которому, если в предварительном слушании подсудимый может предоставить сведения, проливающие свет на преступление, то суд обязан выслушать его. Это было и остается правилом данного суда. Вызывайте вашего следующего свидетеля.
Несколько угрюмо Медфорд вызвал фотографа, сделавшего снимки тела убитого и места преступления. Судья Саммервиль тщательно изучил представленные фотографии.
В одиннадцать тридцать Медфорд сказал Мейсону:
— Можете задавать вопросы.
— Это фотографии были сделаны на месте преступления и вы видели вещи, которые фотографировали?
— Да, сэр.
— Я хочу обратить ваше внимание на одну фотографию, — Мейсон протянул одну из фотографий свидетелю. — Вы заметили в ванной эмалированную кастрюлю? На фотографии она видна.
— Да, сэр, заметил. Она была погружена в воду в ванне.
— Два серебряных карася находились в ванне?
— Да, сэр.
— На полу валялись три газеты, вы не заметили, от какого числа?
— Не обратил внимания, сэр.
— Ваша честь, — вмешался Медфорд, — эти газеты были взяты для исследования и находятся в распоряжении обвинения. Но неужели адвокат серьезно считает, что эти газеты имеют какое-то отношение к убийству Фолкнера?
— Я думаю, ваша честь, — мрачно произнес Мейсон, — эти газеты являются, возможно, одной из главных улик.
— Ладно, ладно, не будем об этом спорить, — сказал Медфорд, — обвинение готово предоставить их суду.
— Вы знаете, какая газета лежала поверх остальных? — спросил адвокат Медфорда.
— Естественно, не знаю. Я также не знаю, какой из серебряных карасей лежал головой к югу, а какой к юго-востоку. Полиция провела тщательное расследование, результаты которого не вызывают сомнения. Вот все, что я знаю и хочу знать!
— Это и видно, — сухо заметил Мейсон.
Медфорд покраснел.
— Вы считаете, что то, как лежали газеты, имеет значение? — спросил судья.
— Очень большое, — ответил Мейсон. — Если обвинение предъявит газеты, то, сравнивая их с фотографией, мы сможем определить, какая из них лежала сверху.
— Обвинение предоставит их после обеда, — заявил Медфорд.
— Хорошо. Суд откладывает слушания до двух часов дня, — объявил судья.
Зрители, поднимаясь с мест, вполголоса обменивались мнениями. Сэлли Мэдисон, не сказав ни слова Мейсону, спокойно ждала, пока полиция выведет ее из зала суда.
17
Мейсон, Делла Стрит и Пол Дрейк во время процессов обычно обедали в маленьком ресторане рядом со зданием суда. Хозяин ресторана знал их и всегда держал наготове маленький отдельный кабинет.
— Ты знаешь судью, Перри? — заметил Дрейк.
— Да, нам повезло. Обычно на предварительном слушании судьи стараются побыстрее прокрутить заседание. Они не очень беспокоятся, поскольку подсудимому все равно придется предстать перед судом присяжных. Судьи Саммервиль из другого теста. Он отлично знает манеры полиции, которая готова сделать виновного из первого попавшегося ей под руку и отвергает любые показания, не совпадающие с их собственными.
— Ситуация такова, — сказал Дрейк, — что Сэлли продолжает лгать. Она лгала и полиции и тебе, Перри.
— Все клиенты — человеческие существа, даже те, кто невиновен.
— Она же лжет, когда утверждает, что получила деньги от Женевьевы Фолкнер.
— Я и не говорил, будто она сказала, что взяла деньги у нее, — сверкнув глазами, заметил Мейсон.
— Тебе и не нужно было говорить. Я сам догадался, что она взяла деньги из сумки Фолкнера, а двадцать три тысячи долларов запрятала.
— Тут много неувязок, Пол. Меня, например, интересует, почему Джейн Фолкнер сидела в машине и ждала, пока мы с Сэлли Мэдисон не появимся перед домом. Кто-то дал ей знать, что мы едем к Фолкнеру. Об этом знал только Стаунтон. Я доволен, как разворачиваются события. Прокурор Медфорд играет мне на руку. Теперь я могу всех его свидетелей, включая и Стаунтона, допросить как свидетелей защиты, и судья не будет препятствовать. Это дает мне шанс проверить Стаунтона.
— Даже если ты докажешь, что Джейн Фолкнер еще до вашего прихода обнаружила тело мужа, а потом вышла, села в машину, дождалась вас и устроила сцену безутешной вдовы, что это тебе даст?
— Ты знаешь, Пол, не хуже меня, что она лжет о вечере, проведенном с подругой. Она втерла очки сержанту Дорсету, когда заявила, что не может остаться в доме одна и поэтому ей нужно, чтобы ее подруга была с ней вместе. Пока Дорсет с Сэлли Мэдисон ездили домой к Стаунтону, она договорилась со своей верной подругой, Адель Фербенкс, об этом маленьком алиби, будто они находились весь вечер вместе. Вот лейтенанта Трэгга она вряд ли бы провела.
— Понимаешь, Пол, кто-то без сомнения должен был побывать в комнате с трупом часа два-три спустя после убийства.
— Из-за одного еще живого серебряного карася? — спросил
