Минди к твоим услугам».
Райдер достал из внутреннего кармана пиджака фляжку, когда Леон помахал им рукой, и отпил из нее, а я сузил на него взгляд. Через мгновение после того, как он глотнул, глаза Минди переместились на Райдера, и некоторые из них уронили таблички из своих рук.
— Кто это? — вздохнула одна из них, обмахиваясь рукой.
— О, Боже, он такой большой.
— Такой красивый.
— Посмотрите, как блестят его волосы, — добавила другая.
По тропинке к Райдеру приближалась стая полуразумных, и Леон в замешательстве обернулся, глядя на него.
— Что за хрень? — потребовал Леон у Райдера и Минди, и некоторые из них виновато оглянулись на него, а затем попытались погладить грудь и руки Райдера.
Элис выстрелила перед ними, обнажив клыки, и они отступили назад с тревожными криками, склонив головы в знак покорности, а затем снова бросились прочь. Но многие из них оглядывались через плечо на Райдера с приоткрытыми губами, обмениваясь на ходу взволнованным шепотом.
— Что ты сделал? — потребовал Леон, выхватывая флягу из пальцев Райдера и нюхая содержимое.
Когда мы проходили мимо Минди, Райдер запустил пузырек с глушителем, и многие из них попадали в обморок, глядя то на Райдера, то на Леона, как будто не могли решить, кто их больше поразил.
— Это зелье Харизмы, сваренное из сущности самого сильного Льва, которого я знаю, — сказал Райдер с ухмылкой, играющей на его губах, и бросил на Леона пристальный взгляд.
Леон в ужасе прижал руку к сердцу. — Ты украл мою сущность? Мой львиный сок?
— Не говори об этом так, — Райдер сморщил нос. — Я должен посвятить себя этой роли.
— Ты не можешь украсть моих Минди, — свирепо прорычал Леон.
— Я ничего не краду, — насмешливо сказал Райдер. — Они сами пришли ко мне, — он пожал плечами и выхватил у Леона флягу, спрятав ее во внутренний карман.
— Я прирежу Минди, если они попытаются тронуть кого-нибудь из вас, — пробормотала Элис, ее клыки все еще были обнажены, когда она кружила вокруг нашей группы, как охотница, охраняющая свою добычу. Мне нравилось, когда она становилась такой, и я поймал ее за руку, притянув к своему бедру, пока Габриэль хихикал.
— Я отведу тебя к Грейшайну, — сказал Габриэль Райдеру. — Я могу увидеть, как сделать так, чтобы твое поступление прошло гладко.
— Ты уверен, что не хочешь, чтобы я припугнул его блестящую задницу, чтобы он не заметил никаких неувязок? — предложил я, и Габриэль покачал головой.
— В данный момент я могу с этим справиться. Я скажу ему, что ты займешься его делом, если он не позволит Перивинкль тоже тусоваться в кампусе. Но если что-то изменится в будущем, я знаю, что ты сможешь держать его в узде, — он ушел с Райдером и Перивинкль, когда мы вошли в Альтаир Холл, поднимаясь по лестнице, пока я, Леон и Элис шли на урок зелий.
— Бинг-бонг, — пропел голос директора Грейшайна по громкоговорителю. — Добро пожаловать обратно в Академию Авроры, ребята и девчонки. Надеюсь, у вас было потрясающее лето, и вы с нетерпением ждете начала занятий. Небольшое объявление о том, что старый складской сарай — любовно прозванный Мертвым Сараем — теперь превращен в место тусовки для всех вас, крутые огурцы, в свободное от занятий время. Удачного дня!
— Я уверена, что никогда не буду там тусоваться, — с содроганием сказала Элис.
После того, как в конце прошлого семестра начались работы по переоборудованию Мертвого Сарая, работники обнаружили спрятанное там нетронутое поддельное тело, в точности повторяющее облик Гарета, а также целый портфель эскизов того, что он назвал «сумки Темпа Пего». Он вручную нарисовал эскизы сумок для всех видов Орденов, в которые можно было складывать одежду фейри, пока они смещались, магически растягиваясь, чтобы соответствовать форме Ордена использующего его фейри. Это было просто чудо, что никто не додумался до этой идеи раньше.
После того, как их обнаружили, директор Грейшайн повел себя как абсолютный stronzo, прислав Элис фотографии поддельного тела и расстроив ее еще больше — я напугал его до смерти в качестве платы за это. Единственным положительным моментом стало то, что портфель был найден, а сумки нас всех так впечатлили, что я предложила Элис отправить их моей кузине Лилиане, которая открывала в Тукане свой собственный модный бренд. Они сразу же понравились всем Орденам. А после того, как Леон снял видео на ФейТоке, надев на спину сверкающую радугу, переходя в форму Льва и исполняя нелепый тверк, оно стало вирусным и принесло Элис кучу денег. В эти дни мы не могли пройти по улице, не увидев такой сумки, и это заставляло ее улыбаться каждый раз, ведь эта маленькая частичка ее брата была разбросана по всему королевству.
Элис замедлила шаг, когда мы спустились в подвал, где Титан преподавал нам столько уроков, и остановилась перед дверью, нахмурив брови. Грейшайн наконец-то нанял нового профессора, а мы не были здесь с тех пор, как Титан был убит. Когда мы вернулись в школу в прошлом году, до конца семестра оставалось всего несколько недель, поэтому я полагаю, что Грейшайн не видел необходимости нанимать кого-то еще до этого момента.
— Элис? — мягко произнес я, и она посмотрела на меня, в ее глазах застыла боль.
— Я в порядке, просто… — она покачала головой. — Он был как два разных человека, понимаешь? Тот человек, которым он был в академии, был совсем не тот, что Король.
— Ему приходилось скрывать эту часть себя, — тихо сказал Леон, и Элис кивнула.
— Я знаю, просто иногда я думаю о той хорошей его части, — сказала она, на мгновение присосавшись к нижней губе. — И я чувствую себя виноватой, что я…
— Ты можешь рассказать нам все, что угодно, amore mio, — я взял ее за руку, подводя ее ближе к себе и Леону, когда он кивнул в знак согласия.
Она выдохнула. — Мне просто интересно, могло бы все быть иначе, если бы он не получил «Magicae Mortuorum». Если бы он не был испорчен темной магией. Я знаю, каково это — чувствовать искушение всей этой силы, я знаю, я сама легко могла бы поддаться ей.
— Но ты этого не сделала, — яростно прорычал я, и она сжала челюсти, кивнув.
— Я не оправдываю то, что он сделал, — добавила она, в ее тоне прозвучало раздражение по поводу всего, что Король сделал с ней, с Гаретом, с нашим городом. — Просто кажется, что судьба может так легко повернуться в ту или иную сторону.
— Все сводится к нашему выбору, маленький монстр, — мягко сказал Леон, проводя пальцами по
