– Нет! – простонала Аллиандре. – Только не сейчас! Не сейчас, когда мы были так близки! – Вскочив на ноги, она подбежала к завалу, подобралась к нему так близко, как только могла, почти что прижалась к нему и принялась звать. – Галина! Помоги нам! Нас завалило! Направь Силу и убери эти доски! Расчисти нам дорогу! Галина! Галина! Галина! – Она сползла по груде обломков вниз, и ее плечи затряслись от рыданий. – Галина, – всхлипывала она. – Галина, помоги нам.
– Галина ушла, – с горечью констатировала Фэйли. Женщина откликнулась бы, находись она наверху. Если бы у нее было хоть крошечное желание им помочь. – Раз нас завалило здесь, или, быть может, мы даже мертвы, у нее теперь есть отличное оправдание. И как бы то ни было, не знаю, удалось бы Айз Седай разобрать такой завал.
Фэйли не хотелось думать, что Галина могла все подстроить специально. Свет, не стоило отвешивать этой женщине пощечину. Однако, сейчас не время самобичевания.
– Что будем делать? – спросила Аррела.
– Будем откапываться, – хором отозвались Фэйли и Майгдин. Фэйли удивленно глянула на Майгдин. Чумазое лицо ее горничной светилось уверенностью королевы.
– Верно, – поддержала Аллиандре, выпрямляясь. Она оторвалась от досок: слезинки оставили чистые следы на покрытых пылью щеках, однако новых слез уже не было. Она – королева и не может позволить себе терять присутствие духа на глазах у горничной, полной решимости. – У нас все получится. А если нет… Если нет, то я не хочу умереть вот в этом! – Расстегнув золотой пояс, она гордо зашвырнула его в угол подвала. Золотой ошейник полетел следом.
– Они нам еще пригодятся, чтобы пробраться через лагерь Шайдо, – ласково напомнила ей Фэйли. – Пусть Галина не станет помогать нам выбраться, но лично я все равно собираюсь сегодня сбежать. – Случай с Дайрайне не оставлял иного выхода. Байн с Чиад не смогут прятать ее вечно. – Как только мы выберемся отсюда. Мы сделаем вид, что нас отправили за ягодами. – И все же ей не хотелось задеть гордость той, что поклялась ей в верности. – Но сейчас мы точно можем снять их.
Расстегнув пояс и ошейник, она поставила свою корзину вертикально и сложила драгоценности на грязную одежду гай’шайн.
Остальные сделали то же самое. С горьким смехом Аллиандре отправилась подбирать свои атрибуты гай’шайн. Ну что ж, она снова способна смеяться. Фэйли жалела, что ей самой не доступна такая роскошь.
Груда обугленных деревяшек и обгоревших досок, заваливших ступени, напоминала одну из тех головоломок кузнеца, которые так любил ее Перрин. Практически каждая деталь поддерживала другую. Хуже всего то, что где-то там могут находиться обломки, подпирающие более тяжелые бруски, на которых и держится завал. Но если бы им удалось расчистить эту кучу так, чтобы появилась возможность пролезть между толстыми балками… Такой путь был очень опасен. Но если опасный путь – единственный путь к спасению, то остается только следовать по нему.
Несколько досок легко поддались и тут же были сложены у дальней стены подвала. Но дальше девушкам предстояло тщательно выбирать, проверяя, не свалится ли что-то сверху, если убрать эту часть, просовывая руки в завал, чтобы нащупать гвозди, которые могут помешать. Они старались не думать о том, что в любой момент вся эта конструкция может просесть и прищемить, а то и раздробить кость. И только после всех этих предосторожностей можно было начать вытаскивать деревяшку. Зачастую девушки работали подвое, налегая сильнее и сильнее до тех пор, пока кусок не поддавался. Работа шла медленно, громадная куча часто скрипела или слегка сдвигалась. Когда это происходило, все пятеро, затаив дыхание, бросались к стене подвала. Там они оставались до тех пор, пока не появлялась уверенность, что завал не смещается дальше. Работа стала для них центром вселенной. Один раз Фэйли почудился волчий вой. Обычно волки наводили ее на мысли о Перрине, но только не сейчас. Работа, работа и еще раз работа.
И тут Аллиандре вытянула одну из обугленных досок, – и с громким скрипом груда балок поехала вниз. Прямо на них. Девушки ринулись к задней стене подвала как раз в тот миг, когда обломки разъехались в разные стороны, подняв тучи пыли.
Когда подруги прекратили кашлять, и пыль осела настолько, что появилась возможность что-то видеть, выяснилось, что подвал на четверть завален деревянным мусором. Вся работа пошла насмарку, и кроме того, груда опасно кренилась в их сторону. Заскрипев, она еще немного подалась вперед и, наконец, замерла. Стало ясно, что теперь одна вытащенная доска приведет к дальнейшему обрушению. Аррела принялась тихонько плакать. Лучи солнечного света пробивались сквозь дразнящие проломы, в которых виднелось небо, однако не было ни одного достаточно широкого, чтобы кто-нибудь из них мог протиснуться через него, даже худенькая Ласиль. Фэйли видела красный шарф, которым Галина пометила здание. Он дернулся на ветру.
Не сводя взгляда с этого лоскута ткани, она схватила Майгдин за плечо:
– Я хочу, чтобы ты попыталась заставить этот шарф двигаться неестественно, не как от порыва ветра.
– Хочешь привлечь внимание? – хрипло спросила Аллиандре. – Скорее всего, его заметят Шайдо.
– Это лучше, чем умереть здесь от жажды, – отрезала Фэйли. Получилось резче, чем ей хотелось. Иначе она больше не увидит Перрина. Если Севанна закует ее в цепи, она, по крайней мере, останется жива, и у него будет шанс спасти ее. Он спасет ее. Она это знала. А сейчас основная задача – спасти жизни тех женщин, что пошли с ней. Если им снова суждено стать пленницами, значит, так тому и быть. – Майгдин?
– Я могу просидеть весь день, пытаясь обнять Источник, и из этого мало что выйдет, – уныло откликнулась девушка, чьи локоны цветом напоминали лучик солнца. Она стояла, опустив глаза и глядя в никуда. На ее лице застыло такое выражение, словно у нее под ногами разверзлась бездна. – И, даже если я все-таки обниму его, едва ли мне удастся что-то сплести.
Фэйли отпустила руку горничной и погладила ее по волосам:
– Я знаю, что это трудно, – успокаивающе проговорила она. – Ну, если честно, не знаю. Я никогда не делала этого. Но ты же делала. И сможешь сделать снова. Наши жизни зависят от тебя, Майгдин. Я знаю, что в тебе есть Сила. Это заметно в каждом твоем шаге. Ты не сдаешься. Я знаю, что ты сможешь, да ты и сама это отлично знаешь.
Майгдин медленно выпрямилась, выражение отчаяния исчезло с ее лица. Может, она все еще видела перед собой бездну, однако теперь она решила, что если ей суждено упасть туда, то она даже не вздрогнет.
– Я постараюсь, – согласилась она.
Она долго и пристально смотрела на шарф, но затем расстроенно покачала головой:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
