горят, по бокам от них валяются тела нападающих. Тут, очередь из пулемёта словила очередная машина, с неё посыпались фигурки. Некоторые остались лежать, но вот другие залегли и начали стрелять в нашу сторону. С других тачек тоже десантировались и попёрли в атаку. И тут же из леса выехали ещё машины и следом за ними мы увидели дымные следы от выстрелов из РПГ.
— Слива ложись – заорал я.
Но тот уже сам понял. Снова падаем на железный пол, взрывы слились в один. И походу рвануло не только тут у нас, но по всему периметру, так как сбоку и сзади себя я тоже услышал взрывы. Не знаю сколько там ракет прилетело в стену, но тряхнуло нас очень хорошо. Я всё боялся, что она сейчас рухнет и нас накроет этими здоровенными и тяжелыми листами. Но ничего, выдержала.
В эфире после взрывов слышны крики пацанов, зовут Дока или кого-нибудь из врачей.
— Хватит млять – зло орёт Слива.
Вскакивает на ноги и начинает стрелять, я за ним. А ничего так этот туземный автомат, калибр примерно, как наш 7.62. Ловлю в прицел фигурки этих длинных. На этом автомате есть что-то похожее на коллиматорный прицел, так что целиться зажмуривая один глаз не нужно.
Всё поле перед нами вспухло. Куча пуль впивается около фигурок вражеских бойцов. Ещё три машины горят. Те уроды используют и дым от машин и воронки и трупы своих, чтобы подбираться к нам. Снова полетели из леса РПГ. Часть не долетела, часть снова врезалась в стену. Тут сразу несколько пулемётов с нашей стороны косой прошлись по опушке леса, видимо операторы засекли-таки этих уродов. Краем глаза я успел увидеть, как там упало с десяток стволов деревьев и как в разные стороны метнулись фигурки, некоторые падали на ходу.
— Туман нужен робот – кто-то завопил на общей волне – мы их не сдержим мать твою – северо- запад, быстрее робота, у нас почти всех выбили.
Холодок пробежал по моей спине. Быстро переглядываемся со Сливой. Значит там у пацанов наверняка есть убитые, мать твою, во что же мы влипли, кто эти уроды, что им от нас надо?
— Робот идёт, держитесь, 2 минуты.
И мы держались. Перевязанный Туча снова привёз нам боеприпасы, заодно увёз раненого Потеряшку, Туче помогает один из механиков Петровича с перевязанной головой.
Вражеский десант мы всё-таки отбили. Видимо уцелевшие бойцы противника получили команду на отступление, так как стреляющие в нас разом прекратили огонь и развернувшись дружно припустили в сторону спасительного леса. Мы им конечно постреляли вслед, я даже грохнул двоих, но сил уже не было, да и патроны снова заканчивались. Только сейчас обратил внимание, что у меня под ногами одни гильзы и ноги уже давно на них скользят.
— Давайте уроды, идите ещё, я вас всех убью – зло прокричал Большой вцепившись в пулемёт – и выпустил пару коротких очередей вслед отступающим.
— Вася хорош – крикнул я – береги патроны. Сам цел?
— Цел – зло буркнул он, но стрелять прекратил.
— Что с Потеряшкой? Вернее, куда его ранило?
— В грудь.
— Нам обязательно нужно разобраться с этими их броне костюмами – неожиданно вспомнил я про них.
— Ага, точно – кивает Слива – сдаётся, что они нам ещё понадобятся. Эти уроды из леса со всех сторон вываливаются.
Большой ничего не ответил. Он с деловым видом стал перезаряжать свой пулемёт.
— Как басурманский пулемёт то Вась? – улыбнувшись спросил я.
— Нормально.
— Большой не в настроении – шепнул Слива.
— Противник ушёл – приходит доклад от Рыжего – повторяю, со всех сторон противника не наблюдаю. Пока отбой пацаны, Туман давай командуй, чё там дальше делать?
Пока Туман собирался с мыслями, смотрю на поле перед собой. Да уж, повоевали мы. С десяток горящих и развороченных машин противника, несколько десятков уничтоженных собак и самих живых бойцов. Вон одна собака ещё шевелится, выстрел, собака затихает. Обернувшись вижу, что в некоторых местах на базе в небо поднимается чёрный дым. Что-то горит и горит неплохо.
Две створки на окнах центрального здания снесло взрывами, окон тоже нет, фигня, найдём какие-нибудь доски или фанеру и заделаем. Ого, а вот два сгоревших наших грузовика и один подкопчённый и замерший местный фургон я не видел. Потихоньку толкаю локтем Сливу, тот тоже охреневает. Большой шипит сквозь зубы продолжает возиться с новым для себя пулемётом. К нему сейчас лучше не лезть, пусть успокоится.
Чуть дальше видим один из ангаров, крышу на нём тоже разворотило. Вот же, слов нет, эти уроды из своих РПГ навесами били или миномёты у них есть. Даже боюсь спрашивать, какие у нас потери. При таком бое без них точно не обошлось.
И ещё я очень устал, судя по виду Сливы и Большого они не меньше. Во время боя этого не замечаешь, а после да, после вся усталость приходит разом. Если сейчас противник попрёт на нас таким же количеством как некоторое время назад, я даже не знаю, отобьёмся мы или нет. Интересно, что у нас там с боеприпасами. Но сначала как мне этого не хочется, но нужно узнать, что у нас с потерями.
Глава 2.
17 января. База. Вечер. После боя. Александр.
У нас восемь человек погибших и 14 ранено, пятеро из них тяжело. Док нас всех выгнал из медицинского бокса, сказал, что эти капсулы творят чудеса и что все раненые будут жить. Одному они уже успели сделать операцию сами, пока мы там отбивались во всех направлениях. В медицинском боксе грязь, кровь, валяющиеся тут и там вскрытые пузырьки, пакеты, использованные шприцы и какие-то другие инструменты.
Наших раненых к Доку и его коллегам носили наши же повара и механики. И как оказалось, среди них и были основные потери от осколков взрывающихся мин. Всё-таки у этих долбанных инопланетян были миномёты, правда мало, но и так они доставили нам неудобств.
Рыжий рассказал, что трое наших как раз погибли в момент эвакуации раненого со стены, видел на экране. Двое поваров несли раненого бойца, и мина чётко легла рядом, все трое погибли мгновенно, там только куски тел остались. Остальные погибли на стене от пуль и осколков противника.
— Всё мужики, идите
