Вскоре они покинули клуб, и долго бродили по темным улицам, а потом поехали к нему домой, в большую квартиру, выполненную в стиле "перетекающего пространства", то есть представляющую собой одну огромную комнату, разделенную перегородками, ширмами, отделочными материалами, арками или трансформирующейся мебелью на несколько зон: холл, гостиную, спальню, кабинет, кухню.
Лида не была таким ребенком, как Мария и не вела себя так беззаботно, как Марина, поэтому прекрасно понимала зачем она, на ночь глядя едет к парню домой, в его пустую квартиру. Однако к ее огромному изумлению и даже к каком-то недовольству, никаких активных действий Петр не принимал - спокойно пил кофе, неотрывно глядя на девушку, что-то ей рассказывая и совсем мало реагируя на ее поцелуи, и вскоре она прекратила касаться его, усевшись в угол широкого кресла, больше похожего на маленький диван, и гадая, что случилось с Петей.
- Я поеду домой? - нерешительно спросила она, не понимая, в чем дело. Может быть, она надоела Смерчинскому?
- Если хочешь.
- А ты этого хочешь? - с нажимом спросила Лида.
- Нет.
- Почему?
- Потому что я считаю тебя своей. - Отозвался он. - Но ты не поверишь: я не могу заставлять тебя делать то, что я хочу. Поэтому я жду, что ты сама скажешь мне, чего ты хочешь. Боюсь обидеть тебя, - добавил он слегка растерянно. - Никогда никого не боялся обидеть словами или действиями, а тебя боюсь. Мне кажется, что в чем-то ты мне до сих пор не доверяешь.
Лида мгновенно вспомнила свои страхи о том, нужна ли она на самом деле человеку не из своего социального круга, и что он хочет от нее. А потом вспомнила музыку из балета Прокофьева, и решилась.
- Пошли, - она встала и впервые сама взяла его за руку. - Пошли.
- Куда?
- В твою спальню. Ты мне ее еще не показывал. - Тихо сказала она.
- Ты уверена?
- Нет, я шучу, - рассержено сказала она, провела рукой по его шее и расстегнула первую пуговицу.
Они ушли и вновь оказались в полумраке - в темную комнату падал лишь темно-желтый свет нескольких горящих окон из соседних домов напротив, просачиваясь сквозь полупрозрачные шторы. У Петра получилось сделать так, чтобы девушка сама захотела продолжить их отношения, правда дыхание его участилось не от радости победы, а от ее простых и поначалу неуверенных прикосновений.
- Ты такая красивая, - шептал он ей на ухо, чтобы утром пообещать убить себя за все те слова, что он говорил Лиде этой ночью - поначалу ему тяжело давалось открыться ей, хотя другим он не открывался вообще.
- Я забыла сказать тебе, - прошептала перед тем, как уснуть, почти обессилевшая Лида, как в детстве, подогнув ноги и свернувшись калачиком рядом с парнем, подложившим свое предплечье под ее голову, - совсем забыла.
- О чем же?
- То, что ты заканчивал музыкальную школу - это не единственное твое преимущество перед Денисом Смерчинским - для меня ты лучше всех.
- Спи, - Едва заметно улыбнулся молодой человек. - Уже поздно. А завтра я разбужу тебя рано, Лида.
- Спокойной ночи.
- Спокойной ночи. Ты все-таки такой душка. - И Лида опять разулыбалась, глядя в высокий потолок, думая, что все-таки жизнь прекрасна, а Петя - кто бы и что о нем не думал - прекрасный человек.
Утром они вместе позавтракали - Смерчинский, как и обещал, разбудил Лиду, а она с трудом проснулась и долго, правда, деланно хмурилась, но оттаяла, когда ее силой утащили к столу, а после Петр посадил ее в свою фиолетовую машину.
- Так куда мы поедем? - поинтересовалась Лида, с улыбкой восторга глядя на молодого человека.
- Сначала в магазин. Я хочу купить тебе кое-что. А потом на вечер. - Сказала он ей и, действительно, привез в крупный, но дорогой бутик, где сам, по своему вкусу, выбрал девушке вечерний наряд - длинное платье благородного синего цвета из тафты и на бретелях и полуоткрытой спиной. Ему пришлось выдержать целый бой - Лида ни в какую не хотела получать от него дорогих подарков, а платье стоило не очень дешево.
- Ты как будто меня покупаешь, - сказала она сердито.
- Я покупаю платье. На тебя у меня денег не хватит. - Отозвался Смерчинский, и повез ее за обувью и украшениями. Сегодня он хотел представить девушку деду и отцу, и хотел, чтобы его красавица выглядела ослепительно - не потому что он считал Лиду недостаточно красивой или обеспеченной, она умудрилась стать для него просто лучшей женщиной, а потому что знал, что его противному деду важно будет не только содержание, но и форма.
Увы, в этот день он так и не представил Лидию своим ближайшим родственникам. Когда они ехали на благотворительный вечер "Ночь Жизни" - в это время Марина как раз писала сообщение сестре и Маше о том, что она сейчас вместе с Петром, - в их машину, плавно едущую по не слишком пустой дороге в центре города, врезалась чья-то "Волга", а в нее, в свою очередь врезался "Лексус". Петр только чудом сделал так, чтобы его "Мазда" не поцеловала багажник едущего впереди "Пежо". Смерчинский мгновенно вскипел, едва взял себя в руки и выбрался из тачки, чтобы разобраться с криворуким бугаем из "Лексуса", который лениво смотрел на выбежавшего дяденьку из "Волги" и не думал чувствовать себя виноватым.
- Петя, не связывайся с ним, подождем милицию. - Произнесла Лида, глядя на машины сзади.
- Милая, ты еще не запомнила? - улыбнулся покровительственно ей Петр. - Это он пуст со мной не связывается. Посиди здесь, я сейчас вернусь. Ты сильно испугалась? Нет, - он не удержался и погладил ее по щеке, - ну и хорошо.
Из-за тройной аварии на дороге случился затор. Где-то впереди через полчаса вновь произошла авария, на этот раз серьезная, с участием пассажирского автобуса, и дорога превратилась в одну сплошную пробку. Петр в совершенно никчемной компании из испуганного дядьки разбирался с накаченным лысым умником из "Лексуса", около которого торчала тоненькая хрупая девушка, время от времени пищавшая:
- Женечка, прекрати, Женечка, перестань, Женечка, это ведь ты виноват, не ругайся!
Это происшествие вызвало в Смерчинском сильнейшее раздражение - на благотворительный вечер он опаздывать не должен был - из-за идиота-деда и из-за встречи с Мартом, а тут попал в аварию! Впервые в жизни! Правда, уже через час он оценил свою удачу - видимо его очаровательный кузен Денис забрал при рождении не все дары госпожи Фортуны их семьи.
Когда, наконец, злой Петр ехал по направлению в ресторанному комплексу, где должен был проходить вечер, ему вдруг позвонил арт-директор "Алигьери", тоже присутствующий там.
- Петр, дружище! - заорал он радостно. - Ты где? Тут такая заваруха! Спецназ, менты, бандиты! Короче, на меня нахлынуло вдохновение, и я точно знаю, какую тематическую вечеринку нам замутить, чтобы...
