Читаем без скачивания Аномальный наследник. Пенталогия (СИ) - Тарс Элиан

Писали не только мне, но и тёте Мари и Вадиму. Наставник, недовольно отрываясь от экрана своего смартфона, напряжённо поглядывал в сторону тётушки, каждый раз как пищал её телефон. И почему в этот момент я опять вспомнил про Канцлера?

– А теперь, перейдём к главному событию новогодней ночи! – отложив смартфон в сторону, торжественно объявила тётя Мари и повернулась к ёлке, под которой лежала накрытая покрывалом кучка. – Давайте всё вместе.

Мы впятером взялись за край покрывала.

– Раз… два…три… Тяни! – скомандовала весёлая тётушка.

Мы сдёрнули покрывало и увидели подарки в яркой упаковке с блестящими бантами.

– А теперь, налетай! – радостно выкрикнула тётя Мари и первой бросилась к цветастым коробкам.

Под каждым бантом были приколоты крохотные открытки.

«Аскольду, в новый 2008‑й год. От любящей семьи и Вадима».

С лёгким трепетом я снял обёрточную бумагу и увидел лакированную деревянную шкатулку. Что же там внутри? Шкатулка легкая, но подарок ведь от всей семьи, вряд ли там окажется что‑то бесполезное.

Не думал, что буду так радоваться какому‑то подарку. Я сам не заметил, как начал воспринимать этих четверых как близких членов семьи.

Ну‑ка, откроем…

– Форкх меня дери… – я обомлел. Сердце заныло от тоски. Я поднял глаза на своих близких и тихо проговорил: – Спасибо.

– Не рассчитывала, что мы настолько  угадаем с подарком, – улыбнулась тётя Мари, всё ещё возившаяся с бантом на подарке от меня.

– Что, нравится? – хмыкнул Боря. – Тётя говорила, это камень сильнейших! Подходит чемпиону!

Брат с нетерпением продолжил разрывать бумагу на своём подарке, ну а я неотрывно смотрел на браслет, лежащий в шкатулке. Мне нравились и кожаные, и деревянные вставки, и чёрная нить, обвивающая главное – двадцать лиловых камней.

Александрит.

Камень, который подбрасывает своему обладателю испытания, но вместе с ними и новые силы.

– Ух ты! Это же ноутбук! Да ещё и последней модели! – восторженно закричал Боря и кинулся обниматься. – Спасибо, Аск!

– Смотри, у меня такой же! – хмыкнул Глеб и, поймав мой взгляд, кивнул: – Спасибо.

– Господин, это… это же? – изумлённо забормотал Вадим, переводя взгляд с небольшого камешка на своей ладони на меня.

– А чего ты так удивляешься? – хмыкнул я, высвободившись из объятий Бори. – Всё верно. Это усилок. Твой личный. Носи теперь его всегда с собой.

– Благодарю, от всей души благодарю… – Наставник склонился в поклоне.

– Да брось ты, – я усмехнулся. – Сегодня же праздник и это просто подарок.

Ну а тёте от меня достался новенький фотоаппарат. Уж очень она его хотела.

После обмена подарками мы все вместе вышли во двор, смотреть, как запускают фейерверки и самим запустить парочку. Когда вернулись обратно в квартиру, Вадим отвёл тётушку в сторону.

Спустя две минуты она зашла в гостиную с новым колье на шее. Следом плёлся смущённый, но довольный Вадим.

* * *

Второго января я посетил очередной светский вечер. Поводом к нему послужило открытие художественной галереи. Перед тем как отправиться туда, я долго ломал голову, кого бы взять в спутницы. С Катей я уже на подобном приёме был. Знакомые княжны мало того что птицы высокого полёта, так ещё и ни одной не было сейчас в Москве. Позвать какую‑нибудь знакомую аристократку из лицея? То же не очень хороший вариант. Ладно бы я лично мог встретиться, чтобы пригласить – но ведь каникулы. А для звонка или письма мы не настолько близко знакомы.

Нужен был кто‑нибудь из друзей. Может, из клуба инженеров или учсовета? Нет, не настолько близко знакомы. Машу Роднину? Ну нет, не люблю я связываться с теми, на кого положил взгляд кто‑то из моих друзей.

Даже промелькнула мысль пригласить танцовщицу из «кущ». Но это будет совсем уж неуместно.

