— Да, мы правильно вышли. Отсюда начинается спуск вниз на первый подземный этаж. Судя по описанию, на лестнице где-то почти в конце есть ловушка — одна из ступенек с нажимной плитой. Нужно идти осторожно.
Вперёд выдвинулись Фириат и Арбель, внимательно осматривая ступеньки. Остальные шли следом. Ловушку мы заметили ещё издалека — из ступени вверх торчали пять зазубренных потемневших от времени металлических штырей в рост человека. Эта опасная ступенька и соседние с ней были темнее остальных. Возможно, как раз от пролитых когда-то в давние века на них крови. Но сейчас свежей крови не было. Кто бы ни шёл впереди нас, он сумел вовремя разглядеть опасность или имел с собой описание безопасного прохода и просто разрядил эту ловушку.
Мы прошли до конца лестницы и оказались у развилки — три одинаковых на вид коридора расходились в разные стороны. На стенах можно было разглядеть нанесённые разноцветными мелками стрелки и непонятные символы, часть символов были затёрты или перечёркнуты. Видимо, наша группа была далеко не первой в этом лабиринте. За прошедшие века, подозреваю, многие охотники за древними сокровищами побывали здесь, изучали подземный лабиринт и оставляли понятные только им самим символы на стенах.
Дочь герцога уверенно свернула в левый коридор, а затем в небольшую арку с правой стороны, пройдя мимо разрушенной какими-то вандалами-кладоискателями статуи. Мы оказались в коротком коридорчике, стены которого были разрисованы наполовину осыпавшимися и потемневшими фресками. Но общую картину рисунка, несмотря на прошедшие века, понять всё равно можно было — танцующие нарядные фигуры возле горного озера и водопада.
— Без всякого сомнения, этот рисунок и разбитая в предыдущем зале статуя были сделаны руками эльфов, — заметил Фириат. — А изображённый на стене водопад и сейчас не изменился.
Я тоже с некоторым изумлением узнал на старинном рисунке знакомый горный пейзаж и водопад возле замка Древний Брод, и даже более-менее сориентировался, с какой точки неизвестный художник мог видеть такой пейзаж. Хотя что-то было неправильным в старой фреске.
— Это место рядом с рекой, — подтвердила благородная леди. — Хотя сейчас вот тут (Камилетта указала на холмы на рисунке) стоит мой замок. Судя по всему, рисунок сделан очень давно, нет ещё ни замка, ни причала, ни существовавшего когда-то древнего моста, сваи от которого сейчас торчат из-под воды.
— Этот рисунок сделан эльфами ещё до появления людей в этой местности, — согласилась Арбель. — Вот, смотрите, на танцующих праздничная одежда эльфов!
— Причём, это тёмные эльфы-дроу, — решил поправить её Фириат. — У фигур на рисунке тёмная кожа. Значит, эта территория когда-то принадлежала дроу.
— У дроу никогда не было зелёных цветов в праздничной одежде! — возразила Арбель. — Смотри внимательнее, у танцовщиц на стене основной цвет в одежде зелёный. Это светлые эльфы, причём из рода лесных эльфов. А светлая краска на лицах просто потемнела от сырости и времени.
— Здесь нет сырости, воздух в подземелье очень сухой. Художник рисовал именно дроу! — не соглашался со светлой эльфийкой Фириат.
— Хватит спорить! — строго вмешалась Камилетта, не отрываясь от чтения своих записей. — Нам нужно торопиться, а не препираться из-за древнего рисунка. Сейчас нам предстоит пройти разрушенный зал, потом придётся протискиваться в лаз, затем будет усыпанный костями низкий коридор, по которому мы и пойдём до перегораживающей решётки. Там немного передохнём и перекусим, а я ознакомлюсь с дальнейшим нашим маршрутом.
* * *
Разрушенный зал представлял собой большую комнату с обвалившимся потолком и упавшими и расколовшимися на куски колоннами. Не знаю, природные ли причины или рукотворные вызвали этот обвал, но идти вперёд было затруднительно. Завалы из камней и насыпи мелкого речного песка достигали потолка во многих местах зала. Но путь вперёд всё же существовал — кто-то оттащил к стене громадный обломок колонны, не дававший протиснуться в узкий проход у стены, и затем с помощью кирки или лома отбил мешающий движению вперёд кусок с нависающего над лазом каменного блока, расчистив дорогу. Мы поочередно протиснулись в узкий лаз и преодолели завал.
Выход из зала был заблокирован. Толстую бронзовую дверь перекосило при обрушении зала, намертво заклинив в дверном проёме. Однако у стены на уровне пола в податливом песчанике был пробит лаз. Мы заглянули туда, но увидели лишь, что лаз ведёт куда-то в сторону и уходит в темноту. Первым в пролом полез маг Теодор со светящейся волшебной палочкой, затем Фириат, затем я, следом за мной благородная леди и Арбель. Пробитая дыра вскоре вывела нас в каменный низкий жёлоб — то ли древний водосток, то ли вентиляцию. Идти там даже согнувшись на корточках было невозможно, приходилось ползти.
Жёлоб был длинным. Очень длинным и сухим. И он спускался всё глубже под землю, я явственно ощущал наклон. Если это и было когда-то водостоком, то он давно засорился. Никакой влаги, только камни и пыль. Я механически полз вперёд, при этом думая про себя, что развернуться в случае тупика впереди в таком узком коридоре вряд ли получится. Вдруг что-то у меня под рукой сдвинулось и зашуршало, что-то откатилось в сторону. Я присмотрелся и вздрогнул — я, оказывается, задел рукой старый высохший череп. Вскоре кости стали попадаться регулярно — самые разные фрагменты множества скелетов. Нам приходилось ползти по этим старым костям. Никаких признаков оружия или иссохшей одежды. Только кости, кости, кости… Я вздрогнул, когда понял, что многие крупные кости расколоты вдоль, как будто непонятные хищники выгрызали из них костный мозг. Так или иначе, все останки были очень старыми. Что бы ужасного тут ни происходило, это было очень и очень давно. Я наткнулся на остановившегося Теодора. Маг долго изучал какое-то препятствие, потом крикнул всем:
— Дальше пути нет, проход преграждает прочная решётка. Прутья толстые и уходят глубоко в камень. Что будем делать?
— Там перед решёткой где-то сверху должен быть узкий уходящий вверх проём, нужно туда карабкаться, — донёсся ответ Камилетты.
Такой узкий лаз был прямо надо мной. Я встал в полный рост и стукнулся головой в каменную крышку. Лежала она неплотно, я легко руками смог её приподнять и сдвинуть в сторону. Подпрыгнул, упёрся ладонями в края и вылез в тёмное помещение. Затем помог остальным подняться ко мне, встал и осмотрелся. Мы оказались в каком-то громадном зале, стены которого терялись в темноте. Пол был выложен разноцветной мозаикой, но разобрать рисунок не получалось — слишком малый фрагмент всей картины был освещён. Камилетта ещё раз сверилась со своими записями и сказала:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
