- Ничего странного! - Бифронс сделал большие глаза. - Один пьяный владыка Ада, наделил нашего многоуважаемого врача иммунитетом к травмам и ранам, какими страшными они бы не были! Не знаешь кто это?
Люцифер отвел глаза, рассматривая кучку воробьев, клюющих кусочек хлебной корки, и тяжело вздохнул.
- А что сподвигло владыку Ада сделать такую глупость?
- Возможно, вино и быстро вылеченная Урфуром рана? - протянул Бифронс. - Замечательная благодарность.
- Да... по-моему, я был непозволительно щедр... - Люц уставился своими голубыми глазами на заросшее щетиной лицо Бифронса. - Фрони... ты похож на конюха... твоя жена не выговаривает тебе за это безобразие?
- Моей жене это нравится. - Бифронс раздраженно почесал подбородок. - Как решать будем эту проблему?
- Я. Я буду решать. - Люц помахал перед его лицом пальцем, и демон недовольно отшатнулся. - А почему ты раньше мне не напомнил о нашем докторе? Почему позволил думать, что я убил его?
- Не хотел лишний раз напоминать тебе о твоих пьяных щедростях!
- О-о! Не говори мне больше ничего! - дьявол нервно всунул руки в карманы брюк. - И не вздумай больше никому сказать об этом!
- Копье Михаила мне в ... - Бифронс сплюнул и застонал: - Я набрался от тебя всяких гадостей!
- В зад! - широко улыбнулся Люц. - Копье Михаила тебе в зад!
- Поверь Люц, ему там не место!
- Ах-ха!
* * *
Молчаливый водитель подвез меня прямо к подъезду и, несмотря на мои протесты, провел до квартиры. Мне было не по себе в его обществе, я чувствовала исходящую от него силу и опасность. Но от Люциана эти вещи исходили с большей силой, хотя он был намного изящнее, чем этот громила.
Я вошла в квартиру, подошла к окну и увидела, что водитель говорит по телефону, а потом садится в машину и уезжает. И тут меня осенило. Откуда он знал, где я живу??? Люциан не говорил ему, куда ехать, я тоже... В душе снова зашевелились подозрения. Он не так прост, как кажется! Но кто же он? Кто?
Я не знала, что делать. Куда идти. Город напугал меня своим незнакомым видом, шумом и переплетением улиц. Мне было страшно и тоскливо, а мысль о том, что я никогда не найду свою дочь, убивала меня...
Поддавшись какому-то импульсу, я принялась вытаскивать все ящики, открывать все шкафы, пока не добралась до тумбочки, на которой стоял древний, покрытый пылью телефон. Я дернула ручку ящика и с замиранием сердца увидела мобильный и зарядное, аккуратно скрученное и лежащее рядом. Господи! Господи! Пожалуйста!
Я молилась этими простыми словами, всовывая зарядное в розетку. Заработай... Пожалуйста!
Экран был темным, и, сколько я ни смотрела на него, чуда не произошло. Швырнув его на тумбочку, я расплакалась и тут услышала легкую вибрацию о деревянную поверхность. Не веря в свое счастье, я медленно повернулась и чуть не запищала от радости, увидев светящийся экран. Да! Да!
Схватив телефон, я залезла в телефонную книгу и принялась лихорадочно просматривать контакты. Какие-то имена... фамилии... вот! Мама... Муж... Муж???
Я нажала на вызов, не совсем веря в удачу, но вызов все-таки пошел, и я замерла с бешено стучащим сердцем.
Один... два... три... четыре...
- Тамара?!
- Да, это я... - меня затрусило от звуков этого голоса. Внутренний голос говорил о том, что я позвонила зря. Но было уже поздно.
- Где ты?! Где Эля?! - мужчина кричал в трубку, а я молчала, не зная, что сказать. Может, он поможет мне? Он же муж... - Ты где шлялась, сука?! Куда ты дела мою дочь?! Я тебе башку оторву! Алло! Алло! Не молчи, тварь!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я отключилась и упала на диван. Черт! Видимо, у нас не очень хорошие отношения. Зачем я позвонила ему? Как я теперь объясню ему, где дочь? Тем более, судя по нашему разговору, он тоже не знает где она. В квартире не было ни одной его фотографии, ни совместных, что должно было навести меня на размышления, но сетовать было поздно. Телефон зазвонил, но я не спешила отвечать, зная кто это. Он звонил и звонил, а я таращилась на него и ждала когда же это, наконец, прекратится. Когда он замолчал, я с замиранием сердца нашла номер мамы и нажала на вызов... Абонент не доступен... Вот это плохо...
Итак: я ничего не сделала для поисков дочери, обнаружила себя мужу, который явно ненавидел меня, и не смогла найти маму. Что ж... начну сначала...
Я взялась за телефон и как только принялась снова просматривать контакты, в дверь позвонили. Я вышла в прихожую, стараясь наступать на носки, и из-за двери раздался угрожающий, мужской голос:
- Тамара, открой, это Сергей. Я знаю, что ты там. Открывай, или я вышибу дверь. Слышишь?
Сергей? Вот дура! Зачем? Зачем я ему звонила? Идиотка...
- Открывай сучка, я пробегал за тобой два года... Эля с тобой? Отдай мне ребенка, и я ничего тебе не сделаю...
Я молчала, кусая губы. Что делать?
- Вот так значит? Ну, хорошо... я больше не буду таким добрым.
За дверью воцарилась тишина, но я знала, что надвигается какая-то беда, которую я вызвала сама...
Остаток дня я провела в нервном ожидании чего-то ужасного, но телефон молчал, и в дверь больше никто не звонил. Я тоже не решалась позвонить кому-нибудь, не зная теперь, чего мне ожидать от когда-то знакомых мне людей. Снова хотелось есть, и это наводило на определенные размышления по поводу моего дальнейшего существования без денег.
Я стояла возле детской кроватки, когда услышала легкий щелчок открываемой двери.
Мне стало страшно до тошноты, к горлу подступил комок, не дающий дышать. Осторожно я отошла вглубь комнаты, ища глазами хоть что-то, что можно было применить, как защиту, и тут дверном проеме появился высокий мужчина, лениво покручивая ключи в пальцах.
- Привет. Долго прятаться думала?
Мой слух безошибочно определил знакомые нотки, и страх стал еще сильнее. Этот человек причинял мне боль.
Он прошел в комнату, обводя глазами обстановку, и хмыкнул:
- Ничего не изменилось. Все так же и живешь, как церковная мышь. Где ребенок, Тамара? - его холодные серые глаза остановились на мне с пугающии равнодушием. Я тупо пялилась на него, и память возвращалась ко мне приливами, облизывая воспаленный мозг.
Я когда-то была счастлива с этим человеком. Он дарил мне счастье, он подарил мне Элю... но потом все изменилось. Перед моими глазами возникли картины богатой жизни: дорогие машины, казино и женщины... И более ужасное: оружие, кровь и побои, которыми меня награждали с пугающей последовательностью.
- Я спросил: где ребенок? - ледяной голос вывел меня из ступора. - Куда ты дела Элю, чокнутая?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Я не знаю, - ответила я, понимая, что врать не смогу, да и зачем?
- Как это, ты не знаешь??? - он двинулся ко мне, сжимая кулаки. - Ты куда ее спрятала?! Или мне из тебя вытянуть это другим способом?!
Я попятилась от него и увидела, как в комнату входит еще один мужчина. Неприятное лицо, почти звериный оскал и татуировка на шее... это же...
