посетить его на Гавайах. От Бенсона они вернулись необыкновенно возбужденные и впечатленные общением с ним. Элвису необходимо встретиться с необыкновенным человеком, священнослужителем с Тибета, который остановился у Бенсона, сказали они. Он должен пообщаться с ним, чтобы улучшить свое состояние. Но Элвис отреагировал на это предложение непривычно сдержанно и пассивно. Сейчас ему не нужно встречаться с духовными учителями, сказал он, — он и так на правильном пути, он это чувствует.
На десятый день их пребывания на острове в его глаз попал песок, и все вынуждены были собирать вещи и возвращаться домой, потому что доктор Ник был убежден, что глазная оболочка может быть серьезно повреждена, поэтому следует показать Элвиса специалистам. Никто тем не менее не выразил сильного сожаления и разочарования по поводу их скорого возвращения домой. Для Джо вся поездка была наполнена болезненной ностальгией, а Ларри не видел никакого улучшения ни в здоровье, ни во внешнем виде Элвиса. Трудно было сказать, что сам Элвис чувствовал по поводу этого отдыха. С характерной для него щедростью он выбрал для каждого подарок, который бы напомнил отлично проведенное на острове время, и пообещал Джинджер, что в следующий раз они приедут сюда только вдвоем. Вся поездка стоила ему около ста тысяч долларов, признался он Ларри, но какой смысл в подобной трате, когда ты не можешь разделить свое огромное наследство с друзьями?
Прошло чуть меньше недели. Подходило время очередного, второго в этом году тура, который должен был начаться в Фениксе. У Билли Смита появились самые серьезные сомнения в том, что этот тур состоится. При этом впервые за все годы упорных отказов он согласился отправиться со всеми, но только потому, что его тревожило состояние Элвиса. «Мы должны были вылетать поздно вечером. Тиш [медсестра доктора Ника] сказала: «Если бы он был моим сыном, я бы незамедлительно положила его в больницу». Вернон сказал на это: «Сделайте, что сможете…» Поэтому доктор Ник просто накачал его всевозможными лекарствами… [и] всю дорогу до аэропорта Элвис сидел в каком — то оцепенении, надвинув на глаза шляпу. Он не произнес ни слова. Когда его усадили в самолет, он был явно не в себе, слова выговаривал с большим трудом, его речь путалась… [На следующий вечер] перед тем, как выйти на сцену, он сказал нам: «А ведь вы не верили, что я смогу выступить, ведь так?» [Но] он и правда выдал бесподобное шоу!»
Возможно, основной причиной его подавленного настроения был очередной отказ Джинджер сопровождать его, о котором она, как обычно, объявила в самый последний момент. Все вокруг уже понимали с горечью, что без нее он сам не свой, где бы он ни находился и что бы он ни делал. На свои первые два концерта он получил весьма сдержанные рецензии. Критики просто недоуменно почесывали головы на манер обозревателя одной из аризонских газет, который в своей статье написал следующее: «Временами шоу напоминало какую — то убогую пародию, временами происходящее на сцене было близко к совершенству… но самые преданные поклонники были в восторге. Они пришли, увидели, и Элвис победил». На концертах он выступал теперь уже только в двух костюмах, в которые он пока еще влезал. В Нормане, штат Оклахома, он чуть было не подавился и не задохнулся. Его спасли Ларри и Дэвид Стэнли, которые вовремя поняли, что он уснул во время еды. «Сколько же ему еще осталось?» — написал в своем дневнике Ларри, после того как уложил невменяемого и даже не проснувшегося Элвиса в постель. Начальники службы безопасности Элвиса Сэм Томпсон и Дик Граб уже не раз задумывались, что нужно будет сделать, если Элвис все — таки умрет от передозировки во время тура. Им казалось, что его тело надо будет незаметно перевезти обратно в Грейсленд.
Часто вечерами к нему приходил Билли Смит, чтобы поговорить о том, что было у Элвиса на душе. Однажды поздно ночью Дик Граб увидел, как Элвис бродит по коридорам, и отвел его в комнату к Билли и Джо. «Старик, — сказал Элвис кузену, — со мной произошло нечто невероятное! Мне показалось, что передо мной возникло лицо Бога!»
Увиденное им было похоже на что — то «белое, легкое, яркое» — он даже не мог на это долго смотреть. Судя по его состоянию, он находился в сильнейшем потрясении. В следующий момент он забрался в их кровать и «проговорил полтора часа и затем совершенно неожиданно, буквально за одну минуту он уснул крепким сном. Я посмотрел на Джо, она посмотрела на меня, и я сказал: «Наверно, надо перетащить его в спальню».
В Александрии, штат Луизиана, он давал аналогичные концерты, которые отражали его состояние и настроение. «На сцене он пробыл меньше часа, — писала газета Alexandria Daily Town Talk, — его поведение было абсолютно непонятно… Он не сказал ни единого слова зрителям — он не выразил ни радости, ни огорчения по поводу своего выступления в Александрии, он также не произнес типичной для конца выступления фразы: «Надеюсь, вам понравилось шоу». Он просто вышел на сцену, исполнил несколько песен и исчез за кулисами». Так же, как и на предыдущих концертах, он забывал слова песен, жаловался на звук, неожиданно замолкал на середине песни и переходил к другой. Иногда он выглядел столь измученным и обессиленным, что казалось, он в любой момент может упасть без чувств. На второй день выступлений он переделал слова в песне «Can't Help Falling In Love». Его новая версия носила необыкновенно саркастический и в то же время пугающий характер. В самом начале песни вместо слов: «Мудрецы говорят: спешка — удел глупцов…» — он спел: «Мудрецы знают, когда пора уходить…»
На следующий вечер, в Батон Руж, он просто уже не смог появиться в зале. Все музыканты были уже в сборе на сцене, а в зале уже сидели самые почетные граждане Батон Руж. С нетерпением на сцену взирали начальник полицейского управления города и представители городской администрации. В это время Тому Хью лету позвонили из отеля с просьбой незамедлительно выехать туда. Хьюлет сразу же почувствовал неладное. Еще не войдя в спальню, он понял, что не ошибся: на бледных лицах находящихся там людей были написаны ужас и недоумение. «Их лица были белыми, и они не знали, что делать, — в смысле того, что подобного еще не происходило». Хьюлет, который многое повидал на своем веку и успел уже поработать с такими скандальными фигурами, как, например, Джимми Хендрикс, не колебался ни минуты. «Я сказал; «К
