ты совсем забыла обо мне в последнее время. Хотя я безумно истосковался по острым ощущениям, которые может дать только лишь одна чертовски привлекательная стерва.
— Прости, дорогой, но сегодня у нас не так много времени на незабываемый секс.
— Ничего страшного, дела могут подождать. — Терренс крепко прижимает Ракель к себе, одной рукой обвив ее поясницу, а другой обняв за плечи, и лицом уткнувшись в шею девушки, вдыхая сладкий аромат, который исходит от ее нежной кожи. — Неужели я не могу немного расслабиться в компании своей очаровательной невесты?
— Держи себя в руках, красавчик. — Ракель одной рукой берет Терренса за заднюю часть шеи, а второй начинает придерживать его за плечо, принюхиваясь к запаху, что исходит от ее любимого человека и дурманит разум, и дышит на ее изгиб горячим и холодным воздухом, от чего у того по коже пробегают мурашки. — Не спорю, мне сейчас было очень хорошо. Но давай оставим самое вкусное на потом.
— Не могу поверить, что ты способна думать об этом в такой момент. — Терренс кончиками пальцев свободной руки сначала медленно водит вдоль позвоночника Ракель, а затем нежно гладит и сжимает ее ягодицы и проскользает под ее джинсы и очень приятное на ощупь нижнее белье. — И что ты вообще пытаешься противиться воле самого Терренса МакКлайфа.
Терренс оставляет несколько нежных поцелуев на изгибе шеи Ракель.
— Неужели ты забыла, кто я такой? А, детка?
— Я помню… — чувственно выдыхает Ракель, прижавшись еще ближе к Терренсу и ногтями от проскользнувших под его рубашку рук слегка царапая его спину. — Самовлюбленный петух, который решил, что все девушки должны терять перед ним сознание с томными вздохами и исполнять все его похотливые желания.
— Правильно, потому что я идеален! — Терренс ртом мягко обхватывает подбородок Ракель и нежно ласкает ее уши, пока та с прикрытыми глазами слегка дрожит и довольно тяжело дышит. — Мне невозможно сопротивляться. Мне надо лишь взглянуть на девчонку, чтобы она возбудилась.
Терренс приподнимает лицо Ракель за подбородок, заставляя ее посмотреть ему в глаза.
— Ты, конечно, пыталась строить из себя недотрогу и делать вид, что тебе плевать, — добавляет Терренс и большим пальцем ласкает губы Ракель. — Но увы, я слишком привлекателен и сексуален.
— Скорее, слишком наглый и бессовестный, — низким голосом произносит Ракель.
— Если парень будет нерешительной тихоней, то он никогда не станет альфа-самцом и не получит самую красивую девчонку, о которой тихо мечтает. — Терренс позволяет своей свободной руке интенсивно помассировать грудь Ракель, проводит ею по ее плоскому животу и изгибам тонкой талии и опускается до его низа и ее промежности, пока та буквально заставляет себя глубоко дышать с чувством слабости в ногах. — В глубине души любая девчонка хочет себе уверенного в себе мужчину, который способен заставить кровь закипеть и дать ей столько незабываемых эмоций, сколько она не испытывала за всю свою жизнь.
— Вообще-то, я всегда думала, что мой мужчина будет скромным и воспитанным.
— Ты думала то, что тебе говорили твои родственники. А на самом деле ты жаждала совсем другого.
— Набивай себе цену, МакКлайф, набивай. — Ракель с чувственным стоном крепко сжимает и оттягивает волосы Терренса, пока он одновременно ласкает ее грудь и покрывает шею волнительными поцелуями. — М-м-м, черт…
— Ты все равно сдашься, я тебя знаю. — Терренс вовлекает Ракель в уверенный, страстный поцелуй в губы, лаская языком самые чувствительные места у нее во рту и большими пальцами стимулируя ее твердые соски. — М-м-м… Надо лишь немного терпения и превосходных навыков соблазнения.
— Ничего у тебя не выйдет. Твои поцелуи совсем меня не заводят.
— Заткнись и наслаждайся, стерва! — Терренс крепко берет Ракель за горло и продолжает ласкать ее губы своими губами, пока та тихонько постанывает с затрудненным дыханием. — А иначе тебе придется сильно пожалеть о том, что ты вздумала мне сопротивляться.
— Ой-ой, как страшно! — по-доброму хихикает Ракель, гордой походкой медленно отходит от Терренса, слегка покачивая бедрами, подходит ближе к кровати и по пути одергивает свою рубашку вниз. — Ну и что ты мне сделаешь? Заткнешь поцелуем? Оближешь и облапаешь где только можно? Загонишь меня в угол, чтобы я не смогла уйти?
— Если хочешь, то могу использовать один из наших подарков на первую годовщину отношений с целью дать тебе еще больше новых ощущений. — Терренс с высоко поднятой головой уверенно подходит к Ракель, с хитрой улыбкой легонько шлепает ее по ягодицам, хватает обе руки, резко заводит их за спину и целует место за ее ухом, которое затем нежно обхватывает ртом. — Тот, что нам подарил мой любимый друг детства Бенджамин… Завяжу тебе глаза, привяжу тебя к кровати в одном нижнем белье и буду ласкать твое шикарное тело столько, сколько захочу. А чтобы усилить эффект, я могу и пару раз отшлепать тебя плетками. Это будет больно, но тебе точно понравится.
— Ар-р-р… — резко вздрагивает Ракель с целью освободить руки. — Хотела бы я оставить тебя раздетого где-нибудь на улице. Чтобы народ полюбовался на творение природы.
— М-м-м, меня это уже заводит… — с хитрой улыбкой и немного учащенным дыханием низким голосом произносит Терренс.
— Знаю я, что ты чертов извращенец, который пользуется любой возможностью показать всем свою голую задницу и потрясти своими причиндалами.
— Буду совсем не против, если твои ручки немного их приласкают. — Терренс сначала нежно гладит низ живота Ракель, а затем интенсивно массирует ее грудь и соски, получив от нее столь желанный, блаженный стон. — Ну а если очень хочешь, то можешь и ротиком поработать.
— Я очень хочу посильнее врезать по твоей наглой роже.
— Пощечина только больше возбудит меня. — Терренс опускает одну из рук до бедер Ракель, перемещается к промежности и запускает ее в женские кружевные трусы. — Ты прекрасно знаешь, что грубость заводит меня куда больше нежности.
— Ар-р-р, ну ты и скотина!
— От стервы слышу!
Стоит Терренсу оставить несколько поцелуев у нее на шее и провести языком по некоторым ее частям, как Ракель резко отталкивает его от себя, приложив руки к твердой груди, и отходит немного в сторону. Мужчина снова притягивает ее к себе, берет за волосы, откидывает ее голову назад и словно вампир зубами вцепляется в нежную кожу на изгибе шее девушки. От чего та сильно вздрагивает и издает негромкий стон, ногтями вцепившись в заднюю часть его шеи и запустив руку под его рубашку. Правда, он долго не кусает ее, ибо не собирается оставлять на ней засосы. Мужчина просто посасывает или кончиком языка едва дотрагивается до кожи на тонкой изящной шее, пока пальцы одной руки нежно гладят
