судебными полномочиями, трое государственных прокуроров, начальники полиции, главы шести районов города и пятеро мировых судей.
174
Николо Тревизан, состоявший в то время в Совете десяти и оставивший ценное описание этих событий, сообщает, что осужденных повесили «между колоннами красного мрамора». Многие историки, в том числе Романин, полагают, что речь идет о двух колоннах, расположенных под вторым окном слева со стороны Пьяццетты. Но, как мы уже знаем, западный фасад дворца в его современном виде появился позже. Следовательно, имелись в виду какие-то колонны из декора старого «византийского» дворца, построенного при Себастьяно Дзиани.
175
Нынешней Лестницы Гигантов тогда еще не было. Лестница, на площадке которой совершилась казнь, по-видимому, находилась с южной стороны внутреннего двора и вела непосредственно от стены Зала совета.
176
Великолепное изображение этой сцены работы Делакруа хранится в коллекции Уоллеса – пусть и романтизированное, но, вероятно, более точное (и определенно более драматичное), чем пьеса Байрона «Марино Фальеро».
177
В середине XIX в. могила Марино Фальеро была вскрыта. В ней обнаружили скелет с черепом, лежащим между колен. Дальнейшая судьба этих костей неизвестна. Саркофаг несколько лет использовали как водосборник, а сейчас он, как ни странно, стоит под портиком Музея естественной истории (бывшего Фондако-деи-Турки).
178
«Се место Марино Фальеро, обезглавленного за преступления» (лат.). Это изображение, как и остальные портреты дожей в Зале совета, было восстановлено после пожара 1574 г.
179
Эта ветвь семейства Корнаро владела обширными сахарными плантациями в Пископии (ныне Эпископи) на Кипре, в связи с чем приняла двойную фамилию – Корнаро-Пископия. По венецианскому обычаю, такое же имя носил и дворец. Но сейчас он более известен как палаццо Лоредан – по фамилии семейства, к которому перешел в XVIII в. Этот дворец, один из старейших сохранившихся в Венеции (хотя верхние два этажа были добавлены позже), сейчас соединен с построенным в тот же период соседним зданием, палаццо Фарсетти, в единый комплекс Муниципалитета. Он стоит неподалеку от моста Риальто – в нескольких сотнях ярдов по направлению к Сан-Марко.
180
Согласно старинному преданию и надписи in situ, Петрарка жил в здании бывшего палаццо делле дуэ Торри (Дворца двух башен), которое стоит на Риве близ моста Сеполькро. На соседней улочке Дель-Доже до сих пор можно отыскать основание одной из этих двух башен.
181
Вероятно, имеется в виду мирный договор в Кале, подписанный в октябре 1360 г. и завершивший первую фазу Столетней войны. По этому договору к Англии отошли Аквитания и бóльшая часть Северной Франции.
182
Саркофаг Марко Корнаро еще можно отыскать в алтарной части церкви, но в XIX в. он сильно пострадал: его передвинули и обрубили, чтобы освободить место для большой гробницы дожа Андреа Вендрамина, перенесенной из церкви Серви.
183
Точно известно, что в 1454 г. на продаже соли Венеция выручила 165 тысяч дукатов, то есть уже более 10 %.
184
С 1187 г., когда Саладин захватил его после битвы при Хаттине. Позднее, в 1229 г., Фридрих II договорился о передаче святых мест под власть Священной Римской империи, но спустя десять лет потерял контроль над ними.
185
Энеида, II.21 и далее.
186
Современные Котор и Шибеник.
187
Старинные пушки были такими непредсказуемыми, что сами артиллеристы боялись их и не смели использовать чаще чем раз в день. Но этот вид вооружений быстро доказал свою полезность: он позволял стрелять каменными ядрами до 200 фунтов весом, пусть и на сравнительно небольшое расстояние.
188
Этот эпизод изображен на одной из последних картин Веронезе, украшающей западную стену Зала Большого совета.
189
Перевод Т. Щепкиной-Куперник.
190
В XVI в. клуатр был перестроен; впоследствии монастырские дворики Санто-Стефано передали Министерству финансов, но сотрудники этого ведомства не предприняли ничего, чтобы улучшить местную атмосферу.
191
В своем неповторимом духе Рёскин добавил, что это надгробие «в стилистическом отношении находится точно посередине между чистой готикой и ее окончательным вырождением в эпоху Возрождения, а в эмоциональном отношении – точно посередине между чистой безмятежностью раннего христианства и хвастливой напыщенностью ренессансного безверия».
192
Сохранилась мраморная статуэтка коленопреклоненного дожа, почти наверняка имеющая портретное сходство с Антонио Веньером. Создателем ее считается Якобелло далле Мазенье, живший с Веньером в одно время и изваявший великолепные статуи для иконостаса собора Сан-Марко. До наших дней дошел также двойной портрет Веньера и его преемника, Микеле Стено; но создавший его художник Ладзаро Бастиани впервые появился на страницах истории лишь в 1449 г. и умер не ранее 1512 г., так что этот портрет не мог быть написан с натуры.
193
По словам Горацио Брауна, молодой человек прикрепил на двери какого-то уважаемого патриция «связку кораллов причудливой формы, имевшую скабрезный смысл».
194
«Его единственной сильной страстью, – писал Гиббон, – была любовь или, вернее, склонность к сладострастию, и этот раб турок забывал в объятиях константинопольских девушек и женщин о позоре императора римлян».
195
Schiltberger, Johann, Hakluyt Society. Vol. 58, 1879.
196
Романин (Romanin. Vol. IV. Р. 39) утверждает, что ему известен лишь один случай, когда венецианцы прибегли к такому наказанию: в XVI в. на колокольне Святого Марка таким образом подвесили священника, уличенного в некоем «чудовищном преступлении» (enormi delitti), да и то ему удалось бежать. В случае с Каррарой путаница, вероятно, возникла из-за того, что на венецианском диалекте слово cheba («клетка», ит. gabbia) служило также названием вышеупомянутой малой тюрьмы во Дворце дожей
197
См. главу 17.
198
См. главу 15.
199
Венецианские законы, регулировавшие эти условия, особенно в отношении детского труда, вплоть до XIX в. оставались гораздо прогрессивнее английских.
200
Самые выдающиеся из них –