Если бы не настораживающие действия дворянина Чудинова, взял бы с собой тётю Мари. Собственно, так я и намеревался поступить в самом начале. Но всё‑таки решил по возможности держать её подальше от аристократов. По крайней мере, до тех пор, пока не пойму, что именно затеял Канцлер.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Одному идти тоже не вариант – так я дам всем знак, что готов к предложениям. Но я предпочёл бы не получать предложения, на которые буду вынужден ответить отказом.

Сделав круг в размышлениях, я вернулся к кандидатуре боярыни Морозовой.

А она и не против.

К тому же вечером после приёма мы поехали к ней…

– Фух, опять ты был в центре внимания. Сколько сегодня раз тебя приглашали на приёмы? – сделав глоток вина из бокала и развалившись на софе, спросила Катя.

– Четыре.

– Ты сейчас прямо на коне. Ну ещё бы, чемпион, отмеченный интересом Канцлера. Даже если не пытаться затащить тебя в род через матрилинейный брак, то навести мосты на будущее – святое дело. А то и просто без всякой матрилинейности выдать за тебя дочурку. И получить в зятья будущего Гуру, преуспевающего дельца и в скором времени майора имперской армии.

– Я не собираюсь идти в армию, – лениво ответил я.

– Ты мне говорил. Но они‑то этого не знают. Ах, – она махнула рукой. – Боги с ними. Вот что лучше скажи, – она лукаво стрельнула глазками в мою сторону. – Знаешь ли ты…

– Вдоль ночных дорог.

– А?

– Ничего. Извини, продолжай.

Катя неодобрительно покачала головой и вздохнула. А затем весьма серьёзно проговорила:

– Знаешь ли ты, что тебе предстоит сделать, когда получишь личное дворянство?

– Много чего, – в тон ей ответил я. – Что конкретно ты имеешь в виду?

– Тебе предстоит выбрать сюзерена! Кому могут присягать дворяне?

– Это экзамен, что ли? – поморщился я. – На вступительных уже отвечал – императору и боярам. Если развернуть, дворяне бывают имперские, имперских бояр, княжеские и княжеских бояр.

Так‑то все князья в широком смысле считаются боярами.

– Вот, – Катя подняла указательный палец, – ты можешь выбрать, кому присягнуть. И… боярский род Морозовых имеет одно вакантное место в списке вассальских родов. Мы будем рады тебя принять.

Очаровательно хлопнув ресничками, они выжидательно посмотрела на меня.

– Извини, милая, но я вижу над собой только императора.

И не Игоря Рюриковича, а своего отца.

– Эх… ну попытка не пытка. Я не могла не спросить, – невозмутимо ответила боярыня Морозова.

– Я знаю. И ценю это в тебе. Если бы ты не попыталась затащить к себе столь ценный кадр, – я указал на свою грудь. – Я бы в тебе разочаровался.

– Ох‑ох, какие громкие слова! Будто я тебя хоть раз разочаровывала.

– Нет, – я поставил бокал на стол и подсел на софу к боярыне. – Ты всегда доставляешь мне радость.

– Ах ты… м‑м‑м… – договорить она не успела, так как я накрыл её губы поцелуем.

* * *

Четвёртого января жители империи вышли на работу после двухнедельных каникул. Ну а меня ждала «Алая Мудрость».

– Как же я по всем вам соскучилась! – не сдерживая эмоций, выпалила Яна, когда мы собрались все вместе в классе. – Будто сто лет не виделись!

– Поддерживаю, – кивнула Юля, – наконец‑то снова началась учёба.

Мы с удивлением покосились на неё.

– Юлия Евгеньевна, прошу прощения, но неужели вы заразились страстью учёбы от Марии? – изрёк Влад.

Великая княжна Казанская посмотрела на него осуждающе и ответила:

– Нет, Владислав Иванович. Но школьная жизнь мне нравится.

– Видимо, не у одной меня эти приёмы в печёнках сидят, да, Юля? – улыбаясь, Оболенская толкнула локотком Ромодановскую.

– Да. Яна, – согласилась с ней великая княжна Казанская.

Не так давно эти двое стали обращаться друг к другу по именам. Я был рад, что наша Ледяная Королева начинает открываться другим людям.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Прозвенел звонок, и все разошлись по своим партам.

В составе нашего класса произошли перемены – к нам перешёл одни новенький из «бэшек». А ведь новеньких должно быть два. Опаздывает в первый учебный день нового года?